Рецепт в кармане куртки мялся с каждым шагом. Марта шла от поликлиники пешком - четыре остановки, можно было на автобусе, но домой не хотелось. Там пусто. Там тишина, от которой звенит в ушах.
Врач увеличил дозировку. Сказал что-то про «адаптацию организма» и «нужно время». Она кивала, смотрела в стену за его плечом. Уже полгода - таблетки, время, терпение. Ничего не менялось.
Сорок восемь лет. Бывший бухгалтер. Бывшая жена. Бывшая дочь. Бывший человек, если честно. То, что осталось от Марты Андреевны, брело по улице в серой куртке, не замечая луж.
Осень выдалась мокрая и ранняя. Листья ещё держались на деревьях, но уже пожелтели, и город выглядел больным - как она сама.
Проходной двор между домами она срезала по привычке. Здесь было тихо: гаражи, мусорные баки, чей-то брошенный велосипед без колеса.
У баков что-то шевельнулось.
Марта остановилась не сразу - сначала прошла мимо, потом что-то заставило обернуться. Между баками, в картонной коробке из-под телевизора, лежал щенок. Грязный, с клочковатой шерстью какого-то рыже-бурого цвета. Он смотрел на неё, не поднимая головы.
Просто смотрел.
Она подошла ближе. Щенок дёрнулся было, попытался вжаться в угол коробки, но сил не хватило даже на это. Он лёг обратно и закрыл глаза.
Марта стояла над ним и думала - ни о чём конкретном. Мысли в голове давно превратились в вату. Но где-то под этой ватой шевельнулось что-то... знакомое.
«Такой же, - подумала она. - Такой же никому не нужный».
Щенок не шевелился. Бока едва заметно поднимались и опускались.
Она присела на корточки. Протянула руку - он не отреагировал. Погладила по голове, и пальцы наткнулись на что-то - ухо. Одно ухо было надорвано, край зажил, но криво.
– Кто ж тебя так, - сказала она вслух.
Собственный голос показался чужим. Она давно ни с кем не разговаривала, если не считать врача и кассира в «Пятёрочке».
Щенок приоткрыл глаза. Карие, мутноватые от усталости.
Марта подняла его - он оказался легче, чем выглядел. Кости под шерстью торчали. Сколько он тут провёл? День? Неделю?
Она расстегнула куртку и засунула его внутрь, к груди. Он не сопротивлялся.
Домой шла быстрее.
***
Квартира встретила её привычной тишиной. Однокомнатная, на пятом этаже, окна во двор. Чисто, пусто, безлико. После того как Вадим ушёл, она выбросила всё, что напоминало о нём. Осталась мебель, посуда и она сама.
Марта положила щенка на старый плед, который достала из шкафа. Он лежал, не двигаясь, только глазами следил за ней.
Что делают с собаками? Она никогда не держала животных. Мама была против - шерсть, грязь, ответственность. Вадим - аллергия. Потом уже и сама как-то не думала об этом.
Открыла холодильник. Молоко? Нет, собакам вроде нельзя. Или можно? Нашла варёную курицу - вчера заставила себя сварить, съела два кусочка, остальное так и лежало.
Порезала мелко, положила в миску. Поставила перед щенком.
Он понюхал, отвернулся.
Марта села рядом, на пол. Прислонилась спиной к дивану.
– Я понимаю, - сказала она ему. - Мне тоже не хочется.
Они сидели так до темноты. Потом она встала, включила свет, снова предложила курицу. Он съел немного - без аппетита, через силу.
«Как и я», - подумала она.
Ночью щенок забился в угол между диваном и стеной. Дрожал. Марта легла на диван, свесив руку - так, чтобы он видел её, если захочет.
Заснула под утро. Без снотворного - впервые за три месяца.
***
Утро началось с того, что он лизнул ей пальцы.
Марта открыла глаза. Щенок сидел рядом с диваном, смотрел на неё. Всё ещё настороженно, но уже не так... обречённо.
Она встала, покормила его - доел вчерашнюю курицу. Сама выпила кофе, хотя обычно забывала.
Телефон зазвонил около одиннадцати. Лена. Сестра звонила раз в две недели - проверить, жива ли Марта. Разговор всегда был короткий и неловкий.
– Привет, ты как там?
– Нормально.
Пауза. Марта посмотрела на щенка - он спал на пледе, свернувшись.
