Часть 1. Звон битого стекла на кухне
Вечер опускался на город не мягкими сумерками, а тяжёлой, душной пеленой. В квартире, где ещё недавно витал запах корицы и спокойствия, теперь пахло озоном, как перед сильной грозой. Альбина стояла у окна, держа в руках бокал с густым, тёмным ширазом. Она не пила, лишь вдыхала аромат, пытаясь успокоить дыхание. Никита сидел за столом, вальяжно откинувшись на спинку стула. Его поза выражала хозяина жизни, хотя, по сути, он был лишь совладельцем этой жизни ровно наполовину.
— Уйти из квартиры? Это такая нынче шутка? Тук-тук, в твоей голове мозги остались? — поинтересовалась Альбина у мужа, наконец повернувшись к нему. Её голос был ровным, без визгливых ноток.
Никита усмехнулся, постукивая пальцами по столешнице. Этот звук — тук-тук-тук — начинал действовать на нервы.
— Альбина, давай без драматизма. Ты женщина умная, сомелье, разбираешься в оттенках вкуса, должна понимать и оттенки ситуации. Нам вместе тесно. Я хочу начать новый этап. И этот этап должен проходить здесь. Мать вложилась в «бетон», я пахал на ремонтах… Неужели ты не понимаешь, что тебе проще собрать вещи?
— Твоя мать дала ровно столько же, сколько мои родители, — холодно парировала Альбина. — Мы покупали эту квартиру в браке. Каждый метр здесь — общий. А ты предлагаешь мне исчезнуть в туман, оставив тебе всё? Это не наглость, Никита, это диагноз.
— Ну, я же мужчина, — он развёл руками, словно этот аргумент перекрывал Конституцию и Семейный кодекс. — Мне нужны квадраты. А ты… найдешь себе кого-нибудь. С твоей-то профессией, спаивать богатых клиентов — дело нехитрое.
Книги автора на ЛитРес
Альбина поставила бокал на подоконник. Вино качнулось, оставив на стекле маслянистые «ножки». Она внимательно посмотрела на мужа. Шесть лет брака. Шесть лет она считала его опорой, надёжным тылом, хоть он и был простым патрульным, охранявшим покой граждан. Оказалось, он охранял только свой эгоизм.
В этот момент на столе звякнул его телефон. Никита дернулся, но экран уже загорелся, высвечивая уведомление. Альбина, стоявшая ближе, успела заметить иконку и текст подтверждения оплаты. Это был не магазин запчастей и не коммунальные услуги. Это был премиум-аккаунт на сайте с весьма специфическим контентом для взрослых.
— Серьёзно? — брезгливо спросила она, кивнув на телефон. — Ты гонишь жену из дома, рассказываешь о «новом этапе», а сам тратишь наш семейный бюджет на виртуальных проституток?
Никита покраснел, но тут же перешёл в наступление. Он вскочил, опрокинув стул.
— Не смей лезть в мой телефон! Это мои потребности! Если бы ты была нормальной женой, мне бы не пришлось искать разрядку в сети! Ты вечно уставшая, вечно со своими дегустациями. Мне это надоело! Вали отсюда, Альбина. По-хорошему прошу.
Злость, который она испытала, был не горячим пламенем, сжигающим всё вокруг, а жидким азотом, замораживающим эмоции и оставляющим только голый расчет.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Я уйду. Но запомни этот момент, Никита. Ты сам открыл ящик Пандоры.
Она вышла из кухни, оставив недопитое вино. Сборы были короткими. Только самое необходимое. Она не собиралась дарить ему ни вилки, но сейчас важнее было стратегическое отступление.
Часть 2. Винный бар с привкусом мести
Полгода пролетели как один затяжной, серы пасмурный день. Бракоразводный процесс завершился, делёжка имущества прошла сухо и формально. Суд определил каждому по ½ доли в квартире. Продать её целиком Никита отказался наотрез, выкупать долю Альбины не имел средств, а продавать свою не хотел, считая квартиру своим будущем родовым гнездом.
