Часть 5: Окно уязвимости
Пятнадцать минут.
Эта цифра висела в воздухе мостика «Странника», мерцая в такт тиканью хронометра. Пятнадцать минут, в течение которых их смертельный противник, этот угловатый хищник по имени «Феникс», на мгновение прикрывал глаза, уставясь в бездну в поисках других угроз. Пятнадцать минут, чтобы просунуть в щель его стальной шкуры лезвие тоньше человеческого волоса.
С того момента, как Йенс обнаружил эту цикличность, мостик превратился в штаб по планированию диверсии. Воздух стал густым и тяжёлым — не только от запаха перегретой электроники и жареного кофе, но и от смеси надежды и страха, что исходила от каждого члена экипажа. На главном экране, словно приговор, висела тактическая схема «Феникса», а рядом — вращающаяся трёхмерная модель их единственного оружия: инженерного дрона «Ремень-7М», предназначенного для починки микрометеоритных повреждений.
— Он не выдержит, — мрачно констатировал Йенс, тыча пальцем в уязвимые места модели. Его лицо было осунувшимся, под глазами залегли тёмные тени. — Даже с минимальной нагрузкой. Магнитный маяк, который сможет держаться на их броне при манёврах, весит слишком много. Батареи не вытянут. Он просто отвалится через несколько часов, и мы ничего не узнаем.
— Тогда нужно не крепить его, а «вживить», — не отрываясь от расчётов сложнейшей баллистической траектории, сказала Амина. Её пальцы порхали над сенсорной панелью, вычерчивая идеальные дуги и параболы. — Использовать сам момент контакта. Короткий, мощный энергетический импульс. Чтобы маяк не просто прилип, а намертво приварился к корпусу. Стал его частью.
— Импульс чего? — усмехнулся Йенс, и в его усмешке слышалась усталая горечь. — У нас нет лазерной сварки на таких малышах! Это ремонтные дроны, а не диверсанты!
— Есть ионный двигатель, — тихо, словно боясь спугнуть собственную едва родившуюся мысль, сказала Ева.
Все взгляды, как по команде, устремились на неё. Она стояла чуть в стороне, прислонившись к стойке с навигационными приборами, её лицо было бледным, но абсолютно спокойным.
— Стандартный маневровый кластер «Ремня», — продолжила она, подходя к экрану и указывая на крошечный элемент схемы. — Его можно перенастроить. Не для создания тяги, а для единичного, контролируемого выброса всей энергии конденсаторов в момент физического контакта. Раскалённая струя ионов и плазмы... она не приваривает в классическом понимании, она намертво вплавляет метку в их обшивку. Как клеймо. Грубо, безобразно, но наверняка.
Наступила пауза, столь же густая, как и воздух на мостике. Йенс, закрыв глаза, мысленно проигрывал схему, его губы беззвучно шевелились.
— Чёрт... — наконец выдохнул он, и в его усталых глазах вспыхнул тот самый огонёк профессионального азарта, которого не было с момента гибели «Ската». — Это... это возможно. Боже, это гениально и безумно одновременно. Грубо, примитивно... но да. Сработать может. Но для этого дрону нужно будет подойти вплотную. Почти в упор.
— Касание. И система дрона будет мгновенно обесточена и выжжена импульсом, — уточнил Йенс. — Но маяк пассивный. Ему не нужно питание от дрона. Импульс не взрывчатки, а сварки. Он не разрывает дрон на куски, а плавит его, приваривая к цели вместе с маяком.
— Приемлемые потери, — холодно, без тени сомнения, констатировала Володина. — Один дрон-камикадзе против возможности слежки за всей их орбитальной и планетарной логистикой. Мы можем позволить себе потерять три. Лео, цель?
— Самый дальний от их основных сенсорных вышек посадочный модуль, — тотчас откликнулся Лео. Он уже вывел на экран схему «Феникса», подсвечивая ангарные слоты. — «Феникс» развёрнут к нам левым бортом, ангарные слоты 4 и 5 находятся в относительной тени, в мёртвой зоне их ближних сканеров. Шанс быть обнаруженным при подлёте — на 18% ниже, чем к центральным слотам.
— Готовность? — Ева перевела взгляд на Йенса.
— Два часа. Минимум, — он скептически хмыкнул. — Нужно вскрыть каждый дрон, перепаять схему питания, заменить блок управления, перепрошить софт... Это, простите, ювелирная работа, Ева. На грани фола.
— У вас есть час сорок пять, — она бросила взгляд на хронометр, отсчитывающий время до следующего «окна». — Контактная группа — я и Йенс в шлюзовой. Амина, ты за штурвалом, дистанционное управление. Лео — наши глаза и уши, мониторинг «Феникса» в реальном времени. Анна — полное, тотальное молчание в эфире. Ни одного случайного сигнала.
Команда разбежалась по своим постам, словно заряженные пружины. Предвкушение действия, пусть и смертельно опасного, было слаще и желаннее, чем парализующее бездействие последних суток.
Йенс шёл по узкому служебному коридору к шлюзовой камере, его пальцы непроизвольно сжимались и разжимались. В ушах стоял навязчивый гул «Странника» — ровный, монотонный, как дыхание спящего гиганта. Именно в такие моменты тишины и напряжения его мысли невольно уносились назад. Не к зелёным полям Земли, а в другое металлическое чрево — в учебный класс Академии «Вектор-Индастриз» на орбите Луны.
Он вспоминал.
— Макаров! К доске!
Молодой Йенс, ещё не обросший бородой и не познавший настоящей тяжести невесомости, поднялся с места, чувствуя на себе взгляды курса. На огромной интерактивной доске была схема двигателя четвёртого поколения — сложное переплетение линий, контуров и энергетических потоков.
«— Объясните принцип работы гравитационной ловушки в системе стабилизации плазмы», — голос преподавателя, старого инженера Кротова, прозвучал сухо, как скрежет металла.
Йенс взял стилус. Его рука не дрожала.
«— Ловушка работает не на сдерживание, а на перенаправление, — его голос прозвучал уверенно. — Как горный поток через систему шлюзов. Мы не боремся с энергией, мы ей управляем. Любая попытка жёсткого сдерживания приведёт к катастрофе».
Кротов, человек с лицом, испещрённым шрамами от давнишней аварии на орбите, медленно кивнул.
«— Верно. Запомните все, — он обвёл взглядом аудиторию. — Наше дело — не сила. Наше дело — понимание. Космос не победить. К нему можно только приспособиться. Лобовая атака — удел глупцов. Настоящий инженер всегда ищет обходной путь. Макаров, ваша оценка — «отлично».»
Йенс остановился у шлюза, проводя рукой по холодному корпусу одного из дронов. «Лобовая атака — удел глупцов». Слова старого Кротова звучали в нём сейчас с особой силой. Они не могли атаковать «Феникс» в лоб. Но они могли найти этот самый «обходной путь». Вплавить маяк. Подслушать. Узнать. Эта мысль придавала ему странное спокойствие. Он был в своей стихии. Он был инженером, решающим задачу, а не солдатом, идущим на убой.
Ева стояла в тесной, продуваемой сквозняками системы вентиляции шлюзовой камере, глядя на три инертных, похожих на металлических пауков корпуса «Ремней». На фоне монолитной, брутальной брони «Феникса» они выглядели до смешного хрупкими и беззащитными. Йенс, стоя на коленях на холодном перфорированном полу, с помощью тонких роботизированных манипуляторов вскрывал панель последнего дрона. Его лицо было мокрым от пота, на синем комбинезоне виднелись тёмные потёки.
— Конденсаторы заряжены, — он наконец отполз, снимая перчатки и вытирая лоб тыльной стороной ладони. — Импульс будет коротким, чертовски коротким, но, чёрт возьми, горячим. Словно маленькое солнце, рождающееся и умирающее в миллиметре от цели. Этого хватит, чтобы сплавить титан с танталом.
— Стартовый отсчёт, три минуты, — донёсся с мостика голос Амины, звучавший чётко и профессионально через ретранслятор.
Ева надела шлем скафандра, щёлкнула замком. Знакомый запах пластика и озона ударил в ноздри. Она чувствовала, как её сердце колотится где-то в горле, учащённо и громко. Она лгала команде, говоря, что это просто план, просто тактический ход. Она знала — это была молитва. Отчаянная, исступлённая попытка ухватиться за соломинку в бушующем океане безнадёжности.
— Тридцать секунд. Запускаю протокол маскирующего уклонения, имитируем сбой ориентации, — сказала Амина. — Их сканеры уходят на дальний радиус... сейчас. Энергопотребление «Феникса» достигло пика.
— Лео? — Ева сглотнула комок в горле.
— Подтверждаю! Их щиты просели на расчетные сорок три процента! Окно открыто!
— Запуск, — скомандовала Ева, и её голос прозвучал хрипло.
С глухим шипением и скрежетом механизмов открылся внешний шлюз. Чёрная, безвоздушная бездна космоса, усыпанная холодными, немерцающими звёздами, выглядела обманчиво спокойной и равнодушной. Три «Ремня», один за другим, бесшумно выскользнули наружу, их крошечные корпуса тут же растворились в темноте, слившись с фоном.
— Дроны на траектории, — доложила Амина. Её голос был ровным, вышколенным, но Ева уловила в нём лёгкое напряжение. — Полётное время — девять минут. Идут на сверхнизкой тяге, тепловой след в пределах нормы. Их не видно.
Девять минут растянулись в субъективную вечность. Ева, не в силах оставаться в шлюзе, вернулась на мостик. Она стояла за спиной Лео, не отрывая взгляда от тактической схемы, где три крошечные зелёные точки с черепашьей медленностью ползли к огромной, угрожающе неподвижной красной иконке «Феникса». Казалось, сам космос, сама ткань реальности затаили дыхание в ожидании исхода этой безумной затеи.
— «Феникс» стабилен, — монотонно, как заведённый, бубнил Лео, не отрывая глаз от своих датчиков. — Никакой реакции. Ни одного подозрительного движения. Они слепы. Они не видят их.
— Первый дрон на подходе, — голос Амины стал тише, словно она боялась спугнуть удачу. — Дистанция — двести метров... сто... пятьдесят... выхожу на касание.
Ева неосознанно вцепилась в спинку кресла Лео, её пальцы побелели.
На схеме первая зелёная точка вплотную приблизилась к красной иконке посадочного модуля, коснулась её... и погасла. Ровно, без всплесков.
— Контакт, — тихо, почти шёпотом, сказал Лео. — И... потеря сигнала. Зафиксирована кратковременная вспышка в высокоэнергетическом оптическом диапазоне. Соответствует параметрам микровзрыва. Дрон уничтожен.
— Второй дрон на подходе, — голос Амины дрогнул, выдавая колоссальное напряжение. — Сорок метров... он слишком быстрый! Сбивается с курса! Стабилизаторы не держат!
Вторая зелёная точка, дергаясь, пронеслась мимо красной иконки и бесследно исчезла в пустоте, так и не активировавшись.
— Чёрт! Чёрт! — послышался отчаянный голос Йенса по связи из шлюза. — Третий, левее! Левее, Амина! Тяни на себя!
Все взгляды, полные отчаяния и последней надежды, приковали к последней оставшейся точке. Она двигалась медленнее, точнее, неумолимо сближаясь с целью.
— Десять метров... пять... контакт! — почти крикнула Амина.
Третья точка погасла.
На мостике воцарилась мёртвая, давящая тишина. Казалось, никто даже не дышал. Три дрона. Три неудачи. Провал.
— Лео? — едва выдохнула Ева, чувствуя, как ледяная пустота заполняет её изнутри.
— Я... я не... — он безнадёжно водил пальцами по экрану, пытаясь поймать хоть что-то. И вдруг замер. Его глаза расширились. — Стойте... Я... я читаю... Я читаю сигнал! Один стабильный сигнал! Маяк «Призрак-1» активен и держится!
— А второй? — тут же спросила Ева, её сердце снова заколотилось в груди.
— Ждите... — Лео ввел команду, его лицо озарилось экстазом. — Да! Второй! «Призрак-2»! Оба маяка активны! Они на модулях! Мы сделали это! Чёрт побери, мы сделали это!
