Черный кот, под землей тише-мыши,
И играет колдун на трубе…
Где ты, братец, Булгакова ищешь?
В себе?
В. Теркулов.
На самом деле список "собравшихся" еще больше... Но обо всем по порядку.
Однажды мультипликатор Владимир Тарасов в стенах "Союзмультфильма" познакомился с одним из столпов отечественной фантастики Киром Булычевым, в миру Игорем Можейко. Тот как раз работал над "Тайной третьей планеты". Спустя еще какое-то время в руки Тарасова попадает журнал "Химия и жизнь" (по другой версии "Знание сила") в котором он читает повесть Булычева "Перевал". Так появляется идея для экранизации.
Но помимо журнала в руки режиссера попадает еще и учебник по математике, который был проиллюстрирован уже достаточно известным на тот момент математиком, преподавателем МГУ Анатолием Фоменко. Скорее всего, это был учебник для студентов по "Гомотопической топологии" (даже представить себе боюсь, что означает этот набор букв). Картины очень зацепили Тарасова, и он предложил сотрудничество.
Кир Булычев, один самых популярных советских фантастов, к 1988 году начал входить в темный период своего творчества. Оптимизм постепенно покидал его произведения. Номинально они оставались детскими, но в них стали появляться насилие, политика, безысходность. К тому же он был на тот момент достаточно именитым историком, так что его сотрудничество с автором "Новой хронологии" Фоменко выглядит необычно.
Формально "Поселок" относится к циклу о докторе Павлыше, но в первой части повести он ни то что не упоминается, ему даже гипотетически нет места. Появляясь только во второй, написанной позже части, он играет второстепенную роль персонажа, спасающего главных героев.
Анатолий Фоменко... даже не знаю, как характеризовать этого безусловно талантливого человека. "Пепел истфака" стучит в моем сердце при упоминании этой фамилии. Тем более что один из главных его критиков, Игорь Данилевский, преподавал в моем Университете. Любопытно было читать в их книгах взаимную пикировку.
Но тем не менее выдающийся математик, а в последствии академик РАН, увлекался графикой. Его картины были достаточно популярны в МГУ, и из-за их неоднозначности в трактовках Фоменко даже вызывали "куда надо" на беседу. Как его картины визуализируют математические понятия... пример комментария к одной из них: "Условно можно представлять себе гомеоморфизм как деформацию "резиновых фигур" без разрывов и склеек."
И вот этих двух антиподов объединяет Владимир Тарасов. Космос - его любимая тема, он верит в существование внеземной жизни. Найдя историю, он подбирает художника творчество которого может "лечь" на повествование.
Для Тарасова очень характерны эксперименты с пространством и если мы посмотрим его предыдущие фильмы, то "Перевал" визуально стал их логичным продолжением, следующим шагом в творчестве автора.
При этом важно подчеркнуть, Фоменко не писал картин специально для "Перевала". Он поделился уже существующими иллюстрациями к книге ... "Мастер и Маргарита". Так в нашем мультфильме, как черт из табакерки, появился Булгаков ...
"Куда идти - не доберетесь. Хорошо, если целыми вернетесь..." - голос женщины, не верящей в успех экспедиции, сопровождается целым рядом картин.
Картины Фоменко либо даются прямо, без какого-либо включения в них персонажей, либо как пейзаж иноземной вселенной.
Я попытался найти какие-то параллели сюжета с романом Булгакова, соотнести картинку с происходящим на экране, но безрезультатно. Вот, например, эпизод когда команда путешественников расстается на ночь. Один из трех героев остается внутри корабля, а его друзья снаружи. Как этот эпизод соотносится с названием картины "Суд Понтия Пилата"?
Картина "Убийство Иуды", связана с работы систем космического корабля.
Я не нашел комментариев Тарасова по этому вопросу, поэтому, скорее всего, связи с романом Булгакова все же нет... Но лучше я оставлю это предположение на суд читателя.
Строго говоря, картины Фоменко выступают антиподами человечности. Они принадлежат другому потустороннему миру. И в самом начале его образы как "духи" исчезают в огне свечи.
Скрипучий голос Ливанова неотделим от теплого огня, привносящего свет в это монохромный мир чужой планеты. Мы здесь чужие.
Дети, выросшие здесь, уже не знают ничего о Земле, что такое лошадь?
Глобус - это лишь шар, которым играет один из главных героев.
- Атлант!
- Они же еще совсем дети...
- Других у нас нет, они наша последняя надежда, они могут нас спасти.
Три юных героя. Олег - облаченный знаниями, Дик - лучше всех адаптировавшийся к инопланетной жизни и Марьяна. Булычев создает в своем произведении любовный треугольник, ему свойственны подобные ходы. Любовь для повествования ничуть не менее важна чем дружба.
За пределами поселка, наша троица путешественников должна проложить путь к космическому кораблю, брошенному когда-то давно после аварии.
Они выросли в этом чужом мире они, а особенно Дик, часть его. Так зачем идти, зачем рисковать?
- Мы оказались бы во власти законов Деградации. Или мы часть человечества. И бережем его знания, стремимся к ним. Или мы дикари без перспектив.
Взрослый учёный Томас, сопровождавший их, погибает, спасая Олега ценой собственной жизни. В мультфильме этот момент не совсем понятен, но из книги мы знаем, что Олега укусило местное насекомое, похожее на снежинку, в результате чего он теряет самоконтроль и едва не падает в пропасть.
И вот в этом мире мы видим корабль - столь же чуждый, столь же неземной.
И только когда ребята попадают в его чрево, соприкасаются с вещами из знакомой зрителю жизни, он становится "земным".
Родной мир неустойчив. Дик и Марьяна, для которых земля абстрактна и непонятна, предпочитают ночевать за пределами космического корабля. Олег остается внутри. Он пытается найти и находит каюту, которая была для него родным домом, местом где он родился
Но это ещё не конец пути, не конец истории. Они не могут управлять столь сложной системой. Культ Знания, заложенный в СССР, требовал его наличия как пропуска в будущее, как условия для возвращения.
- Ответь им!
- Я научусь .... я скажу Земле где мы!
Мультфильм, как мне кажется, вызвал больше негативных отзывов. Сам Кир Булычёв в своих мемуарах пишет о несогласии с творческим подходом Тарасова. По его мнению, фильм получился "формальным", графика живёт сама по себе, а история отступает на второй план.
Как можно понять, Булычев и Тарасов были друзьями, но результаты "неудачного" творческого эксперимента продолжали влиять на них. Булычев в дальнейшем искал возможности для другой экранизации, но она так и не состоялась.
У Тарасова свой, взгляд на фантастику. Видимо несогласие Булычева до сих пор его задевает, потому что даже в относительно свежем интервью, он с какой то горечью отстаивает право режиссера на интерпретацию.
"Нельзя ждать "адекватного" прочтения на экране. Это новое прочтение - другим человеком, другим режиссером, его видение данной истории."
Для меня весь этот мультфильм - эксперимент. Ведь, как правило, то будущее которое нам рисует фантастика это чуть модифицированное настоящее. Мы видим существующую реальность, чуть улучшенную, чуть измененную но принципиально неизменную. И Кир Булычев, особенно в своем позднем творчестве использовал фантастику как фон для демонстрации человеческих отношений. Его герои бросают вызов, они в центре его произведений.
А Тарасов? Он прежде всего переносит историю на экран. Для него фон не менее важен, чем история. Он экспериментирует с формой, с пространством.
Оттеняли ли они историю Булычева? Была ли уместна песня Градского? Какое отношение имеет мистическое, видение Фоменко "Мастера и Маргариты" к фантастической повести о подростках на чужой планете?
В итоге мы получили другую историю, не признанную многими, но не менее интересную.