– Я тут... собаку взяла.
– Что?
– Щенка. На улице нашла.
Молчание в трубке длилось дольше обычного.
– Марта, тебе ещё этого не хватало. Ты сама еле справляешься. Какая собака? Её кормить надо, выгуливать, к ветеринару водить. Ты из дома не выходишь неделями, иногда и месяцами!
– Я справлюсь.
– Ты и с собой не справляешься! Вон, таблетки новые прописали, да?
Марта не ответила. Лена вздохнула.
– Ладно. Только не удивляйся потом, если хуже станет. Позвони, если что.
Положила трубку.
Щенок проснулся от звука, поднял голову, посмотрел на неё.
Марта почувствовала что-то странное. Не злость - она давно разучилась злиться. Что-то другое. Похожее на... упрямство.
«Справлюсь», - повторила она про себя.
***
На третий день щенок перестал есть.
Она предлагала курицу, кашу, даже купила в магазине собачий корм - он отворачивался от всего. Пил воду, но мало.
Страх пришёл откуда-то изнутри - незнакомый, острый. Она давно ничего не чувствовала так ярко.
«Он умрёт. Если ничего не сделать - он умрёт».
Марта оделась, положила щенка в ту же куртку за пазуху и вышла из дома.
***
Ветеринарная клиника была в двух кварталах - она проходила мимо сотни раз, не замечая вывеску. Внутри пахло лекарствами и кормом. За стойкой сидела молодая девушка с косой.
– Здравствуйте. Вам назначено?
– Нет. Я... нашла его на улице. Он не ест.
Девушка посмотрела на свёрток у неё в руках.
– Проходите в третий кабинет. Доктор освободится через пять минут.
Доктором оказался немолодой мужчина с усталым лицом. Он осмотрел щенка, пощупал живот, заглянул в пасть.
– Метис, месяцев восемь. Истощение, обезвоживание, стресс. Ухо - старая травма, зажило само, криво, но не опасно. Жить будет.
Марта выдохнула. Она не замечала, что задерживала дыхание.
– Почему не ест?
– Стресс. Организм в режиме выживания. Успокоится - начнёт. Я выпишу витамины, можете добавлять в воду. И приходите через неделю, посмотрим.
Она кивнула.
– Как его зовут? - спросил врач, заполняя карточку.
Марта задумалась. Он молчаливый. Тихий. Не лает, не скулит - просто смотрит.
– Тихон, - сказала она. - Его зовут Тихон.
***
Неделя прошла странно.
Раньше дни сливались в одну бесконечную серую массу. Вставала - не вставала, ела - не ела, смотрела в окно или в стену. Теперь появился ритм.
Утром - покормить Тихона. Потом - себя. Днём - развести витамины в воде, проверить, пьёт ли. Вечером - посидеть рядом, поговорить с ним.
Она говорила много. О маме - как та не давала заводить животных, как ругалась за каждую пятёрку с минусом, как потом болела и не узнавала её в последние недели. О Вадиме - как познакомились, как он ушёл к другой через пятнадцать лет, как было обидно, но уже не больно. О работе - как сократили отдел, как она осталась без дела в сорок семь лет, как пыталась искать новое и сдалась.
Тихон слушал. Не перебивал. Не советовал «собраться» и «взять себя в руки». Просто лежал рядом, иногда клал голову ей на колени.
Вскоре он начал есть. Сначала немного, потом больше. На пятый день - заскулил у двери. Хотел на улицу.
Марта посмотрела на дверь, потом на него.
Выходить было страшно. Не потому что что-то случится - просто страшно. Улица казалась враждебной, люди - лишними, мир - чужим.
«Он боится так же, как я».
Она взяла его на руки и вышла.
Двор был пустой - середина буднего дня. Марта поставила Тихона на асфальт. Он прижался к её ногам, озираясь.
– Ничего, - сказала она ему. - Я тут. Пойдём.
Они прошли вдоль дома. Тихон дёргался от каждого звука: хлопнула дверь подъезда - замер, проехала машина - вжался в землю.
Марта присела, погладила его.
– Знаю. Я тоже.
Один квартал. Дошли до детской площадки и обратно. Для обоих это было как марафон.
Дома Тихон пил воду долго и жадно, потом лёг на свой плед и уснул. Марта легла на диван.