Альбина работала в престижном винном баре в центре. Полумрак, блеск натертых бокалов, тихая музыка — всё это создавало атмосферу элитарности. Она стояла за стойкой, протирая декантер, когда дверь открылась, и на пороге возник Никита. Он был не один. С ним, хихикая и вися на его локте, вошла молодая особа с ярко-рыжими волосами и взглядом хищной птицы, увидевшей блестящую безделушку.
— О, какие люди! — громко возвестил Никита, подходя к стойке. Он выглядел уверенным, даже лоснящимся от самодовольства. — Лара, познакомься, это моя бывшая. Альбина, налей-ка нам чего-нибудь подороже. У нас праздник, ремонт закончили.
Лара окинула Альбину недобрым взглядом, задержавшись на строгой униформе.
— Так вот ты какая, — протянула она. — Никита говорил, ты немного... старомодная. А винишко хорошее подберешь? Или только этикетки читать умеешь?
Альбина медленно подняла глаза.
— Добрый вечер, — её голос звучал профессионально холодно. — Могу предложить Пино Нуар. У него сложный характер, но, боюсь, для вас он будет слишком тонким. Возможно, вам подойдет столовое полусладкое? Просто и понятно.
Никита хохотнул, не уловив сарказма.
— Давай самое лучшее, я плачу! Кстати, ремонт вышел шикарный. Я взял пару кредитов, но оно того стоило. Стены снесли, объединили кухню с залом, джакузи поставили. Теперь это настоящая холостяцкая берлога... ну, почти холостяцкая, — он ущипнул Лару за талию.
— Ты сделал ремонт во всей квартире? — уточнила Альбина, доставая бутылку.
— Естественно! Я же там живу. А твоя доля... ну, пусть висит. Когда-нибудь выкуплю, ты же всё равно там не появляешься.
Альбина откупорила бутылку. Пробка вышла с мягким хлопком. В её голове сложился последний пазл. Он был настолько уверен в своей безнаказанности, что вложил заемные деньги в имущество, которое ему не принадлежит целиком. Глупость и жадность — смертельный коктейль.
— За копейки, говоришь? — она наполнила бокалы. — Приятного вечера.
Когда они ушли, не оставив чаевых, Альбина достала телефон. В контактах значился номер человека, с которым она познакомилась на курсах актерского мастерства (куда пошла, чтобы снять стресс).
— Глеб? Предложение в силе. Встречаемся завтра у нотариуса.
Часть 3. Обновленная гостиная с незваным гостем
Квартира действительно преобразилась. Светлые тона, модная мебель, огромная плазма на стене. Никита лежал на новом диване, наслаждаясь вечером пятницы. Лара крутилась перед зеркалом в прихожей.
— Котик, нам нужно заказать суши, я так проголодалась! — прощебетала она.
В дверь позвонили. Настойчиво, требовательно.
— Кого там принесло? — недовольно пробурчал Никита, поднимаясь. — Может, курьер ошибся?
Он распахнул дверь. На пороге стоял мужик неопределенного возраста, одетый в майку-сетку, спортивные штаны с вытянутыми коленями и шлёпанцы на босу ногу. В руках он держал огромный клетчатый баул и клетку с хомяком. От мужчины пахло табаком и чем-то кислым
— Здорово, соседи! — гаркнул незнакомец басом. — Проходи, не задерживай, сквозняк же!
Никита опешил, преграждая путь рукой.
— Эй, мужик, ты кто? Ошибся дверью!
Мужчина, которого звали Глеб, легко отстранил его плечом, словно Никита был картонной фигурой, и ввалился в прихожую.
— Какие ошибки? Адрес верный. Квартира тридцать четыре? Она. Я ваш новый жилец. Вот, — он сунул под нос Никите бумагу. — Договор аренды ½ доли жилого помещения. Подписан собственницей, гражданкой Альбиной Викторовной. Всё нотариально заверено.
