Квартира, в которой обитали Светлана и Денис, напоминала лавку древностей, скрещенную с лабораторией безумного ученого. Высокие потолки сталинки терялись в тени массивных люстр, а воздух пах старым деревом, лаком и едва уловимым ароматом лимонного масла. Светлана работала реставратором антикварных автоматонов — механических кукол и музыкальных шкатулок. Её работа требовала титанического терпения, хирургической точности и любви к деталям.
Денис, напротив, был человеком хаоса. Он называл себя «консультантом по личностному росту и биохакингу», что на деле означало бесконечные вебинары, попытки перепродать китайские БАДы и лежание на диване с телефоном в руках.
В тот вечер Светлана сидела за рабочим столом, вооружившись пинцетом и лупой. Она вставляла крошечную пружину в механизм заводного соловья XIX века.
— Светуль, ну ты слышала, что мама сказала? — Денис вошел в комнату, стараясь говорить мягко, с той самой интонацией, которую он использовал, когда ему нужны были деньги на очередной «прорывной стартап».
Книги автора на ЛитРес
Светлана отложила инструмент, чтобы не повредить хрупкий механизм, и подняла на мужа глаза.
— Денис, я же сказала — пусть приезжает. Места много. Дядя Олег не против гостей, лишь бы коммуналку не задерживали и пожар не устроили. Но я не понимаю, почему именно сейчас? Середина семестра.
— Ну там… проблемы с деканатом, перевелась она, — Денис запнулся на секунду, но тут же лучезарно улыбнулся. — Ты же знаешь, какая у меня родня в провинции. Бестолковые. Аня хочет выучиться, в люди выбиться. Не чужие же люди. Родная племянница, дочь двоюродной сестры матери. Седьмая вода на киселе, но кровь-то родная!
— Ладно, — вздохнула Светлана. — Пусть живет в гостевой. Только предупреди её: у меня в кабинете ничего не трогать. Здесь вещи стоят дороже, чем моя почка.
— Конечно, любимая! Ты у меня золото! — Денис чмокнул её в макушку и упорхнул на кухню.
Аня появилась на пороге через два дня. Светлана ожидала увидеть скромную студентку-первокурсницу с рюкзаком учебников. Вместо этого в прихожую ввалилась девица лет двадцати пяти, с ярким макияжем, нарощенными ресницами и двумя огромными чемоданами, от которых пахло синтетикой.
— Здрасьте, — буркнула гостья, смерив Светлану оценивающим взглядом с головы до пят. В этом взгляде читалось не уважение к хозяйке, а какая-то наглая, липкая зависть.
— Здравствуй, Аня. Проходи, — Светлана старалась быть вежливой. — Денис покажет тебе комнату.
— А вай-фай тут ловит? Мне стримить надо, — первым делом поинтересовалась «племянница», скидывая куртку прямо на банкетку, обитая бархатом.
Денис суетился вокруг неё, как наседка. Таскал чемоданы, спрашивал, не хочет ли она чаю, не дует ли из окна. Светлана списала это на родственные чувства. В конце концов, она сама выросла в семье, где помогать близким считалось нормой.
В первую же неделю «студентка» показала себя во всей красе. Учебников Светлана не видела. Зато видела горы грязной посуды, разбросанную косметику в ванной и слышала громкую музыку днем, когда пыталась сосредоточиться на работе.
— Денис, она точно учится? — спросила как-то Светлана за ужином. — Она целыми днями лежит в телефоне или болтает с кем-то по видеосвязи.
— Дистанционка, Свет! Сейчас же всё в цифре. Ты просто отстала от трендов со своими куклами, — отмахнулся муж, накладывая себе добавки жаркого, которое приготовила жена. — Будь снисходительнее. Девочка адаптируется к большому городу.
Светлана промолчала. Но червячок сомнения уже начал точить её изнутри. Она привыкла работать с механизмами: если шестеренка скрипит, значит, где-то есть перекос. А ситуация в доме скрипела всё громче.
***
Ситуация накалялась. Аня вела себя не как гостья, а как хозяйка, которой временно приходится терпеть присутствие обслуживающего персонала в лице Светланы.
— У нас закончился йогурт, — заявила Аня одним утром, заходя на кухню в одной майке и трусах.
— Доброе утро, Аня. Магазин за углом, — холодно ответила Светлана, размешивая кофе.
— У меня денег нет. Дядя Дэн сказал, вы меня кормите, пока я не устроюсь на подработку.
— Дядя Дэн? — Светлана приподняла бровь. — Интересное обращение.
Денис, появившийся на кухне, поспешил сгладить углы:
— Анюта шутит! Я просто перевел ей немного на проезд, а на продукты забыл. Свет, ну не будь ты такой душной, дай ребенку на йогурт.
«Ребенок» нагло ухмылялся, доставая из холодильника последнюю пачку сыра.
Чаша терпения дала трещину в среду. Светлана набрала номер Оксаны, двоюродной сестры Дениса, единственного адекватного человека из всей его родни. Оксана работала ветеринаром и славилась прямолинейностью.
— Привет, Оксан. Слушай, вопрос глупый. Как правильно пишется фамилия той ветки родни, откуда Аня? Ну, племянница Дениса, которая сейчас у нас живет.
В трубке повисла тишина.
— Какая Аня? — голос Оксаны звучал настороженно.
— Ну как, Аня. Дочь двоюродной сестры Марковны. Студентка.
— Свет, ты перегрелась там со своим антиквариатом? У тетки Марковны из дочерей только Любка, ей сорок лет, и она живет в Сургуте. Никаких Ань там нет и в помине. У нас вообще в роду Ань нет, кроме прабабки, которая померла в сорок пятом.
Мир Светланы качнулся. Пружина внутри щелкнула.
— Ты уверена?
— Света, я составляла генеалогическое древо для школы сыну месяц назад. Я всех переписала. Кто эта девка?
— Я… я перезвоню, — Светлана нажала отбой. Сердце колотилось как молот по наковальне.
Она вспомнила все: шепотки по углам, странные взгляды свекрови, когда они приезжали в гости, постоянную нехватку денег у Дениса при том, что он якобы «инвестировал».
Вечером, когда Денис и Аня уехали в кино («развеяться, девочка устала от учебы»), Светлана не стала сидеть сложа руки. Она знала, что Денис хранит важные бумаги в нижнем ящике своего комода, под стопкой старых журналов. Обычно она туда не лезла — личное пространство было для неё святым. Но теперь правила изменились.
***
Среди договоров на кредиты (о которых Светлана, к своему ужасу, тоже не знала — суммы были пугающими, но пока ещё подъемными, если продать машину) она нашла папку с файлами.
Первым выпало свидетельство о рождении.
«Фамилия: Волков. Имя: Артем. Отчество: Денисович».
Дата рождения — два года назад.
Мать: «Волкова Анна Сергеевна».
Отец: «Волков Денис Игоревич».
Светлана опустилась на пол. Бумага дрожала в руках. Два года. Они живут вместе два года. Значит, этот ребенок родился, когда они уже планировали свадьбу. Или чуть раньше.
Аня — не племянница. Аня — мать его ребенка. Любовница.
Пазл сложился мгновенно и страшно. Свекровь, Маргарита Павловна, знала. Она покрывала сына. Она притащила эту девицу в дом Светланы, чтобы та жила на её деньги, ела её еду, пока её собственный сын растет где-то у бабки. Наглость была запредельной. Это было не просто предательство. Это было вторжение врага на территорию, циничное и грязное.
Родственники. «Дядя Дэн». Поездки к маме «помочь по даче». Кредиты, взятые, очевидно, на содержание второй семьи.
Светлана встала. Слезы, которые подступали к горлу, вдруг высохли. Вместо горя пришла злость. Она посмотрела на свои руки — руки мастера, привыкшие чинить то, что сломано. Но это она чинить не собиралась. Это нужно было утилизировать.
В дверь позвонили. Это вернулись «родственнички». Смех Ани и голос Дениса доносились еще с лестничной клетки.
— Ой, Ден, ты такой смешной! А попкорн был пересолен!
Они вошли в квартиру, веселые, румяные.
— Светуль, мы дома! — крикнул Денис, стягивая ботинки. — Ты не спишь?
