Глава 1
Демьян, скашивая траву за огородом, увидел Зину, поднимающуся вверх от реки. Отложив косу, он окликнул её:
- Зина, здорово! Как поживаешь? Что-то давно ты к нам не заглядывала.
- Привет, Демьян. Так некогда мне - с Петрушкой хлопот много, он ведь, как мать потерял, так боится один оставаться, все хвостиком за мной да за мамой ходит.
- Оно и понятно, горе какое ребенок пережил.
- Да уж, иной раз по ночам взахлеб рыдает. Демьян, ты Оле скажи, что я все же сегодня загляну. Или пусть она к нам придет, посидим, посекретничаем.
- Оля! - улыбнулся Демьян. - Так Оле сейчас ни до семьи, ни до подруг. Любовь у неё. Каждый день со своим Савелием гулять ходит.
- Хороший он, - кивнула Зина. - К тому же жених завидный - и образованный, и жилье вот ему недавно сельсовет выделил, и дети его любят, и взрослые уважают.
- Ага, весь такой положительной, только как бы беды не случилось, - кивнул Демьян.
- Случится она, как же. Ты ж как коршун над ней кружишься, - подмигнула Зина. - Удивительно, как не получилось у тебя его отвадить.
- Да он же как репей прицепился, - усмехнулся Демьян. - Но я все равно приглядываю и настороже всегда.
- Да уж, с таким братом, как ты, не забалуешь.
- Не наговаривай, - махнул он рукой, а потом вдруг выпалил: - Зин, ты это... Ежели помощь какая нужна, так обращайся.
Зина посмотрела на него, а потом кивнула:
- Так обращусь, Демьян. А чего тянуть? У нас вот сарай совсем разваливается, доски есть, а как поправить, не сообразим.
- Это я запросто. Вечерком зайду.
***
Вечером того же дня Демьян, захватив молоток и гвозди, перелез через невысокий плетень, разделявший их участки, и направился к сараю Клавдии. Зина уже ждала его во дворе, перебирая луковицы.
- Пришёл, - улыбнулась она, распрямляясь и отряхивая руки о фартук. - А я уж думала, что так, для словца пообещал.
- Я своё слово держу всегда, разве ж ты не знала? - с притворной суровостью спросил Демьян. - Где тут у вас разваливается?
- Да вон, с угла. Доски подгнили, новые положить надо, а мы с мамкой не знаем, как за это взяться.
Демьян подошёл к сараю, оглядел его хозяйским взглядом, да постучал по углам.
- Ничего тут сложного, управлюсь быстро. Где, говоришь, доски?
- Да вот, под навесом. Их дядя Макар заготовил, но времени у него нет на работу, да и неудобно уж его просить.
Демьян тут же взялся за дело. Зина присела на завалинку, смотрела, как ловко он орудует инструментом, и вдруг поймала себя на том, что смотрит на него не как на старшего брата подруги, а как на мужчину. Довольно привлекательного, сильного и надежного.
- Зинка, а ну, иди сюда! - услышала она голос матери из окна.
Она поднялась с завалинки и вошла в дом, а Клавдия на неё напустилась, шепотом выговаривая:
- Это что за бесстыдство такое? Ты чего на него уставилась?
- Не на него я уставилась, а смотрю, как он работает, - покраснела Зина.
- Ты ж дырку в нем прожжешь своим взглядом. Зинка, ты чего, влюбилась в него, что ли?
- Нет мам, ты чего? Как я могу? Он же Олькин брат.
- Но не твой же! Зина, не пара он тебе будет, слышишь?
- Потому что старше?
- Старше он на одиннадцать годков, но это не беда вовсе, твой отец на пятнадцать лет был старше меня. Другое тут... Петрушка ведь сын Маши, понимать ты должна.
- И чего? Ребенок-то тут при чем? Да он сам вот сегодня про него спрашивал.
- Я тебя предупредила, Зина. Не будет он никогда к нему по-доброму относится. Ступай, щи довари на завтра, я сама побуду с Демьяном. Да квасу налей, отнесу ему.
