– Отличная идея, Лена! Именно так и сделаем.
Игорь Петрович кивнул. Записал что-то в блокнот. Лена улыбнулась — яркая помада, белые зубы, уверенный взгляд победительницы.
Я сидела через два стула. Смотрела на свои руки. Пальцы сжимали ручку так, что костяшки побелели.
Это была моя идея. Моя. Я придумала её три дня назад. Рассказала Кате на обеде. А Лена сидела за соседним столиком.
Два года назад она пришла в наш отдел аналитики. Старший специалист. Опыт, связи, громкий голос на совещаниях. Я тогда работала здесь уже два года. Тихо делала свою работу. Цифры, отчёты, презентации.
Первый месяц Лена присматривалась. Второй — начала задавать вопросы. Третий — я заметила странное.
Мои идеи звучали из её рта.
***
Совещание закончилось. Все потянулись к выходу. Я осталась сидеть. Ноги не слушались.
– Ты чего? – Катя остановилась рядом.
– Ничего.
– Марин, я же слышала. Ты мне это рассказывала в понедельник.
Я подняла глаза. Катя смотрела с сочувствием. Значит, не показалось. Значит, не паранойя.
– Может, совпадение, – сказала я.
Катя промолчала. Мы обе знали, что это не совпадение.
Вечером я открыла ежедневник. Начала считать. Три идеи за последние два месяца. Три. Все — мои. Все — теперь Ленины.
Сорок часов работы. Минимум. Исследования, анализ, расчёты. А на совещании звучит: «Отличная идея, Лена!»
Я закрыла ежедневник. Руки дрожали.
Ладно. Может, правда совпадение. Может, умные люди думают одинаково. Может, я придумываю проблему на пустом месте.
Решила понаблюдать.
***
Через неделю я работала над проектом по автоматизации отчётности. Месяц исследований. Тридцать два источника. Сравнительный анализ пяти систем. Экономическое обоснование на двенадцать страниц.
Но не все коллеги ценят чужой труд и честность: Коллега уходит на обед на два часа. Говорит начальнику - была на встрече. Каждый раз проси
Я гордилась этой работой. Хотела представить на следующем совещании.
Папка лежала на столе. Синяя, с надписью «Автоматизация». Я вышла на обед.
Вернулась через час. Папка на месте. Но страницы чуть сдвинуты. Я всегда выравниваю края. Привычка.
Кто-то смотрел.
Я проверила — всё на месте. Ничего не пропало. Успокоилась. Наверное, уборщица задела.
В пятницу было совещание.
– У меня есть предложение по оптимизации, – Лена встала. – Я проанализировала пять систем автоматизации. Сравнила их по двенадцати параметрам. Подготовила экономическое обоснование.
Я перестала дышать.
Двенадцать параметров. Не пятнадцать, как у меня. Но структура — моя. Выводы — мои. Даже фраза про «экономию сорока часов в месяц» — слово в слово.
Она украла мой проект.
Месяц работы. Тридцать два источника. Тридцать два. Я помнила каждый.
Игорь Петрович слушал. Кивал. Задавал вопросы. Лена отвечала уверенно. Не на все — но достаточно убедительно.
– Хорошая работа, – сказал директор. – Возьми это направление на себя.
Лена кивнула. Скромно. С достоинством.
Я сидела. Смотрела в стол. Ногти впились в ладони. Четыре маленьких полумесяца — я потом видела их полчаса.
После совещания я подошла к Лене. Отвела в сторону.
– Это мой проект.
Она подняла брови. Удивлённо. Искренне удивлённо — вот что бесило больше всего.
– О чём ты?
– Автоматизация. Пять систем. Экономическое обоснование. Это я делала.
– Марина, – Лена вздохнула, – я понимаю, что обидно. Но идеи витают в воздухе. Мы работаем в одном отделе. Естественно, думаем в одном направлении.
– Тридцать два источника, – сказала я. – У тебя сколько?
Кстати, вот как работать продуктивно, даже под постоянным прессингом: Начальник ставил мне задачи за 5 минут до конца дня - "Срочно на завтра". Каждый день. 3 г
Пауза. Секунда. Две.
– Не считала, – Лена улыбнулась. – Но если хочешь — можем вместе поработать над внедрением. Я не против.
Она похлопала меня по плечу. И ушла.
Я стояла в коридоре. Одна. В голове крутилось: «вместе поработать». Она украла мой месяц — и предлагает мне помочь ей внедрять.
Руки тряслись. Хотелось кричать. Но я молчала.
Всегда молчала.
