На следующее утро Анна проснулась от тишины. Странной, непривычной тишины. Рекс не лаял.
Она вышла в коридор - пёс лежал на своём месте у двери и смотрел на неё. Не поднялся, не заскулил. Просто смотрел своими жёлтыми глазами.
– Доброе утро, – сказала Анна. И сама удивилась, что говорит это собаке.
Рекс моргнул. Хвост дрогнул.
Она решила выгулять его. Может быть, после вчерашнего возвращения что-то изменилось? Он ведь сам пришёл. Сам нашёл дорогу. Тридцать километров через незнакомые места - это что-то значило.
Они вышли во двор. Раннее утро, воздух ещё прохладный, на траве роса. Рекс шёл рядом, не тянул поводок. Это было непривычно - обычно он рвался вперёд, дёргал, пытался вырваться при виде любого движения.
Они обошли знакомые места стороной - детскую площадку, где всегда много собак, скамейки у подъезда, где сидят пенсионерки. Анна вела его по тихим дорожкам, между гаражами, вдоль забора.
На обратном пути они встретили того самого почтальона.
Он шёл навстречу - та же сумка через плечо, та же усталая походка. Анна попыталась перейти на другую сторону дороги, но было поздно. Рекс его заметил.
Пёс замер. Шерсть на загривке поднялась. Он не рванулся с поводка, как раньше. Но зарычал. Низко, угрожающе.
Почтальон шарахнулся в сторону, уронил сумку.
– Опять эта собака! – крикнул он. – Я же говорил! Заявление напишу!
Анна оттащила Рекса за угол дома. Сердце колотилось. Руки дрожали на поводке.
«Ничего не изменилось, – подумала она. – Он вернулся, но ничего не изменилось».
Дома она включила телевизор, чтобы отвлечься. По экрану шла программа про собак. Какой-то мужчина в джинсах и толстовке стоял на площадке и объяснял, как работать с агрессивными животными.
– Любое поведение можно скорректировать, – говорил он в камеру. – Главное - найти причину. Собака не рождается злой. Её делают такой обстоятельства. Страх, травма, неправильное воспитание.
Анна замерла с пультом в руке.
– Если вы думаете, что с вашей собакой уже ничего не сделать - вы ошибаетесь. Нет безнадёжных случаев. Есть только те, кто сдался слишком рано.
Она схватила телефон и набрала номер приюта. Тот же номер, который набирала вчера, собираясь сдать Рекса.
– Здравствуйте, – сказала девушка за стойкой. Тот же голос, что вчера.
– Это Анна. Я вчера приезжала... насчёт собаки, которая сбежала.
– Да, помню. Нашёлся?
– Нашёлся. Сам пришёл домой.
– О, это хорошо. Привезёте?
Анна помолчала. Потом спросила:
– А у вас есть курсы какие-нибудь? Дрессировка? Для трудных собак?
– Сами не проводим. Но могу дать контакт кинолога. Михаил. Он работает с трудными собаками. Многих наших подопечных реабилитировал.
Анна записала номер. Посмотрела на него. Потом на Рекса, который лежал в углу комнаты и смотрел на неё.
Денег было в обрез. После развода каждая копейка на счету. Но утренний случай с почтальоном всё ещё стоял перед глазами. И слова из телевизора: «Нет безнадёжных случаев».
Пока не передумала, она набрала номер.
Голос у мужчины был спокойный, негромкий. Он не перебивал, не задавал лишних вопросов. Просто слушал.
– Можете приехать завтра к десяти? – спросил он, когда Анна закончила. – Площадка рядом с приютом. Посмотрю на собаку, оценю ситуацию. Первая консультация бесплатно.
– Бесплатно?
– Да. Я не беру денег за то, чтобы понять, смогу ли помочь.
***
На следующий день Анна, Саша и Рекс стояли на площадке у приюта. Та же дорога, те же тридцать километров. Только теперь Рекс сидел не в переноске, а на поводке у ног.
Михаил оказался мужчиной лет сорока, худощавым, с внимательными серыми глазами. Одет просто - джинсы, толстовка, кроссовки. Никакой формы, никаких знаков.
– Покажите, как он ходит на поводке, – попросил он.
Анна взяла поводок, сделала несколько шагов. Рекс тут же начал тянуть, дёргаться, рычать на других собак вдалеке.
– Ясно, – кивнул Михаил. – Саша, иди сюда.
Мальчик подошёл осторожно, держась на расстоянии от пса.
– Попробуй ты. Возьми поводок.
– Он меня боится, – тихо сказал Саша.
– А ты его?
Мальчик кивнул.
– Страх передаётся по поводку быстрее электричества, – объяснил Михаил. – Собака чувствует твоё напряжение. Думает, что есть опасность. И начинает защищаться. Если вы боитесь друг друга - ничего не получится.
Первые полчаса были тяжёлыми. Рекс дёргался, огрызался, не слушал команды. Пытался убежать, потом ложился на землю и отказывался вставать. Михаил не повышал голоса. Не дёргал поводок. Просто стоял рядом и ждал.
К концу занятия что-то начало меняться. Рекс стал поглядывать на кинолога. Реагировать на интонацию. Один раз даже сел по команде - неуверенно, криво, но сел.
– Неплохо, – сказал Михаил. – Для первого раза очень неплохо.
– И что теперь? – спросила Анна.
– Будем работать. Три раза в неделю.