А Демьян... Он хотел сам попросить воды попить или квасу, поднялся на крыльцо, да не решился отворить дверь, услышав голоса Клавдии и Зины. Хоть и начинался этот разговор шепотом, но с каждой фразой голос Клавы усиливался.
А он будто бы даже обрадовался - недавно сам поймал себя на том, что заглядывается на подругу своей сестры. Теперь она была для него не озорной девчонкой с двумя косичками, а вполне себе красивой девушкой. И оказывается, что и он не безразличен Зине. Только вот как решиться ей о своих нахлынувших чувствах сказать? Нет, он обождет. Может, показалось ему...
***
А тем временем Ольга и Савелий действительно встречались почти каждый вечер. Он приходил к Ермолаевым, читал вслух книги Максиму Ильичу, помогал Марфе по хозяйству, а когда смеркалось, они с Ольгой уходили на речку, сидели на мостках, да смотрели на воду.
- Савелий, - спросила , глядя на воду Ольга. - А не жалеешь, что из города уехал? Там же парки, театры, библиотеки...
- Не жалко. Я ж сам в деревне вырос. Мать свою я не знал, меня бабушка растила. Говорила она, что матушка моя нагуляла меня...
Услышав это, Оля вздохнула. Она вдруг вспомнила о Марии. В это-то время её осуждали, а уж в те годы, когда Савелий родился, наверняка чуть ли не плевали женщине вслед.
- А бабушка...
- В тридцатые голодные годы она отвезла меня в детский дом, а сама померла - не пережила то тяжелое время. Мне тогда десять лет было. После школы я поступил в педагогический, но не доучился, ведь Великая Отечественная война началась. У меня тогда как раз возраст подошел, восемнадцать исполнилось, вот я и отправился на фронт. А как вернулся, так опять на учебу отправился, восстановился. А потом вот у вас тут оказался. И тебя встретил, - он улыбнулся и прижал её к себе, а Оля положила голову ему на плечо и вздохнула - сколько же трудностей он пережил за свою жизнь!
Тут они услышали звонкий смех - это Петенька с Зиной шли по тропинке. Мальчишка бежал впереди, размахивая игрушечной мельницей, которую ему смастерил Макар Ковригин.
- Зина, смотри, как крутится! - кричал он.
- Вижу, Петенька, вижу! Не беги так быстро, упадешь же! Ой, Оля, Савелий Михайлович, вы тоже искупаться пришли?
- Нет, мы просто разговариваем, - ответил Савелий, встав и поприветствовав подругу Ольги. - Присоединяйся к нам, вместе за Петрушей последим.
Зина подошла, присела рядом на мостки, а Петенька тут же залез в воду вместе с мельницей и крутил игрушку, наблюдая, как вертятся лопасти.
- Тяжело с ним? - спросил тихо Савелий.
- Уже легче. Спит теперь спокойно по ночам, маму звать перестал. Смеяться начал и вести себя как обычный ребенок.
- Мария была бы тебе благодарна, - тихо сказала Ольга.
- Она просила меня... Даже если бы не просила, я бы все равно его забрала.
- Зин... А скажи, отчего Демьян вчера домой вернулся задумчивый? Он ведь у вас вчера сарай чинил? - вдруг спросила Ольга удивленно. Эта мысль ей не давала покоя - что же там произошло?
- Не знаю, Оль, - пожала плечами Зина, а сама покраснела, вспомнив, как она глядела бесстыже на Демьяна, покуда мать в дом не загнала. Только вот он отчего задумчив был? Интересно...
***
Прошло ещё два месяца. Лето в тот год стояло жаркое, хлеб уродился на славу. Демьян всё чаще находил повод зайти к Клавдии - то дров подвезти, то крыльцо подправить, то просто воды натаскать. Клавдия сначала косилась, а потом махнула рукой: видимо, у него к Зинке тоже что-то есть. А коли так.. Пусть уж будет, что будет.
Петенька к Демьяну привык быстро. Когда тот появлялся во дворе, мальчишка бежал к нему со всех ног и тянул ручонки:
- Дядя Демьян! Дядя Демьян! Покатай меня!
И Демьян катал его на плечах, носил по двору, рассказывал про лошадей, про трактора, про войну, но только хорошее, конечно. Зина смотрела на них из окна и чувствовала, как в груди разливается тепло.