Светлана вышла в коридор. Она стояла прямо, сложив руки на груди. В ней не было ни капли той мягкой, уютной жены, которую привык видеть Денис. Сейчас перед ним стояла хозяйка положения.
***
— Как фильм? — голос Светланы был тихим.
— Нормально, — Аня прошла мимо, задевая её плечом. — Я есть хочу. Чё там, ужин остался?
Светлана резко шагнула вперед и преградила ей путь.
— СТОЯТЬ.
Денис замер с одним ботинком в руке.
— Зай, ты чего? Что случилось?
Светлана медленно подняла руку и швырнула свидетельство о рождении прямо в лицо мужу. Лист бумаги спланировал на пол.
— Подними, — приказала она.
Денис посмотрел вниз. Его лицо стало пепельно-серым.
— Света, я все объясню… Это ошибка, это старые документы, это…
— ЗАТКНИСЬ! — рявкнула Светлана. — Ты притащил в мой дом свою подстилку? Ты заставил меня кормить твою любовницу? Ты поселил её в комнате, которую мы готовили для будущей детской?
Аня, поняв, что маскарад окончен, перестала строить из себя дурочку. Лицо её исказилось злобой.
— А чё ты орешь? Да, я здесь живу! Денис — отец моего сына! И он имеет право жить здесь! А ты — пустоцвет, ты ему никто! Мы семья, а ты просто кошелек!
— АХ ТЫ ТВАРЬ! — Светлана схватила с тумбочки вазу — тяжелую, бронзовую, антикварную — и замахнулась. Денис инстинктивно пригнулся, закрыв голову руками. Но ваза не полетела. Светлана с грохотом опустила её обратно. Ей не нужно было бить вещи. Ей нужно было уничтожить их морально.
— ВОН! — заорала она, указывая на дверь. — ОБА! НЕМЕДЛЕННО!
— Света, ночь на дворе! — заскулил Денис. — Куда мы пойдем? Имей совесть!
— Совесть?! У тебя есть совесть?! — Светлана расхохоталась. — Ты, альфонс недоделанный, ты жил в квартире моего дяди, ты жрал за мой счет, ты брал кредиты, чтобы содержать эту… а теперь ты говоришь о совести?!
Она схватила куртку Ани и швырнула её в открытую дверь подъезда. Затем полетели кроссовки.
— УБИРАЙТЕСЬ! ИЛИ Я ВЫЗОВУ ОХРАНУ И СКАЖУ, ЧТО ВЫ ВОРЫ! Хотя почему «скажу»? Вы и есть воры! Вы украли у меня время, нервы и деньги!
Тут зазвонил телефон Дениса. На громкой связи, случайно нажатой дрожащими пальцами, раздался голос свекрови:
— Дениска, ты сказал ей? Не вздумай выгонять Аню из квартиры! Ей с Тёмкой жить негде! Если Светка будет возникать, припугни её, что на развод подашь и половину имущества отсудишь!
Светлана вырвала телефон из рук мужа.
— Слушай меня сюда, Маргарита Павловна, — прошипела она в трубку, и от её тона на том конце провода поперхнулись. — Ваш сын сейчас вылетает на улицу вместе со своей шлюхой. И если вы, старая ведьма, еще раз позвоните мне, я найму лучших юристов и раздену вашего сыночку до трусов. А квартиру дяди Олега вы увидите только в своих снах!
— Ты… ты не посмеешь! — пискнула свекровь. — Мы семья! Тёмка — внук!
— У меня НЕТ такой семьи! — Светлана швырнула телефон Денису в грудь. — 30 секунд. Время пошло.
Денис, видя, что жена не в себе и действительно может сделать что-то страшное, схватил Аню за руку. Та упиралась и визжала:
— Я не уйду без своих вещей! У меня там косметика!
— Я всё сожгу на помойке! — пообещала Светлана, хватая в охапку чемодан Ани, который так и стоял неразобранным в коридоре, и с силой выталкивая его на лестницу. Чемодан с грохотом покатился по ступеням, раскрываясь и разбрасывая тряпки.
Денис и Аня выскочили следом, подгоняемые дикой, неконтролируемой энергией гнева Светланы. Она захлопнула дверь перед их носами.
Она стояла в коридоре, тяжело дыша. Грудная клетка ходила ходуном. Но слёз не было. Было очищение. Как будто она вырезала гнилую опухоль.
***
Прошло два месяца.
Зима вступила в свои права, заметая следы грязной истории снегом.
Светлана сидела в кафе с высоким мужчиной в инвалидной коляске. Это был дядя Андрей — брат отца Дениса, человек жесткий, но справедливый, с которым Денис почти не общался, считая «бесполезным инвалидом». Светлана же, наоборот, часто помогала ему с закупками редких деталей для его хобби — он собирал модели кораблей.
— Значит, выгнала паразитов? — усмехнулся дядя Андрей, отпивая чай.
— Выгнала, Андрей Петрович. И на развод подала. Только вот сюрприз какой… Денис думал, что я буду плакать и страдать. А я провела аудит.
— И что там?
— Кредиты. Много кредитов. Он брал их на «бизнес», а тратил на Аню и её мамочку, тетку Надьку. Но самое смешное не это.
Светлана достала папку.
— Он был уверен, что я буду платить по его долгам, как жена. Но мы заключали брачный договор. Помнишь, я советовалась с тобой? Раздельный режим собственности и долгов. Он подписал потому что был уверен, что у меня денег куры не клюют и я его никогда не брошу. Думал, это формальность.
— Идиот, — констатировал Андрей Петрович. — А что с «племянницей»?
— О, это самое интересное, — глаза Светланы блеснули. — Аня его бросила через неделю. Оказалось, что без моей квартиры и моих денег Денис ей даром не нужен. У него теперь долги, просрочки, коллекторы обрывают телефон (хоть я и просила не использовать это слово, но суть одна). Он живет у матери, в двушке, вместе с той самой теткой и её дочерью. В тесноте да не в обиде.
Но самый главный удар ждал Дениса впереди.
В кафе вошел курьер и передал Светлане конверт. Она вскрыла его, пробежала глазами и протянула дяде Андрею.
— Генетическая экспертиза? — удивился он.
— Да. Я успела собрать биоматериал «внука» с детской соски, которую Аня выронила.
В графе «Вероятность отцовства» стояло жирное: 0%.
— Мальчик не от Дениса, — спокойно сказала Светлана. — Аня нагуляла его от кого-то другого, а Дениса использовала как лоха. Она знала, что он падок на лесть и хочет чувствовать себя «альфа-самцом». Вписала его в свидетельство, чтобы качать алименты и деньги.
Денис потерял семью, испортил кредитную историю, лишился комфортной жизни в центре и оказался должен банкам миллионы ради ребенка, который даже не его.
— Ты ему скажешь? — спросил дядя Андрей.
— Скажу, — Светлана улыбнулась. — На суде. Когда буду сдирать с него последние крохи, которые он пытался у меня украсть. Пусть это будет вишенкой на торте его глупости.
Денис сидел на кухне маминой хрущевки. Воняло жареным салом. Мать пилила его за то, что он упустил «такую партию». Аня уехала обратно в свой поселок, обозвав его нищебродом. Телефон разрывался от звонков из банков.
Он был уверен, что Светлана простит. Что она придет, заплатит, пожалеет. Ведь она же «добрая».
Он не знал, что доброта, пропущенная через мясорубку предательства, превращается в самый прочный сплав на земле. И этот сплав только что ударил его по голове.
Когда на первом заседании суда по разводу адвокат Светланы передал ему копию ДНК-теста, Денис сначала не поверил глазам. Буквы плясали.
НЕ ОТЕЦ.
Он поднял взгляд на Светлану. Она смотрела на него не со злостью, а с брезгливостью, как смотрят на раздавленного таракана.
— Ты обменял свою жизнь на пустышку, Денис, — одними губами произнесла она.
В этот момент он понял, что такое настоящий ад. Это не котлы и черти. Это понимание того, что ты собственноручно спустил свою жизнь в унитаз, и дергать за ручку смыва уже поздно.
***
P.S. Юридические аспекты в рассказе упрощены в художественных целях и могут отличаться от реальной практики.
Автор: Вика Трель ©
Рекомендуем Канал «Рассказы для души от Елены Стриж»