***
Прошло три месяца. Семь украденных идей. Семь. Я считала.
Две из них принесли Лене похвалу от директора. Одна — премию в пятнадцать тысяч. Моя премия. Мои пятнадцать тысяч.
Я попробовала говорить с руководством. Один раз.
– Игорь Петрович, я хотела бы представить свой проект по клиентской аналитике.
– Отлично. Лена уже начала работу в этом направлении. Присоединяйся к ней.
Лена. Опять Лена.
Она узнала раньше. Как — не знаю. Подслушала? Прочитала мои записи? Теперь я прятала всё. Блокнот — в сумку. Файлы — под пароль. Идеи — только в голове.
Но она находила способы.
На обеде я обмолвилась Кате про анализ конкурентов. Через два дня Лена предложила «свежий взгляд на конкурентную среду».
Я перестала говорить на обедах. Перестала обсуждать работу. Стала параноиком.
Два повышения прошли мимо. Два. Лена получила оба.
– Ты слишком тихая, – сказал Игорь Петрович на аттестации. – Инициативы не вижу. Идей нет. Работаешь хорошо, но звёзд с неба не хватаешь.
Идей нет. У меня. Идей. Нет.
Я вышла из кабинета. Дошла до туалета. Закрылась в кабинке. И разревелась.
Сорок минут. Сорок минут я сидела там и плакала. Два года работы. Семь украденных проектов. Два упущенных повышения. И «идей нет».
Это было дно. Самое дно.
***
Переломный момент случился на большом совещании. Квартальный отчёт. Все отделы. Человек двадцать в переговорной.
Я готовила презентацию по своему сектору. Цифры, графики, выводы. Ничего особенного — просто моя работа.
Лена выступала передо мной. Стратегия на следующий квартал. Красивые слайды. Уверенный голос.
– А вот здесь хочу отметить, – она щёлкнула пультом, – что базовую аналитику можно делать быстрее. Если оптимизировать процессы.
Слайд. На нём — мой отчёт. Моя таблица. Мой график.
– Марина у нас хорошо справляется со сводками, – Лена улыбнулась. – Но стратегическое мышление — это немного другой уровень.
Смешки в зале. Тихие. Но я услышала.
Она не просто украла. Она унизила. Публично. При всех.
Я смотрела на неё. На яркую помаду. На белые зубы. На уверенную улыбку.
Внутри что-то щёлкнуло. Как выключатель. Было — и выключилось.
Я больше не злилась. Не обижалась. Не плакала.
Я думала.
***
План созрел за неделю. Простой. Элегантный. Рискованный.
Я знала, как она работает. Подслушивает. Подсматривает. Хватает чужое и выдаёт за своё. Но сама — не проверяет. Не углубляется. Берёт верхний слой.
Это была её слабость. И моё оружие.
Я начала готовить ловушку.
Новый проект — анализ эффективности рекламных каналов. Большой. Важный. Игорь Петрович ждал результатов к концу месяца.
Я работала открыто. Папка на столе. Файлы без пароля. Разговоры с Катей в опенспейсе — громко, чтобы слышали соседние столы.
И ждала.
На третий день заметила — Лена чаще проходит мимо моего стола. На пятый — задержалась «поправить туфлю» прямо у моего монитора.
Я улыбалась. Внутри.
За неделю до дедлайна я подготовила два варианта отчёта. Первый — настоящий. Правильный. С проверенными данными и корректными выводами.
Второй — с ошибкой. Маленькой. Незаметной на первый взгляд. Но критической.
Я взяла данные за прошлый год вместо текущего. В одной таблице. В ключевой таблице.
Если не проверять источники — не заметишь. Цифры выглядят логично. Графики красивые. Выводы убедительные.
Но неправильные.
Второй вариант я оставила на столе. В синей папке. Первый — спрятала.
И ушла на обед. На долгий обед.
***
Вернулась через полтора часа. Папка на месте. Страницы чуть сдвинуты.
Сердце стукнуло. Громко. Один раз.
Она взяла наживку.
Три дня до совещания. Я работала как обычно. Закончила свой отчёт. Настоящий. Отправила Игорю Петровичу на проверку.
– Хорошая работа, – написал он. – Жду презентацию в пятницу.
В четверг вечером Лена задержалась допоздна. Я видела свет в её кабинете. Готовилась.
Ночью я не спала. Лежала и смотрела в потолок. Думала — правильно ли делаю?
Она воровка. Два года воровала мои идеи. Мой труд. Моё время.
Но я собиралась подставить её. Намеренно. Сознательно.
Это было... нечестно?
Или справедливо?
Я не знала. Но утром встала и поехала на работу.
***
Пятница. Совещание в одиннадцать. Переговорная на восьмом этаже.
Я пришла за десять минут. Села у окна. Руки холодные. Спокойные.
Лена влетела за минуту до начала. Сияющая. С флешкой в руке.
– Игорь Петрович, у меня срочное дополнение к повестке! Анализ рекламных каналов — я нашла интересные закономерности.
Директор поднял брови.
– У нас уже есть отчёт Марины.
– Да, но я копнула глубже. Разрешите?
Он кивнул. Лена подключила флешку.
Первый слайд. Моя структура. Мои заголовки. Мой шрифт.
Но данные — из моей ловушки.
– Смотрите, – Лена указала на график, – эффективность контекстной рекламы выросла на тридцать семь процентов. Это значит, нужно увеличить бюджет на это направление.
Игорь Петрович нахмурился. Посмотрел в свой планшет.
– Подожди. У меня другие цифры.
– Возможно, устаревшие? – Лена улыбнулась. – Я брала самые свежие данные.
– Марина, – директор повернулся ко мне, – можешь показать свой отчёт?
Я встала. Спокойно. Подключила свою презентацию.
– Эффективность контекстной рекламы снизилась на двенадцать процентов за текущий квартал. Вот данные. Вот источники. Вот методология расчёта.
Тишина. Пять секунд. Десять.
Игорь Петрович смотрел на экран. Потом на Лену. Потом снова на экран.
– Лена, откуда твои цифры?
Пауза. Я видела, как она побледнела. Яркая помада стала ещё ярче на белом лице.
– Я... анализировала данные...
– Какие данные? Покажи источник.
Она открыла файл. Нашла таблицу. Директор наклонился.
– Это данные за прошлый год, – сказал он. – Двадцать четвёртый. Сейчас двадцать шестой.
Лена смотрела на экран. Рот открылся. Закрылся.
– Я... должно быть, ошиблась...
– Ты предлагала увеличить бюджет на направление, которое падает, – Игорь Петрович говорил медленно. – На основании данных двухлетней давности. На совещании руководства.
– Это недоразумение...
– Это некомпетентность.
Слово упало как камень. Тяжёлое. Окончательное.
Лена сидела. Смотрела в стол. Руки дрожали.
Я смотрела на неё. Ждала — будет ли жалость?
Не было. Только холодное удовлетворение.
Два года. Семь украденных проектов. Два упущенных повышения. Сорок минут рыданий в туалете.
Вот цена.
***
Совещание закончилось. Все вышли. Я осталась последней.
Собирала бумаги. Медленно. Руки не дрожали.
– Марина.
Обернулась. Игорь Петрович стоял в дверях.
– Хороший отчёт. Качественная работа.
– Спасибо.
Он помолчал. Посмотрел на меня внимательно.
– Я заметил, что многие твои идеи... появлялись раньше у других.
Сердце остановилось. На секунду.
– Я проверил почту, – продолжил он. – Даты отправки файлов. Интересная картина.
Он знал. Или догадывался.
– Почему не сказала раньше?
– Не знала, как доказать.
Директор кивнул. Медленно.
– Теперь знаешь.
Он вышел. Дверь закрылась.
Я стояла одна в пустой переговорной. Смотрела в окно. Город внизу жил своей жизнью — машины, люди, суета.
А я впервые за два года чувствовала себя... не знаю. Не победителем. Не мстителем.
Просто — на своём месте.
***
Прошёл месяц. Лену не уволили. Но повышения она лишилась. И нового проекта. И доверия директора.
Она со мной не разговаривает. Смотрит волком при встрече. На совещаниях садится максимально далеко.
Зато не ворует.
Катя спросила на прошлой неделе — откуда взялись те неправильные данные?
Я пожала плечами. Сказала — наверное, Лена перепутала файлы.
Катя посмотрела на меня долго. Понимающе. Ничего не сказала.
Иногда я думаю — правильно ли сделала? Это была ловушка. Намеренная. Я знала, что она возьмёт фальшивку. Знала, что не проверит. И позволила ей облажаться.
Можно было по-другому. Поговорить с директором. Написать жалобу. Собрать доказательства честно.
Но я два года пыталась честно. И получала «идей нет».
А теперь — получаю свои проекты. Свои презентации. Свои заслуги.
Правильно это или нет — не знаю.
Знаю одно: я больше не плачу в туалете.
Правильно сделала?
Золотая коллекция: