Я даже не успела ничего сказать. Просто развернулась и пулей влетела обратно в кафе, словно за мной кто-то гнался. Сердце стучало где-то в горле, дыхание рвалось клочьями, а в ушах звенела натянутая струна паники.
Артём вскочил со стула, едва взглянув на мое лицо, искаженное ужасом.
— Лида… Что случилось?!
Схватив сумку, я попыталась выдохнуть хоть слово, но язык будто примерз к нёбу. Горло сдавило стальным обручем.
— Мне… мне нужно бежать… Ксюша… моя дочь… она в больнице… — слова вылетали обрывками.
— Что-то серьезное? — спросил Артём.
— Сама не знаю, просто муж позвонил и сказал, что она в больнице, — быстро сказала я, стараясь не разрыдаться прямо здесь, посреди кафе. — Такси… Мне нужно такси… немедленно. — Пальцы плясали безумную чечетку, отказываясь попадать по иконке приложения.
В тот момент, когда телефон, наконец, завис в ожидании, я почувствовала прикосновение руки к плечу.
— Ну какое такси, Лид? Только время потеряем! Я сам отвезу тебя!
Я подняла взгляд, встретившись с глазами Артёма. В них не было ни тени суеты, только спокойная, уверенная сосредоточенность, которой мне сейчас так не хватало. Он не задавал глупых вопросов. Он просто был рядом и готов был протянуть руку помощи.
Мы выскочили на улицу. Его машина стояла у соседнего здания, но я не помню, как мы добрались до нее. Всё вокруг плыло, как в кошмарном сне.
Дорога до больницы пролетела, как кадры в ускоренной перемотке. Я смотрела в окно, но не видела ничего, только тревога внутри клубилась, росла, раздувалась, пока не стало больно дышать.
Когда мы подъехали к больнице, парковка была забита до отказа. Артём резко затормозил у входа, окинул взглядом это столпотворение и посмотрел на меня.
— Беги. Я найду место и догоню.
Я не колебалась ни секунды. Рванула ремень безопасности, распахнула дверь и выскочила на тротуар, не чувствуя под ногами земли.
В голове стучала одна мысль: только бы всё обошлось. Только бы с Ксюшей всё было в порядке.
Сердце бешено колотилось. Я влетела в приемный покой, задыхаясь от страха и ярости, и… увидела их.
Вова сидел на скамье, сгорбившись, словно побитая собака, и бессмысленно перебирал пальцы.
Его жалкий вид лишь усиливал мое отвращение.
Рядом, как ни в чем не бывало, Саша уткнулась в телефон. Ни тени беспокойства на ее надменном лице я не обнаружила. Ни капли сочувствия.
— Где она?! — сорвалась я на крик, обращаясь к мужу. — Где Ксюша?!
Вова вздрогнул и поднял на меня виноватые, бегающие глаза.
Как же я ненавидела его сейчас! Его слабость, его инфантильность, его постоянное желание казаться хорошим в глазах других, даже если это шло вразрез с интересами его собственной дочери!
Вот к чему привело его желание уколоть меня и показаться дочери своим парнем!
— Ее увезли на рентген. Вроде ничего серьезного, — промямлил он, пытаясь изобразить на лице подобие обеспокоенности. — Просто рука, скорее всего, сломана.
— Просто?! — ярость вскипела во мне, как ядовитый коктейль. — Ты дал ей сесть на квадроцикл! Без шлема! Одной! Ты хоть понимаешь, что натворил?!
— Не начинай, Лида, — огрызнулся он, избегая моего взгляда.
Прячет взгляд, трус!
— Это моя дочь! — голос дрогнул. — Ты не имел права забирать ее без предупреждения и тем более разрешать ей одной садиться за руль… Ты вообще понимаешь, что с Ксюшей могло случиться что-то непоправимое?!
— Я не хотел, — выдавил Вова, глядя куда-то в пол. — Ксюша просила. Сказала, что умеет. Я думал… Ну, я думал, будет просто весело.
“Весело”? Ему, видите ли, хотелось повеселиться! За счет безопасности моей дочери! За счет моего материнского сердца, которое сейчас разрывалось на части от ужаса!
— Ты рехнулся?! — я уже не кричала. Голос сел, стал хриплым и пустым, словно из меня выкачали всю жизнь. — Она могла погибнуть! И всё ради твоего веселья?!
— Ну не погибла же, — лениво протянула Саша, не отрываясь от своего телефона. В ее голосе звучало неприкрытое равнодушие. Она даже не удосужилась поднять на меня глаза.
Эта… язык даже не поворачивался назвать ее девушкой… Она просто бездушная кукла… Воплощение всего самого мерзкого, что есть в этом мире. Она влезла в мою семью, настроила мою дочь против меня, и теперь еще смеет так разговаривать?
— Вы оба… Вы отвратительны, — прошипела я сквозь зубы, стараясь сдержать рвущийся наружу поток проклятий.
Я больше не могла находиться с ними в одном помещении. Воздух вокруг них казался пропитанным гнилью.
В этот момент в коридор вышел врач. С уставшим лицом, в помятом халате, но взгляд был внимательным и участливым.
— Родители Ксюши Лукьяновой здесь? — спросил мужчина, его взгляд скользил по нашим лицам, и в нем я уже видела тень дурных вестей.
— Здесь… Это я… я мама Ксюши! — выкрикнула я, бросаясь к нему, и сердце замерло в ожидании. — Что с ней?
Врач вздохнул, словно собираясь с духом, и отвел меня немного в сторону.
— К сожалению, новости не самые хорошие, — начал он. — У вашей дочери черепно-мозговая травма, сотрясение мозга средней степени. Плюс перелом руки.
Мир вокруг меня поплыл, завертелся в дикой карусели. Я схватилась за стену, чтобы не упасть.
— Как… Боже… Как она сейчас? — прошептала я, чувствуя, как подкашиваются ноги.
— Сейчас она в сознании, но находится под наблюдением. Ей необходим покой и тщательный осмотр. Мы сделали всё необходимое. Но, поймите, последствия черепно-мозговой травмы могут быть непредсказуемыми.
Я молчала, не в силах вымолвить ни слова. В голове гудело, а в груди зияла огромная дыра.
Собравшись с силами, я выдавила из себя вопрос, который бился в висках всё это время:
— Когда я могу увидеть свою дочь?
— Минут через десять. Медсестра подойдет и проводит вас в палату. Ждите здесь.
Я кивнула, чувствуя, как напряжение в моем теле немного отпустило.
— И еще… буду с вами откровенным, — продолжил врач, и я снова напряглась. — Я обязан передать сведения о несчастном случае в органы опеки.
— Органы опеки? — удивилась я.
Вова, уже стоящий рядом, открыл рот.
— Какая еще опека? На каком основании?
— Вы, так понимаю, отец девочки? — обратился к нему врач, и в его голосе звучало еле уловимое осуждение. — Простите, но таковы правила. Ваша дочь несовершеннолетняя, и получила травмы из-за родительской халатности, я обязан сообщить.
— Если так надо, — согласилась я, не думая, что есть смысл спорить.
— Ты совсем уже?! Зачем ты дала согласие на органы опеки? — возмутился Вова, едва врач ушел, его лицо исказила гримаса страха и злости. — У меня же будут проблемы! Ты хоть понимаешь, что подставила меня!
— Это я тебя подставила? А может, раньше головой надо было думать? — зло прошипела ему в лицо, а затем бросила взгляд на его любовницу.
— Но я… я…
Я закрыла глаза, стараясь унять дрожь. Это он виноват. Он и эта… Саша.
А всё, что его волнует, так это какие у него проблемы будут с органами опеки.
Вова продолжал молчать, но я видела, как по его щекам ползут красные пятна ярости и стыда.
— Знаешь, Вова, — произнесла я тихо и очень холодно. — Ты не просто безответственный отец. Ты — трус. Ты всю жизнь прячешься от проблем, перекладываешь ответственность на других. И вот результат.
— Поучить меня решила? — сердито рявкнул он. — Ты сама-то идеальная мать?! Да я, в отличие от тебя, хоть старался Ксюшу развлечь! Откуда я знал, что случится ЧП? Я же пытался сделать как лучше! Хотел, чтобы ей было весело!
— Весело?! — протянула я в ответ. — Весело, когда твой ребенок лежит в больнице?!
— Да замолчите вы оба! — вмешалась Саша, вскакивая со скамьи. — Надоели уже! Развели тут базар!
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод в 40+. Рецепт моего счастья", Лена Лорен ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8
Часть 9 - продолжение