Лара выскочила в коридор, увидев грязный баул на новом ламинате.
— Никита! Что это за чучело?!
— Чучело у тебя в зеркале, краля, — добродушно огрызнулся Глеб, ставя клетку на тумбочку для ключей. — А я Глеб. Будем жить дружно. Чур, я занимаю вот эту комнату с балконом, мне хомяка выгуливать надо.
— Это спальня! — взвизгнул Никита. — Там наша кровать! Убирайся вон, я полицию вызову!
— Вызывай, коллега, — ухмыльнулся Глеб. — Я свои права знаю. У меня договор. Я заплатил за полгода вперед. А то, что порядок пользования комнатами не определён судом — так это ваши проблемы. Будем пользоваться всем совместно. Кухня общая, туалет общий. Кстати, я люблю по утрам петь в душе. Надеюсь, у вас хорошая акустика?
Никита схватился за документы. Печать была настоящей. Подпись Альбины — чёткой и размашистой.
— Я убью её, — прошипел он. — Я её просто уничтожу.
Глеб тем временем прошёл в гостиную, плюхнулся на новый бежевый диван и включил телевизор.
— О, футбол! Есть пивас? Нет? Ну, вы негостеприимные... Ладно, у меня своё.
Он достал из баула вяленую рыбу и начал чистить её прямо на журнальный столик, сбрасывая чешую на пушистый ковер.
Часть 4. Сквер у старого фонтана
Спустя три дня Никита был похож на призрака. Мешки под глазами, дергающийся глаз. Лара истерила безостановочно. Глеб оказался соседом из ада. Он храпел так, что дрожали стены, водил каких-то сомнительных личностей, которые часами сидели на кухне и обсуждали теории заговора, а главное — он был вездесущ.
Никита выследил Альбину в сквере недалеко от её работы. Она сидела на лавочке, читая книгу, и выглядела невозмутимой, словно сфинкс.
— Ты! — выдохнул он, подбегая. — Что ты устроила?! Кто это животное?! Убери его немедленно!
Альбина закрыла книгу, заложив страницу пальцем.
— Добрый день, Никита. Ты о Глебе? Милейший человек. Платит исправно, не шумит... по его словам.
— Не шумит?! Он сожрал мои продукты, его хомяк прогрыз провода от интернета, а сам он ходит по квартире в трусах, а порой и без них! Лара в истерике, она грозится уйти!
— Это твои трудности, — спокойно ответила Альбина. — Ты хотел жить в этой квартире? Живи. Моя собственность должна приносить доход. Ты выкупать долю отказался. Я нашла арендатора. Всё по закону.
— Я не могу так жить! У меня кредиты за ремонт! Я столько вбухал в эту хату! — Никита почти кричал, привлекая внимание прохожих. Люди оборачивались, но ему было всё равно.
— У меня есть предложение, — сухо сказала Альбина. — Либо ты платишь мне половину той суммы, за которую я сдала комнату Глебу, и сам с ним разбираешься. Либо привыкай. Но учти, у Глеба большая семья, скоро приедет его троюродный брат из деревни. С баяном.
— Это шантаж!
— Это бизнес, Никита. Ничего личного и всё по закону. Ты сам создал эту ситуацию, когда решил, что я должна просто исчезнуть. Я не исчезла. Я трансформировалась в проблему.
Никита схватился за голову.
— Хорошо! Я выкуплю твою долю! Но не сейчас, дай мне время...
— Нет у тебя времени. И денег нет, я знаю про твои кредиты.
В этот момент телефон Никиты зазвонил. Это была соседка, баба Зина.
— Никитка! — завопила она в трубку так, что слышно было даже Альбине. — Беги домой! Там у тебя оргия какая-то! Твоя рыжая с твоим новым жильцом музыку врубили, хохочут, срам-то какой!
Лицо Никиты стало серым. Он посмотрел на Альбину, потом на телефон.
— Этого не может быть... Лара меня любит...
— Иди, проверь, — равнодушно посоветовала Альбина. — Глеб, говорят, мужчина харизматичный любою бабу в постель затащит.
Никита рванул с места. Он бежал, не чувствуя ног, задыхаясь от унижения и страха. Вбежав в квартиру, он застыл в дверях гостиной. Картина была маслом: Лара, растрепанная и веселая, сидела на коленях у Глеба, который травил какой-то анекдот, и они вместе пили то самое вино, которое Никита берег для особого случая.
— О, явился не запылился! — гоготнул Глеб. — А мы тут знакомимся поближе. Ларка-то баба огонь, зря ты её прессуешь!
Лара вскочила, пытаясь оправить платье, но в её глазах не было стыда, только пьяная наглость.
— Ты вечно на работе, Никит! А Глеб... он весёлый! И ты же знаешь, у него здесь тоже права!
Внутри Никиты что-то оборвалось. Карточный домик его самолюбия рухнул, подняв облако пыли. Дом, в который он вложил всё, предал его. Женщина, ради которой он выгнал жену, предала его. Он стоял посреди евроремонта, чувствуя себя самым ничтожным человеком на земле.
Часть 5. Лестничная площадка перед закрытой дверью
Всё решилось за два дня. Никита был сломлен. Он хотел только одного — избавиться от этого кошмара, от вида Глеба, от воспоминаний о Ларе, которую он выгнал в тот же вечер (в ответ она разбила плазму). Он согласился продать свою долю Альбине за смехотворную сумму — ровно столько, чтобы закрыть кредиты за ремонт. Он выходил в ноль. Без квартиры, без жены, без любовницы.
Встреча для передачи ключей состоялась у нотариуса. Альбина выглядела идеально. Она протянула ему документы на подпись окончательного акта приема-передачи.
— Поздравляю, — хрипло сказал Никита, отдавая связку ключей. — Ты добилась своего. Подавись этой квартирой. Там теперь воняет этим уродом.
— Спасибо за пожелание, — Альбина взяла ключи. — Но ты ошибаешься.
Она набрала номер.
— Глеб? Всё закончено. Спускайся, я выплачу гонорар.
Никита замер. Дверь подъезда открылась, и вышел Глеб. Но это был не тот Глеб. На нем был приличный костюм, он был чисто выбрит, никакого запаха лука. В руке он держал тот самый «ужасный» баул, который оказался театральным реквизитом.
— Добрый день, Альбина Викторовна, — учтиво произнес Глеб поставленным голосом интеллигента. — Рад был помочь. Надеюсь, моя игра была убедительной?
Никита переводил взгляд с жены на «жильца».
— Ты... ты его наняла? Это актёр?
— Актёр драматического театра, — поправила Альбина. — И очень талантливый. А Лара... скажем так, она просто нашла человека своего уровня. Глеб всего лишь немного подтолкнул её под зад и она тут же...
— Но аренда... договор...
— Фикция для тебя. Спектакль для одного зрителя. — Альбина спрятала документы и ключи в сумочку. — Ты думал, что можно вытереть об меня ноги, и я стерплю? Злость, Никита, это не истерика. Злость — это топливо для действий. Ты вложился в ремонт моей квартиры, ты освободил мне жилплощадь и продал свою долю за бесценок.
Вся его схема, вся его «мужская правда» разбились о холодный расчет женщины, которую он считал слабой.
— Ты чудовище, — прошептал он.
— Нет, дорогой. Я просто сомелье. Я умею ждать, пока вино созреет, чтобы потом насладиться вкусом победы. А ты... ты просто пробка, которая вылетела и никому больше не нужна.
Альбина кивнула Глебу, и они направились к машине. Никита остался стоять у подъезда дома, который больше не был его домом, сжимая в руке бесполезную справку о закрытии кредита. Он был свободен. Абсолютно, страшно и безнадежно свободен от всего, что имел.
КОНЕЦ.
Автор: Вика Трель ©
Рекомендуем Канал «Рассказы для души от Елены Стриж»