– Сколько это будет стоить?
Михаил назвал сумму. Анна мысленно прикинула бюджет. Можно было отказаться от нескольких вещей, экономить на продуктах, отложить покупку зимней куртки для Саши...
– Хорошо, – сказала она. – Мы согласны.
– Но учтите, – Михаил посмотрел ей прямо в глаза. – Я буду работать не только с собакой. С вами тоже. И с Сашей. Вам всем нужно учиться заново.
– То есть?
– Собаки - зеркало хозяев. Пока вы не найдёте покой, он тоже не успокоится.
Анна хотела возразить. Сказать, что это она в порядке, что проблема в собаке, а не в ней. Но что-то в его словах откликнулось. Последний год она действительно жила в постоянном напряжении. После развода, с Сашей на руках, с работой, с бесконечными проблемами...
Они стали заниматься три раза в неделю. Вторник, четверг, суббота. Каждый раз - час на площадке, потом ещё полчаса разговоров.
Михаил учил не только собаку. Он учил их - как правильно держать поводок, как давать команды, как не транслировать свой страх.
– Собаки чувствуют неуверенность, – объяснял он. – Если ты боишься, он думает, что должен защищаться за двоих. Берёт на себя роль вожака. А он к этой роли не готов. Отсюда агрессия, отсюда страх.
Анна кивала и записывала. Дома повторяла упражнения, следила за своим голосом, за своей осанкой. Это было странно - думать о том, как ты дышишь, когда держишь поводок. Но это работало.
***
Через неделю Рекс уже спокойнее ходил рядом с Анной. Не тянул поводок на каждую тень. Мог пройти мимо другой собаки без истерики - напрягался, но не бросался.
Через две недели Саша впервые взял поводок сам. Рекс шёл рядом, не дёргался, не рычал. Мальчик сначала весь сжался, потом расслабился. К концу прогулки даже улыбался.
– Мам, он меня слушается! – крикнул он, когда вернулись к машине. – Смотри, он меня слушается!
Анна смотрела на сына и чувствовала, как что-то тёплое разливается в груди.
Иногда они гуляли просто по парку, где меньше раздражителей. Михаил рассказывал про собачью психологию, а Анна впервые за год чувствовала, что может расслабиться.
– Вы одна воспитываете сына? – спросил он однажды, когда Саша играл с Рексом в мяч.
– Да, после развода, – кивнула Анна. – Тяжело привыкнуть.
– Понимаю. Я тоже один.
Он не уточнял, почему. Не спрашивал подробностей. Просто кивнул - как человек, который знает, каково это.
Через три недели Зинаида Петровна остановила Анну у лифта.
– Анечка, а что с собачкой-то? – спросила она с подозрением. – Не слышу лая уже который день.
– Мы... работаем над этим.
– Хорошо. Работайте, работайте. Чтоб не было как раньше.
Это было почти одобрение. Анна улыбнулась и пошла к квартире.
***
Через месяц занятий Рекс стал другим. Он по-прежнему не был идеальным - мог напрячься при резком звуке, насторожиться при виде чужого человека. Но больше не бросался, не лаял на каждого прохожего. Максимум - тихо зарычать, но тут же успокоиться по команде.
Саша научился с ним гулять. Один, без мамы. Выходил во двор, делал круг вокруг дома, возвращался. Рекс шёл рядом, не тянул поводок. Иногда останавливался и смотрел на мальчика - как будто проверял, всё ли в порядке.
Мальчик стал увереннее. Начал снова улыбаться, рассказывать про школу, про друзей. Однажды привёл домой одноклассника - показать собаку.
– Это Рекс, – сказал он гордо. – Он раньше был бездомный. А теперь наш.
А Анна поняла, что тоже изменилась. Стала спокойнее. Перестала вздрагивать от каждого звука за дверью. Перестала ждать неприятностей на каждом шагу.
В последний день занятий они сидели на скамейке во дворе приюта. Тимка кидал мяч, Рекс приносил и терпеливо ждал следующего броска. Хвост ходил ходуном.
– Вы справились, – сказал Михаил, глядя то на мальчика, то на собаку, то на Анну.
– Только благодаря вам, – возразила она.
– Нет. Я только показал направление. А шли вы сами.
Анна смотрела, как Саша обнимает Рекса за шею. Пёс не напрягался, не отстранялся. Просто стоял и позволял себя обнимать.
– Спасибо, – сказала она тихо.
– За что?
– За то, что не дали мне сдаться.
Михаил улыбнулся - первый раз за всё время их знакомства.
– Вы бы и сами не сдались. Просто не сразу это поняли.
***
Вечером, когда они вернулись домой, Рекс лёг на своё место у двери. На одеяло - не рядом, а прямо на него. Как будто наконец почувствовал, что заслужил.
Саша сел делать уроки. Анна готовила ужин. Из комнаты доносился негромкий стук - Рекс хвостом бил по полу, когда слышал её шаги.
– Мам, – позвал Саша из комнаты.
– Да?
– А можно Рекс будет спать в моей комнате? На полу?
Анна вышла из кухни и посмотрела на сына. На пса. На их обоих.
– Можно, – сказала она.
Саша улыбнулся. Рекс поднял голову и посмотрел на Анну своими жёлтыми глазами, будто говоря «Спасибо, что не бросила».
***
Как вам история Рекса и его семьи?
Подписывайтесь и читайте другие добрые истории о животных: