Часть 1. Золотая клетка для канарейки
Кира аккуратно наносила сусальное золото на резной виток старинного клавесина. Работа требовала нечеловеческой концентрации и тишины, но мысли в голове гудели, как растревоженный улей. Запах мордана — специального лака — щекотал ноздри. Она была не просто реставратором, а мастером по восстановлению исторических музыкальных инструментов. Профессия редкая, денежная, но требующая адского терпения.
Её муж, Игорь, влетел в мастерскую, как порыв сквозняка, нарушая микроклимат помещения. Он занимался «архитектурой личного бренда» — по сути, учил людей пускать пыль в глаза в социальных сетях, сам являясь главным тому примером. Модные лоферы на босу ногу, укладка, часы, которые стоили как крыло самолёта (реплика, конечно, но качественная).
— Кирюш, отвлекись, — он плюхнулся на единственный стул, который не был антиквариатом. — Тема есть. Огонь.
Кира медленно положила лампензель. Она знала этот тон. Сейчас начнутся просьбы.
— Игорь, я работаю. Срок сдачи — вторник.
— Да подождёт твой клавесин! Тут вопрос жизни и смерти. Мама нашла вариант. Квартира — бомба. Центр, сталинка, потолки три метра. Цена — подарок судьбы. Но надо брать сейчас. Владелец уезжает на ПМЖ, скидывает актив.
Книги автора на ЛитРес
Кира вздохнула. Месяц назад они уже закрыли кредит Игоря за машину, которую он «удачно» разбил, не оформив каско.
— И? У твоей мамы есть ипотека. Вторая ей зачем?
— Ты не понимаешь! Это инвестиция! Пассивный доход. Будем сдавать, ипотека сама себя гасить будет. Но банк маме вторую не даёт, возраст, пенсия. А мне не одобрят, у меня... ну, ты знаешь, временные кассовые разрывы в бизнесе.
— Ты хочешь, чтобы я платила? — Кира посмотрела на него прямо.
— Нет! Что ты! — Игорь вскочил, начал мерить шагами комнату. — Ты только возьмёшь на себя ипотеку или потребительский кредит на первый взнос и ремонт. А платить будем мы с мамой! С аренды! Кира, ну мы же одна команда! Мы должны помогать друг другу. Мама так мечтает об этой квартире, чтобы обеспечить нам старость.
Кира потерла виски. Звучало гладко. Слишком гладко.
— Игорь, у меня нет свободных денег на ежемесячные платежи, если вы «вдруг» не сможете заплатить.
— Сможем! Зуб даю! Кир, ну не будь букой. Это шанс. Или ты хочешь, чтобы мы всю жизнь считали копейки? Я вот-вот заключу контракт с нефтяниками, там такие бюджеты...
Он подошёл, обнял её за плечи, заглядывая в глаза преданным щенячьим взглядом. В этом взгляде читалась не любовь, а расчётливая наглость, но Кира, привыкшая доверять, тогда этого ещё не видела. Она видела мужа, который якобы старается для семьи.
— Я подумаю, — тихо сказала она.
— ДА! Ты лучшая! — он чмокнул её в щёку и убежал, оставив после себя шлейф приторного парфюма.
Часть 2. Ярмарка тщеславия
В выходные они поехали на дачу к свекрови, Галине Петровне. Это было место, где время остановилось в эпоху хрустальных ваз и ковров на стенах, но амбиции хозяйки стремились во дворцы Людовика XIV.
Соседка Лариса, женщина с вечно недовольным лицом и цепким взглядом, уже сидела на веранде, попивая чай из блюдца.
— О, приехали наши миллионеры! — едко приветствовала она. — А у Ленки-то, посмотри, Галь, сноха новую беседку поставила. Кованую! Говорят, триста тысяч отвалила. А ещё бассейн роют.
Галина Петровна поджала губы. Ленка была её «подругой» и главным триггером зависти. У той невестка была владелицей сети салонов красоты и не жалела денег на обустройство участка свекрови.
— Подумаешь, беседка, — фыркнула свекровь, косясь на Киру. — Главное — недвижимость. Вот мы сейчас квартиру возьмём, и Ленка со своей беседкой будет нервно курить в сторонке. Правда, Кирочка?
Кира нарезала салат, стараясь не вступать в диалог. Ей было неуютно. Она чувствовала себя дойной коровкой, которую оценивают перед покупкой.
— Квартира — это дело, — поддакнула Лариса. — Только платить-то чем? Пенсия у тебя, Галь, не резиновая.
— А у нас Кира есть! — гордо заявила свекровь, словно Кира была не живым человеком, а сберегательным сертификатом. — Она у нас талантливая, работа редкая, платят хорошо. Да и Игорь скоро поднимется.
Кира отложила нож. Злость начала закипать где-то в районе солнечного сплетения.
— Галина Петровна, я ещё не дала согласия. Это огромная ответственность. Три миллиона только кредит, плюс проценты.
— Ой, ну что ты начинаешь? — свекровь закатила глаза. — «Не дала согласия». Тебе что, для семьи жалко? Мы же тебе не чужие. Вон, у Игоря сестра, Ленка, та вообще уехала и носа не кажет. А ты здесь, ты наша опора. Не будь эгоисткой.
— Эгоисткой? — голос Киры дрогнул. — Я оплачиваю продукты, коммуналку в нашей квартире, бензин Игорю...
— Это мелочи! — перебил Игорь, появляясь с шашлыком. — Кир, не начинай при гостях. Мама дело говорит. Мы же договорились.
Он посмотрел на неё так выразительно, что Кире стало тошно. Договорились? Он решил за неё.
Вечером, когда они уезжали, Кира услышала, как Лариса шепчет Галине у калитки:
— Дожимай её, Галь. Пока тёплая. А то очухается.
Часть 3. Дебет с кредитом не сходится
Кира почти сломалась. Давление было колоссальным. Игорь звонил каждые полчаса, рассказывая о светлом будущем. Галина Петровна присылала картинки интерьеров с подписями: «Представь, как тут будет красиво!».
Кира начала собирать справки. 2-НДФЛ, выписки со счетов. Банк предварительно одобрил ей крупную сумму. Она была идеальным заёмщиком: белая зарплата, безупречная кредитная история.
В тот день ей нужно было встретиться с Агатой, старой подругой. Агата работала не в стандартном офисе, а была кризисным аудитором, специализирующимся на выявлении корпоративного мошенничества. Её ум был острым, как скальпель, а цинизм — броней.
Сидя в кафе, Кира показала подруге расчёты, которые набросал Игорь.
— Значит, квартира под сдачу, — Агата прищурилась, изучая бумаги. — А адрес какой?
— Улица Лесная, дом 12.
— Лесная? — Агата нахмурилась. — Подожди.
Она достала ноутбук и быстро застучала по клавишам. Через минуту её лицо вытянулось.
— Кира, ты дура?
— В смысле?
— Дом 12 по Лесной — это аварийное жильё под снос через два года. Там никто не живёт. Какая сдача? Какая элитная сталинка? Это развалюха.
— Не может быть... Игорь сказал...
— Игорь наврал. Но это полбеды. Дай-ка я пробью твоего благоверного и его маман по своим базам. Не официально, конечно.
Агата углубилась в чтение, и чем дольше она читала, тем больше округлялись её глаза.
— Поздравляю. У твоего Игоря долгов на два миллиона. Микрозаймы, просроченные кредитки, долг физикам. А у Галины Петровны три исполнительных производства. Знаешь, зачем им твой кредит? Не на квартиру. Они хотят перекрыть свои долги, чтобы приставы не описали дачу и машину.
Кира почувствовала, как земля уходит из-под ног. В ушах зазвенело.
— Но они сказали... Ремонт...
— Врут. Слушай дальше. Два дня назад на имя Галины Петровны была оформлена доставка. Гипермаркет электроники.
— Что купили?
— Холодильник за двести тысяч, домашний кинотеатр и... массажное кресло «Ямагучи» за полмиллиона.
— За сколько?! — Кира захлебнулась воздухом.
— За пятьсот штук. В кредит, естественно. Оформили на какую-то левую контору под бешеные проценты. Они уже празднуют, Кира. Они уверены, что ты возьмёшь свой большой дешёвый банковский кредит, и они закроют этот мусор.
Кира встала. Её трясло. Но это была не дрожь страха. Это была дрожь просыпающегося вулкана.
— Мне нужно это увидеть.
— Адрес доставки — квартира свекрови. Поехали, я тебя подброшу.
Когда они подъехали к дому Галины Петровны, у подъезда стоял грузовик. Грузчики как раз заносили огромную коробку с изображением футуристического кресла. Свекровь стояла рядом, руководя процессом, и лицо её сияло торжеством. Рядом крутился Игорь, что-то весело обсуждая с соседкой Ларисой.
Кира не вышла из машины. Она смотрела через тонированное стекло, и в её душе умирала наивная девочка, желающая всем угодить. Рождалась фурия.
— Агата, — голос Киры стал низким и хриплым. — Они ждут меня сегодня вечером с деньгами. Точнее, с подтверждением перевода.
— И что ты сделаешь?
— Я устрою им шоу.
Часть 4. Ужин с привкусом цианида
Вечер был обставлен с помпой. Стол ломился от деликатесов: икра, дорогая нарезка, коллекционное вино. Всё это, Кира уже понимала, было куплено в долг — в счёт её будущих денег.
Галина Петровна сидела во главе стола, как императрица. На ней было новое платье. Игорь суетился, подливая вино. Даже Ларису пригласили — как свидетельницу триумфа.
— Ну, Кирочка, давай! — свекровь подняла бокал. — За наше процветание! За новую квартиру! Ты у нас просто золото.
Игорь подсунул Кире планшет.
— Кир, тут нужно просто нажать «Подтвердить» в приложении. Деньги упадут на мой счёт, а я завтра с утра к продавцу.
Кира взяла планшет. В комнате повисла тишина. Слышно было, как тикают безвкусные часы на стене. Она медленно положила планшет экраном вниз.
— Вкусно, — сказала она, накалывая кусок буженины. — Жаль только, что этот пир — последний.
— В смысле? — Игорь замер с бутылкой в руке.
Кира подняла глаза. В них плескалась такая ледяная злость, что Лариса поперхнулась оливкой.
— В прямом, Игорёк. Я сегодня видела отличный массажный трон. За полмиллиона. Как раз для больной спины вашей мамы, которая якобы не может работать, но отлично руководит грузчиками.
Лицо Галины Петровны пошло красными пятнами.
— Ты... ты следила за мной?
— НЕТ! — Кира не закричала, она рявкнула так, что зазвенел хрусталь в серванте. — Я просто открыла глаза! Вы, два паразита, решили, что нашли дуру? Инвестиция? Квартира под снос?
Игорь побледнел.
— Кира, это ошибка, ты не так поняла, там реновация...
— ЗАМОЛЧИ! — Кира встала. Стул с грохотом отлетел назад. Она опиралась руками о стол, нависая над ними. — Ты, ничтожество с фальшивым брендом. Ты должен всему городу. И ты, «мама», скупающая технику, когда у сыночки долги. Вы решили меня использовать как затычку? Чтобы я пахала на своих клавесинах, нюхала химикаты, пока вы будете жопы греть в массажных креслах?
— Не смей так разговаривать с матерью! — взвизгнула Галина. — Ты нам обязана! Мы тебя в семью приняли!
— В какую семью? — Кира расхохоталась, и этот смех был страшнее крика. Это был смех на грани истерики, безумный и беспощадный. — В семью пиявок? Да я вас презираю. Вы же нищие духом. Вы — пустышки!
Она схватила со стола бокал с вином и выплеснула его прямо на новую рубашку Игоря. Тёмное пятно расползлось по белой ткани, как кровь.
— Ты с ума сошла! — заорал Игорь. — Ты мне рубашку испортила!
— Я тебе ЖИЗНЬ испортила, дорогой, — прошипела Кира, наклоняясь к его лицу. — Я отменяю заявку на кредит. Прямо сейчас. Но это не всё.
Она достала телефон.
— А теперь слушайте внимательно. Я знаю про ваши долги МФО. Я знаю, что этот банкет тоже в кредит. И я знаю, что завтра вы должны отдать двести тысяч «серьёзным людям», иначе проценты удвоятся. Вы рассчитывали на мои деньги. А их НЕТ. И НЕ БУДЕТ.
Повисла гробовая тишина. Страх начал заполнять комнату, вытесняя запах деликатесов.
— Кирочка... доченька... — заблеяла свекровь, мгновенно сдуваясь. — Ну зачем же так... Мы же хотели как лучше... Ну давай поговорим...
— УБИРАЙТЕСЬ из моих мыслей! — Кира схватила свою сумку. — Я подаю на развод завтра же. И только попробуйте подойти к моей мастерской. У меня там охрана теперь. А ты, Игорь, можешь продать своё кресло. Хотя нет, оно же уже б/у, за него и половины не дадут.
Она развернулась и пошла к выходу. У двери она остановилась и посмотрела на соседку.
— А вы, Лариса, зря радуетесь. Вы следующая, у кого они в долг попросят. Бегите, пока целы.
Дверь захлопнулась.
Часть 5. Эффект домино и разбитое корыто
Прошло две недели. Кира сидела в своей новой мастерской. Она не просто ушла, она перевернула страницу. Развод был в процессе, но Игорь не являлся в суд — ему было не до того.
Агата вошла с двумя стаканами кофе.
— Ну, рассказывай, шероз Холмс, что там у наших погорельцев? — спросила Кира, аккуратно полируя ножку стула 18 века.
— Всё гораздо веселее, чем мы думали, — усмехнулась Агата. — Помнишь, я говорила про «серьёзных людей», которым они должны?
— Ну?
— Так вот. Галина Петровна в панике заложила дачу. Ту самую, которой так гордилась. Заложила в ломбард недвижимости под грабительский процент, лишь бы закрыть текущие дыры и не возвращать технику, которую, кстати, они поцарапали при установке, и магазин назад не принял.
— И?
— Они просрочили первый платёж. Ломбард не стал ждать. Дачу выставили на торги по заниженной цене. И угадай, кто её купил вчера?
Кира подняла бровь.
— Неужели...
— Та самая Ленка, подруга с богатой невесткой. Купила соседний участок за копейки, чтобы расширить свой сад. Галина Петровна теперь наблюдает из окна своей хрущёвки (которая тоже под арестом), как на её любимых грядках ровняют землю под теннисный корт.
Кира фыркнула, но в этом не было злорадства, только усталость.
— А Игорь?
— О, Игорёк отличился. Он пытался продать своё «инфоцыганское» наставничество, чтобы отбиться. Но Лариса — та самая соседка — оказалась не промах. Она, видимо, поняла твой намёк. Она нашла чат бывших клиентов Игоря, которых он кинул, и слила туда инфу, что он банкрот и мошенник. К нему вчера пришли ребята, выяснять отношения. Сейчас он живёт у какой-то дальней тётки в Саратове, скрываясь от кредиторов. Телефон отключил, из соцсетей удалился. Его «личный бренд» слит в унитаз.
Кира отложила инструмент и посмотрела в окно. Солнце светило ярко, играя на позолоте в её руках.
— Знаешь, — сказала она. — Я ведь готова была взять этот кредит. Если бы они просто попросили помощи по-человечески. Если бы не врали. Жадность их сгубила. Не бедность, а именно наглость.
— И хорошо, что сгубила сейчас, — Агата отпила кофе. — Представь, если бы ты узнала всё это через десять лет, с детьми на руках и ипотекой на шее.
Кира кивнула. Она чувствовала себя свободной. И эта свобода была дороже любого золота, с которым она работала.
— А самое смешное знаешь что? — добавила Агата.
— Что?
— Та квартира на Лесной, 12. Которая под снос. Её выкупил город. Владельцам выплатили компенсацию, в три раза выше рыночной. Если бы Игорь не врал и реально оформил сделку честно, они бы действительно разбогатели. Но он хотел украсть твои деньги, а не инвестировать. Он сам себя перехитрил.
Кира рассмеялась. На этот раз легко и чисто.
— Шах и мат, — сказала она и вернулась к работе.
КОНЕЦ.
Автор: Вика Трель ©
Рекомендуем Канал «Рассказы для души от Елены Стриж»