«Может, завтра пройдём два квартала», - подумала она перед сном.
***
Прогулки стали ежедневными.
Сначала - один квартал. Потом два. Потом три. Тихон осмелел: уже не прижимался к ногам, шёл впереди на поводке - его она купила на рынке за триста рублей, самый дешёвый.
Соседи начали замечать.
– О, вы собачку завели? - спросила женщина с первого этажа, Нина Васильевна. - А вы вроде нездоровы были, мы переживали.
Марта вспомнила: она не выходила из дома почти два месяца перед прошлым походом к врачу. Перед тем, как нашла Тихона. Соседи, наверное, решили, что умерла или переехала.
– Да, - ответила она. - Щенка взяла.
– Симпатичный какой. Порода?
– Метис.
– А, ну это даже лучше, они здоровее. Гуляйте, гуляйте.
Марта кивнула и пошла дальше. Тихон оглянулся на соседку, но не зарычал - он вообще не рычал, только иногда коротко лаял на голубей.
***
Месяц.
Марта сидела в кабинете врача - того же, который выписывал ей таблетки полгода.
– Знаете, вам лучше, - сказал он, глядя в её карту. - Показатели улучшились. Что изменилось?
Она пожала плечами.
– Щенка взяла.
Врач посмотрел на неё поверх очков.
– Простите?
– Нашла на улице щенка. Месяц назад. Забрала себе.
Он помолчал.
– И как вы себя чувствуете?
– Лучше. Не хорошо, но лучше. Выхожу каждый день. Готовлю ему еду. Себе тоже.
Врач кивнул.
– Я снижу дозировку. Посмотрим через две недели.
Марта встала.
– Спасибо.
– Передавайте щенку «Привет» от меня, - улыбнулся он. - Канистерапия - это вполне научный метод. Животные иногда помогают лучше лекарств.
Она не стала говорить, что не выбирала это специально. Что просто увидела такого же, как она, и не смогла пройти мимо.
***
Лена приехала через несколько недель.
Позвонила накануне: «Буду в командировке рядом, заскочу на пару часов».
Марта убрала квартиру - впервые за долгое время убирала осознанно, а не машинально. Тихон крутился под ногами, мешал пылесосить, но она не злилась.
Сестра пришла после обеда. Остановилась в прихожей, посмотрела на Марту - внимательно, как врач.
– Ты похудела.
– Знаю.
– Но выглядишь... Не знаю. Другой.
Тихон вышел из комнаты, обнюхал гостью, сел рядом с Мартой.
– Это он?
– Это он.
Лена присела, протянула руку. Тихон отступил, но не убежал. Посмотрел на Марту - она кивнула. Он подошёл, дал себя погладить.
– Ухо у него...
– Старая травма. Когда нашла, было уже зажившее.
Лена выпрямилась.
– Слушай, я тогда по телефону наговорила...
– Забудь.
– Нет, правда. Я испугалась, что тебе станет хуже. Но ты... Ты выглядишь живой. Впервые за год.
Марта пожала плечами.
– Ему нужен был кто-то. Мне тоже.
Тихон лёг у её ног, положил голову на лапы. Лена смотрела на них обоих.
– Ты правильно сделала, - сказала она наконец. - Что взяла его.
***
Утро.
Марта проснулась от того, что Тихон лизнул её руку - как в первый раз, только теперь она уже привыкла.
– Сейчас, сейчас.
Встала, оделась. Та же серая куртка - она так и не купила новую. Не потому что не хотела - просто не думала об этом.
Тихон ждал у двери, переступал с лапы на лапу. Месяц назад он боялся выходить, жался к её ногам. Теперь - тянул на улицу.
Они вышли.
Двор просыпался. Где-то хлопнула дверь подъезда, загудел мусоровоз на соседней улице. Тихон побежал вперёд, к знакомому маршруту, и остановился, оглянулся - ждёт.
Марта смотрела на него.
Рыже-бурая клочковатая шерсть, надорванное ухо, карие глаза. Грязный, забитый, готовый умереть месяц назад. Теперь - живой. Ждёт её.
Она пошла следом.
Улица больше не казалась страшной.
Если вам понравилась история Марты и Тихона, то поблагодарите автора лайком 💖 и подпиской 🔔
И читайте другие истории, в которых животные и люди исцеляют друг друга: