Глава 1
Беда, как говорится, не приходит одна - спустя полгода после похоронки на отца слегла Акулина Ивановна.
Это случилось весной 1943 года. Боль в животе и в ногах делали её почти беспомощной, всю работу на себя Валя взяла, так же, как и заботу о сестренке. Не хотела она отправлять Зою в соседнюю деревню к бабушкам и дедушкам - там и так ртов достаточно, а в такое тяжелое время, когда каждая крошка хлеба на счету, она даже думать не смела о том, чтобы Зоиньку им привести. Зое хоть и было семь лет, взрослая вроде бы, многие в те годы уже за младшими следили, но все же шебутной девчонка росла, за ней нужен был глаз да глаз, чтобы беды не случилось. Сколько уж раз на волоске она была от той беды...
И частенько Валя брала сестренку с собой.
В семилетняя Зоя сидела в тракторе и слушала, как грохочет железо. А Вале было спокойно, что она здесь сидит, а не носится с мальчишками по деревне без пригляда.
Иногда Валентина слушала, как Зойка поет. Тоненьким голоском, себе под нос, те песни, что в селе поют. И от этого пения на душе становилось теплее, и о войне не думалось.
Домой возвращались затемно. Валентина грела воду, они с сестренкой мылись, ужинали и ложились спать. А утром - снова в поле. И так, пока посевная не закончилась. Потом вновь Валентина перебиралась на ферму. Там работы было не меньше: кормить, поить, чистить, убирать навоз.
Но наконец мать отошла, стала лучше себя чувствовать и Зоя перестала ходить за Валюшей везде, как приклеенная. И хоть немного, с выздоровлением матери, девушке становилось легче.
****
Председатель за эти годы войны стал для Валентины почти отцом. Суровый снаружи, он был мужиком душевным. Понимал, что девчонка надрывается, и старался помочь чем мог: то лишний паек выбьет на собрании, то дров подбросит, то с ремонтом подсобит.
Особенно тяжело было с ремонтом трактора. Техника старая, запчастей нет, а трактор ломался постоянно. Они с Василием Савельичем могли полночи провозиться в сарае, ища причину поломки.
- Вот окаянная железка! - ругался председатель, пытаясь открутить закисшую гайку. - Не работает, пока всю душу из тебя не вынет!
- Не ругайтесь, Василий Савельич, он старается, - улыбалась Валентина. - Просто устал он столько на себе тащить, один отдувается, а полей больше надо засеивать, чем раньше, война ведь идет. Лошадей всех еще в прошлом году угнали на фронт, не на бабах же пахать!
- А мы не устали? - ворчал он. - Ладно, давай ключ.
Она подавала ключ, другие инструменты, держала детали. Потом они сидели на ящиках, пили кипяток из жестяной кружки, закусывали хлебом с солью.
- Слышь, Валь... За твой труд к награде тебя представить надо.
- Да ну вас, - смутилась она. - Нашли мне тоже, героиню для награды. Я ж работаю просто. И вы работаете во много раз больше моего.
- Ты не просто работаешь, а село кормишь, фронт кормишь. Маленькая, но сильная девчушка. А я что... Я мужик, я председатель, то моя обязанность.
Она молчала, грея руки о кружку. А Василий Савельич смотрел на ее худые плечи, на усталое лицо, на темные круги под глазами и думал:
"И откуда в тебе столько силы, девонька? Не сломалась, не согнулась. И Зойку тащишь, и мать утешаешь, и дом на тебе, и в поле и на ферме ты в передовиках"..
****
Весна 1945 года.
Целыми днями они в поле были - Валя пахала, женщины, и даже дети, сеяли.
Работы было невпроворот, но все же усталось отступала перед радостными новостями, которые приходили с фронта.
Майским днем на поле прибежала Зоенька и кричала, размахивая платком о том, что войне конец.
Женщины радовались, Валентина стояла у трактора и плакала. Впервые за четыре года она плакала от радости.
- Валя, Миша теперь придет? - обнимая сестру, с радостью в глазах спросила Зоя.
- Придет, Зоенька. Теперь обязательно придет.
****
Михаил вернулся в июне, но не один, а с другом Петром, с которым вместе прошли от Сталинграда до Берлина.
Они шли по пыльной улице мимо изб и увидели, как им навстречу едет трактор. Грохочет, пылит, тарахтит. За рычагами сидела Валентина. Голову она повязала платочком, её худые руки ловко справлялись с рычагами, а Петр, увидев её, остановился как вкопанный:
- Мишка, ты глянь... Неужто девчонка им управляет?
Михаил усмехнулся, а у самого слезы на глазах выступили, когда он Валюшу увидел.
- Это сестра моя, Валентина. Она за нас с отцом всю войну здесь... И за матерью ходила, и Зойку подняла, и село пахала.
Трактор заглох, Валентина спрыгнула на землю, поправила платок и кинулась к нему - повисла на шее, плачет и смеется одновременно.
Петр смотрел и не мог отвести взгляда. Чумазая, в мазуте, но какая-то была в ней необыкновенная стать, огромная сила в ней чувствовалась.
Он восхищенно глядел на девушку, пока не увидел еще одну девчушку, что бежала в их сторону. Это Зоя выпереди матери бежала, спотыкаясь о камни, желая обнять брата как можно быстрее.
****
Петр Ковалев был родом из Ростовской области, но война лишила его семьи и дома. Его мать погибла при бомбежке, отец пропал без вести. Домой ехать было некуда, и Михаил позвал его к себе. Слишком дружны они были, столько вместе пройдя. Тем более, что Петя специальность имел - механиком был, как и Миша. И в колхозе бы пригодился.
В первую же неделю Петр понял, что уходить из этого села не захочет. И не только потому, что здесь было тихо и мирно после войны, а потому, что здесь была Валентина.
Она стеснялась его поначалу, но, глядя на то, как мать обхаживает Петра словно сына, как Михаил с ним, как с братом общается, перестала стесняться и даже появились у неё к нему нежные чувства.
Однажды вечером Петр и Валя сидели на завалинке. Зоя с матерью уже спали, Михаил ушел к соседям, а они вдвоем смотрели на звезды. Петр закурил, помолчал, потом произнес:
- Валя, я тебе сказать хочу. Ты это... как бы... В общем, не встречал я таких, как ты. Ты ж тут одна, с этой махиной, с Зойкой, с матерью больной, с хозяйством... Ведь надорваться можно было. А ты выстояла.
- А куда деваться? - пожала она плечами. - Надо было работать. Тут все такие.
- Вот я про то и говорю.... - Он замолчал, потом решительно отбросил окурок и произнес, глядя ей в глаза.
- Валя, выходи за меня. В смысле замуж за меня иди.
Она опешила и посмотрела на него удивленно:
- Ты чего, Петр? С ума сошел? Мы ж знакомы неделю всего.
- Месяц, - поправил он. - И мне этого хватило сполна, чтобы потерять от тебя голову. Я на войне научился быстро решения принимать, потому что завтра может и не наступить. А ты - мое завтра. Я понял это сразу, как увидел тебя на тракторе.
Валентина молчала долго. Смотрела в темноту, на огоньки в избах, на звездное небо. Потом повернулась к нему и спросила:
- А то, что я трактористка? Мужицкое ведь дело, но несмотря на то, что Миша вернулся, с трактора я не слезу, свыклась уж с ним. Говорят, нам еще целых два трактора дадут, так как мы объединяемся с другим колхозм, "Красные зори".
- Так то, наборот, от гордости важным ходить стану - ни у кого такой жены нет!
А сам я, кстати, водителем в колхоз принят, скоро машину новую пришлют.
***
Сыграли свадьбу в конце лета. Скромно, без гулянки на все село, ведь не до жиру было в то послевоенное время.
Валентина сидела рядом с Петром, и в день свадьбы ей председатель вручал награду "Медаль за доблестный труд в Великой Отечественной войне." Все её поздравляли, а она чувствовала теплоту и радость, и не верила своему счастью. Неужели все позади? Неужели можно просто жить, растить детей и любить?
Через год родился у них первенец, Семен, названный в честь отца. А там и второй сын через два года, его Иваном нарекли в честь отца Петра, а третьей была дочка Маша, четвертый ребенок у них появился на свет, когда Семену четырнадцать исполнилось - Варечкой назвали девочку. Дом наполнился детским криком, смехом, беготней.
Шли годы. Село потихоньку расширялось, развивалось, появились новые дома, новая техника. Старый трактор, на котором Валя всю войну пахала, списали, поставили в сарай как музейный экспонат. Валентина иногда заходила к нему, проводила рукой по металлу и шептала:
- Ну что, старина, отслужил свое? Спасибо тебе. Без тебя бы не вытянули.
В пятидесятые приезжали из района, просили Валентину выступить на собрании и рассказать о своем подвиге. Она отнекивалась и краснела:
- Да какой подвиг? Я ж не на фронте была. Я просто землю пахала.
Но в селе знали, какой ценой далась эта пахота. И когда говорили о войне, о героях, о Победе, всегда вспоминали Валентину-трактористку.
В девяностые, когда все рушилось и разваливалось, Валентина Семеновна все еще держала хозяйство. Корову, кур, огород засаживала. Дети разъехались - кто в город, кто в район, но на лето привозили внуков в дом, где пахло пирогами и было очень уютно и тепло.
Внуки любили слушать бабушкины рассказы. Про войну, про трактор, про Зою ( уже бабу Зою), что была с ней. Валентина не любила вспоминать тяжелое время, но для них рассказывала.
- Баб Валь, а трудно было? - спрашивал старший внук Петя, похожий на деда как две капли воды.
- Трудно, Петенька. Очень трудно.
- А как ты выдержала?
- А так. Думала не о себе. О Зое думала, о матери, о селе. И о тех, кто на фронте. Им там тяжелее было, чем всем нам.
А по вечерам, когда спадали жара и суета, Валентина выходила на крыльцо, садилась на лавочку и смотрела в сторону поля. Того самого, который когда-то пахала на единственном в то время колхозном тракторе. Теперь там шумели комбайны, современные, мощные. Но ей все чудился тот далекий рокот, запах мазута, прижимавшаяся к боку Зойка и шепот матери:
- Держись, дочка. Ты сильная.
Она и держалась. И будет держаться, пока бьется сердце. Потому что такие, как она, не сдаются.
Валентина смотрела в темнеющее небо и шла в дом, чтобы уложить внуков спать. Завтра будет новый день, заботы и новая пахота - уже давно не на тракторе, а на огороде.
ЭПИЛОГ
Валентина Семеновна ушла из жизни в 2007 в возрасте 84 лет, она пережила своего мужа Петра на 7 лет.
Михаил, её брат, ушел из жизни еще раньше, в 1996 году, Зои не стало в 2010.
Но все их потомки знают историю Валентины и гордятся ей, восхищаясь её силе и мудрости. Один из правнуков Валентины, Денис, работает комбайнером, говоря, что любовь к земле и технике у него в крови.
Спасибо за прочтение. Присылайте и вы свои истории по контактам в описании канала.
Другие рассказы можно прочитать по ссылкам ниже:
Поддержка автора приветствуется.)