На мостике кто-то сдержанно, по-детски всхлипнул от облегчения. Послышался сдавленный смех. Йенс по ту сторону связи разразился счастливым, многоэтажным матом, в котором смешались восторг и сброшенное напряжение.
— Окно закрывается, — предупредила Амина, и в её голосе тоже слышалась улыбка. — «Феникс» выходит из режима сканирования. Энергопотребление нормализуется. Щиты возвращаются к номиналу. Они так ничего и не заметили.
Ева прислонилась лбом к прохладной стенке возле лифта. Её колени вдруг подкосились, и она с трудом удержалась на ногах. По телу разлилась слабость, сладкая и освобождающая. Они сделали это. Они провели безумную, почти самоубийственную операцию прямо под носом у превосходящего врага. Впервые с момента прибытия в систему Оазис-К7 удача была на их стороне.
— Отличная работа, команда, — сказала она, и в её голосе, хриплом от усталости, впервые зазвучала не только уверенность, но и твёрдая вера в них самих. — Теперь... начинаем слушать. Внимательно.
Прошло шесть долгих часов. Два маяка, названные «Призрак-1» и «Призрак-2», исправно передавали данные. Пока что — лишь телеметрию самих себя, показания датчиков вибрации и фоновые шумы. «Феникс» оставался на своей орбите, безмолвный и грозный, как спящий вулкан.
Ева дремала у себя в каюте, скинув сапоги и прилегла на койку, когда прикреплённый к изголовью планшет издал тихий, но настойчивый, вибрирующий сигнал. Экстренное сообщение с мостика. Только что.
Сердце ёкнуло. Она ринулась на командный пост, на ходу натягивая комбинезон. Лео, встретивший её у лифта, казалось, подпрыгивал на месте от возбуждения.
— Капитан! Движение! «Призрак-1» передаёт! Его модуль отстыковался от «Феникса» и пошёл на снижение!
На главном экране замигал новый, жёлтый значок, плавно отрывающийся от красной иконки «Феникса» и устремляющийся по баллистической кривой к манящему и опасному шару Тэнг-Прайм.
— Куда именно? — коротко спросила Ева, чувствуя, как адреналин снова начинает разгонять кровь.
— Координаты... — Лео ввёл данные, и карта планеты увеличилась, фокусируясь на траектории полёта. Она вела... не к «Хребту Дракона». — Он следует к новым координатам. Примерно в трёхстах километрах к северо-востоку от места... от места гибели «Ската».
— Что там по сканам? — нахмурилась Ева, подходя ближе. — Геология, рельеф?
— Ничего примечательного, капитан, — пожал плечами Лео. — Равнинная местность. Никаких полезных ископаемых, кроме заурядных железных руд. Никаких следов ранее замеченной активности. Но... погодите. Модуль замедляется. Входит в атмосферу. Идёт на посадку. И... и он не один.
— Что ты имеешь в виду? — Ева насторожилась.
— Я читаю энергетические выбросы на поверхности! Слабые, замаскированные, но... стабильные! Фоновый шум, который мы принимали за геотермальную активность... Капитан, там что-то есть! Какая-то их база, плацдарм! Мы её... мы её не видели! Они её здорово замаскировали!
Ева смотрела на экран, где маячок «Призрака-1» теперь неподвижно висел над ничем, по всем прежним данным, не примечательной точкой на карте. Лёд пробежал по её спине. Они думали, что следят за логистикой, за переброской грузов к руднику. А обнаружили тайну. «Феникс» скрывал на планете нечто большее, чем просто добывающий комплекс. Возможно, лабораторию? Секретный завод? Резервную базу?
И теперь, благодаря крошечному, вплавленному в корпус вражеского корабля кусочку металла и чипу, «Странник» приподнял уголок той самой тёмной, непроницаемой завесы, за которой «Ороборос» скрывал свои истинные намерения.
Война только что перешла на новый, ещё более опасный и неизведанный уровень. Они больше не боролись просто за ресурс. Они ввязались в игру, правил которой не знали.
***
продолжение следует…
Часть 1 / Часть 2 / Часть 3 / Часть 4
#ДзенМелодрамы #НаучнаяФантастика #Фантастика #РусскаяФантастика #ЧужойРесурс