Однажды вечером, когда Петенька уже спал, она вышла на улицу. Демьян сидел в своем дворе на скамейке и курил, глядя на звёзды. Она обошла забор и присоединилась к нему, присев рядом.
- Не спится? - спросила Зина, садясь рядом.
- Нет. А тебе?
- И мне тоже. Ночь какая душная, не могу уснуть.
- И я не могу уснуть, но не потому, что духота стоит, а от того, что думаю...
- О чём?
Демьян помолчал, потом повернулся к ней.
- О тебе думаю, Зина. Не первый день уж думаю, и всё понять не могу - что со мной творится-то? Ты ж девчонка ещё, а я...А я уж взрослый мужик, битый жизнью. Я же смотреть на тебя не могу спокойно. Как увижу, так сердце ёкает. Только не знаю, имею ли я право...
- А ты спроси, - перебила его Зина. - У меня спроси, имеешь или нет. А я тебе отвечу.
Демьян растерялся. Он не ожидал такой прямоты. Неужто он тогда и правда, все верно понял?
- Зин... я серьёзно. Ты молодая, красивая. Найдёшь себе парня, ровесника своего, без тяжелого прошлого.
- А может, не нужен мне такой. Может, не хочу я ровесника. Может быть ты мне по душе?
Демьян смотрел на неё, и в глазах его стояла такая мука и такое счастье одновременно, что Зина не выдержала, она сама потянулась и поцеловала его в щёку.
- Не гони меня, Демьян, - прошептала она. - Я тебя люблю. Все думала, что же со мной происходит? Не понимаю даже, когда любовь эта приключилась. Я ж всегда тебя боялась, суров ты был всегда с нами. А теперь смотрю и насмотреться на могу.
Он обнял её, прижал к себе и уткнулся лицом в её волосы.
- Зина...Ты просто не представляешь, каким ты счастливым меня сделала.
Так их и увидела Клавдия, сидевшими в обнимку. Она только головой покачала и ничего не сказала. Видно, так тому и быть.
***
А через неделю, когда Ольга и Савелий объявили о том, что хотят пожениться, Демьян пришел к Клавдии просить руки её дочери.
Клавдия посмотрела на него долгим взглядом, потом на дочь, потом на Петеньку, который вертелся тут же.
- А Петрушка как? - спросила она. - Зина же с ним как с сынком родным. Он же...
- Да, он сын моей жены... Бывшей жены, а ныне и вовсе покойной. Но ведь ребенок мне не сделал ничего плохого. И нравится он мне, славный малыш, - честно сказал Демьян. - И даже когда наши общие детишки пойдут, то клянусь, что ни словом, ни делом не обижу несправедливо. Воспитаю, как своего.
Клавдия вздохнула, махнула рукой:
- Дело ваше молодое. Только смотри, Демьян, слово свое держи, я не позволю Петеньку обижать.
- Я никогда не нарушал своего слова!
***
Свадьбы играли в конце сентября. Сразу две, и гуляло на них все село. Хоть и до сих пор трудные были времена, а все же люди оправились спустя три года после войны - и урожай собрали, и курочек забили, чтобы на стол было что поставить. К тому времени и наливочки подоспели, да самогон настоялся.
Петеньку нарядили в новую рубаху, сшитую Клавдией из куска ситца, и он сидел на почётном месте, рядом с молодыми, важный, как маленький мужичок.
Играла гармонь, веселились и пели люди, воздух пах яблоками, а еще счастьем и любовью. Впереди была долгая зима, но в душе у каждого из них было тепло и надежда на светлое будущее.
ЭПИЛОГ
Демьян сдержал слово свое и воспитал Петю как своего сына. Впрочем, и фамилия-то у Пети его была - Мария ведь родила ребенка будучи еще формально в браке с Демьяном.
А потом у них пошли свои дети. Зина и Оля будто соревновались друг с дружкой, рожая одного за другим. Правда, Оля родила четверых, а Зина троих, но вместе с Петей получилось поровну.
Спасибо за прочтение.
Другие рассказы можно прочитать по ссылкам ниже: