Найти в Дзене

Зависимость — это болезнь?

Любая зависимость — не внезапна. Она постепенно становится частью повседневной жизни — как способ справляться с напряжением, усталостью, тревогой или чтобы заглушить голос одиночества. Сначала это выглядит как временное решение: что-то, что помогает пережить. Но со временем этот способ перестает давать облегчение и начинает забирать все больше — сил, внимания, денег, отношений, здоровья. А отказаться от него оказывается значительно сложнее, чем ожидалось. На сессии «View Therapy: театр терапевтических техник» Денис Булидоров (семейный и клинический психолог, провокативный гипнотерапевт, нейропсихолог, руководитель программы «Психология зависимого поведения» Московского института психоанализа) так определил зависимость: «Человек незаметно начинает брать хорошее настроение в кредит — с бешеными процентами. В залог он отдает здоровье, психику и качество жизни». Булидоров Денис (ViewTherapy: театр терапевтических техник // Провокативная психология) «View Therapy: театр терапевтических техн
Оглавление

Любая зависимость — не внезапна. Она постепенно становится частью повседневной жизни — как способ справляться с напряжением, усталостью, тревогой или чтобы заглушить голос одиночества.

Сначала это выглядит как временное решение: что-то, что помогает пережить. Но со временем этот способ перестает давать облегчение и начинает забирать все больше — сил, внимания, денег, отношений, здоровья. А отказаться от него оказывается значительно сложнее, чем ожидалось.

На сессии «View Therapy: театр терапевтических техник» Денис Булидоров (семейный и клинический психолог, провокативный гипнотерапевт, нейропсихолог, руководитель программы «Психология зависимого поведения» Московского института психоанализа) так определил зависимость:

«Человек незаметно начинает брать хорошее настроение в кредит — с бешеными процентами. В залог он отдает здоровье, психику и качество жизни».

Булидоров Денис (ViewTherapy: театр терапевтических техник // Провокативная психология)

«View Therapy: театр терапевтических техник» Московского института психоанализа — это живые сессии психологов с клиентами в записи и исключительная возможность «подсмотреть», как работают специалисты разных направлений.

Почти всегда внутри разворачивается одна и та же сцена. Человек говорит себе: «Все, хватит. Так больше нельзя». Часто он действительно собирается, держится день, иногда два. А потом происходит срыв. И вместе с ним возвращаются злость на себя, стыд и ощущение, что проблема в слабости характера. Со временем вопрос перестает звучать как «почему я не могу взять себя в руки» и все чаще превращается в более тревожный: «что со мной происходит». Именно здесь важно сделать паузу и посмотреть на ситуацию иначе — не через призму вины и самокритики, а через попытку разобраться, как устроено это состояние.

Материал носит просветительский характер. Он помогает внимательнее относиться к своему состоянию и вовремя обращаться за поддержкой в случае необходимости, но не предназначен для самостоятельной постановки диагнозов и не заменяет консультацию профильного специалиста в обстоятельствах, когда необходима поддержка.

Почему обещания себе снова и снова не срабатывают

В момент, когда человек принимает решение остановиться, он обычно находится в относительно спокойном состоянии. Он ясно видит последствия, может рассуждать логично и искренне хочет изменений. Из этого состояния и рождаются привычные инструкции: «соберись», «просто не делай этого», «надо быть сильнее».

Но зависимость меняет саму работу управления поведением. В момент тяги мозг функционирует иначе, чем в спокойном состоянии. Решения, принятые на холодную голову, становятся труднодоступными. Это не означает, что человек не хочет или забывает о своем решении. Это означает, что в пике напряжения поведение определяется автоматическими реакциями, а не осознанным выбором.

Поэтому фраза «соберись» оказывается плохой инструкцией. Примерно такой же, как «прыгни выше» для человека с переломом. Не потому, что он не старается, а потому что инструмент временно не работает.

Зависимость — не каприз и не распущенность, а состояние, которое меняет поведенческие механизмы и требует лечения, а не давления извне или самонаказания.

В какой момент привычка становится расстройством

Многие люди долго сомневаются, где проходит грань между просто вредной привычкой и зависимостью. Кажется, что «еще не настолько серьезно», и это часто мешает обратиться за помощью. Расстройство редко проявляется одномоментно. Обычно оно становится заметным по совокупности признаков, которые затрагивают сразу несколько сфер жизни.

«Зависимость и зависимое поведение становятся патологией тогда, когда они в целом захватывают все сферы жизни человека».

Булидоров Денис (ViewTherapy: театр терапевтических техник // Провокативная психология)

Чаще всего эти признаки выглядят так:

  • Тяга и компульсия. Это уже не просто желание или способ расслабиться. Возникает ощущение внутреннего давления, как будто кто-то нажал кнопку «надо». Даже ясное понимание последствий не снижает напряжение и не дает выбрать паузу.
  • Потеря контроля. Человек искренне планирует ограничиться или остановиться, но при обострении состояния снова оказывается в том же сценарии. Это происходит не из-за слабости характера или самообмана, а потому что доступ к осознанному управлению поведением временно снижен.
  • Эскалация. Со временем требуется больше, чаще или интенсивнее, чтобы получить тот же эффект, облегчение или чувство успокоения. То, что раньше «работало», перестает давать результат.
  • Последствия. Поведение начинает отражаться на разных сферах жизни одновременно: страдают отношения, работа, финансы, здоровье, самооценка. При этом попытки просто «взять себя в руки» не приводят к долгосрочным изменениям.
«Любая патологическая зависимость всегда кому-то или чему-то посвящена. Очень редко она возникает в пустоте — чаще она привязана к образу, опыту или значимому моменту».

Булидоров Денис (ViewTherapy: театр терапевтических техник // Провокативная психология)

Слово «болезнь» в этом контексте важно не как ярлык и не как приговор. Оно означает смену оптики. Речь идет не о снятии ответственности, а о переходе от наказания к лечению. Именно с этого момента появляется возможность реальных изменений.

Читайте также | Когда чувства переходят в симптомы: характер человека и болезни

С чего начинается лечение на самом деле

Когда человек впервые задумывается о помощи, часто возникает желание резко все прекратить. Это выглядит как единственный правильный шаг — решительный и окончательный. Но в реальности начало пути требует осторожности и большего внимания к своему состоянию, чем к самому поведению.

Надо учитывать, что лечение начинается не с запретов и не с силы воли. Оно начинается с оценки реальности: что именно происходит с человеком сейчас и какие ресурсы у него есть.

«Я, как семейный психолог, считаю, что одна из самых важных потребностей человека — социальная. Это потребность быть в постоянном, значимом для себя контакте».

Булидоров Денис (ViewTherapy: театр терапевтических техник // Провокативная психология)

Есть состояния, при которых резкая отмена может быть небезопасной — в первую очередь это касается алкоголя и некоторых препаратов. В таких случаях первый шаг — это не героическое «бросаю прямо сейчас» и борьба с собой, а консультация специалиста.

Обращение ко врачу или психотерапевту нужно не для контроля и не для постановки на учет, а для понимания:

  • с какой степенью зависимости человек имеет дело;
  • есть ли риски отмены и физические ограничения;
  • какие сопутствующие трудности «подпитывают» текущее состояние — нарушения сна, тревога, подавленность, депрессивные симптомы;
  • какие триггеры запускают поведение;
  • какой формат помощи будет наиболее подходящим на данном этапе.

Отдельно скажем о сомнениях. Амбивалентность — когда человек одновременно хочет изменений и боится их — это не признак неготовности, а нормальная часть процесса. Лечение начинается с того, что эти противоречия можно проговорить, а не подавлять. Не с идеального решения, а с честного контакта с собой.

Такой подход снижает риск срывов, убирает из процесса насилие над собой и создает ощущение опоры, а не давления. Именно это позволяет двигаться дальше без постоянного внутреннего конфликта.

Первые семь дней: как помочь себе удержаться

Первая неделя после принятого решения — самая хрупкая. В это время важно не стремиться к радикальным переменам и исправить всю жизнь. Задача этих дней гораздо проще и одновременно сложнее: снизить нагрузку на самоконтроль и дать нервной системе возможность стабилизироваться.

На практике это означает несколько ключевых шагов.

  • Во-первых, наблюдение за триггерами: эмоциями, временем суток, одиночеством, стрессом, конкретными местами или людьми. Когда триггеры названы и записаны, они перестают быть неожиданными и начинают поддаваться управлению.
  • Во-вторых, ограничение доступа. Не хранить, не оставлять на всякий случай, не создавать маршрутов и ситуаций, где сорваться слишком легко. Это не слабость, а форма бережного отношения к себе в период уязвимости.
  • В-третьих, поддержка. Даже один человек, которому можно написать «Мне сейчас тяжело», может помочь снизить внутреннее напряжение. Проговаривание состояния часто само по себе ослабляет волну импульса (тягу), потому что разрывает изоляцию — один из главных факторов срывов.
  • В-четвертых, база: сон, еда, движение. Это звучит скучно и слишком просто, но именно физическое истощение делает сопротивление тяге почти невозможным. Недосып, голод и постоянное напряжение усиливают импульсивность и снижают способность выдерживать дискомфорт.

Полезно заранее подготовить короткие действия на 10–15 минут, чтобы переждать волну тяги, не принимая решений на ее пике. Тяга почти всегда имеет форму волны: она нарастает, достигает пика и затем спадает. Задача первых дней — не победить ее, а научиться не действовать, пока она проходит.

Если в этот период случаются срывы или откаты, это не означает провал. Это информация о том, где именно нужна дополнительная поддержка. Первая неделя — не экзамен на силу воли, а этап настройки системы помощи вокруг человека. Именно от этого зависит, получится ли двигаться дальше без постоянных откатов.

Читайте также | Как перестать постоянно переживать

Что действительно поддерживает изменения

Устойчивые изменения редко держатся на одном инструменте. Обычно работает сочетание нескольких опор, работающих одновременно и дополняющих друг друга. Такой подход снижает риск срывов и делает процесс более реалистичным.

Психотерапия помогает выстроить внутренние опоры и научиться иначе обращаться с трудными состояниями. В процессе работы с психотерапевтом человек:

  • начинает распознавать автоматические реакции и триггеры;
  • учится выдерживать тягу и напряжение, не переходя сразу к действию;
  • постепенно пересматривает привычные сценарии поведения;
  • формирует новую, более устойчивую рутину и способы саморегуляции.

Психотерапия не дает быстрых решений, но создает пространство, в котором изменения могут закрепляться и развиваться со временем.

Медицинская помощь (нарколог), когда она необходима, поддерживает физиологическую сторону процесса и снижает избыточную нагрузку на психику. Она может:

  • уменьшать физическое и эмоциональное напряжение;
  • помогать справляться с симптомами отмены;
  • корректировать сопутствующие состояния (тревогу, депрессию, нарушения сна), которые часто усиливают зависимое поведение.

Медицинская поддержка не заменяет психологическую работу, но может сделать ее более доступной и безопасной.

Социальная среда снижает изоляцию и ощущение, что человек остается один на один с трудным процессом. Она включает:

  • работу с близкими и восстановление диалога;
  • участие в группах поддержки (например, «12 шагов»);
  • договоренности в семье и ближайшем окружении, которые создают более стабильные и понятные условия.

Именно сочетание всех этих уровней создает основу для более надежных и поддерживаемых изменений.

Если произошел срыв: как сохранить движение вперед

Срыв часто воспринимается как точка, после которой «уже нет смысла продолжать». Это один из самых болезненных моментов, потому что в нем быстро включаются стыд, самообвинение и желание все бросить. На самом деле срывы — частая часть процесса изменений, а не его конец. Они не обнуляют проделанную работу и не отменяют уже сделанных шагов.

Можно научиться различать срыв и отказ от восстановления. Один эпизод — это событие, а не решение. Именно то, что происходит после него, определяет дальнейшую траекторию.

После срыва полезно:

  • не превращать один эпизод в серию — остановиться как можно раньше, не используя логику «раз уж начал, можно продолжить»;
  • вернуться к плану как можно быстрее, даже если это выглядит несовершенно или «нечисто»;
  • спокойно разобрать, что стало триггером — эмоция, конфликт, переутомление, одиночество, физическое истощение, неожиданный стресс;
  • отделить причину от обвинения: искать уязвимое место в системе, а не ошибку в себе;
  • усилить защиту и при необходимости скорректировать стратегию — добавить поддержку, убрать дополнительные триггеры, пересмотреть ожидания от себя на этом этапе.

В этот момент не стоит оставаться в изоляции. Контакт с терапевтом, врачом-наркологом, группой поддержки или хотя бы одним надежным человеком резко снижает риск повторного срыва и возвращает ощущение движения, а не тупика.

Цель работы с зависимостью — не отсутствие ошибок и не идеальная траектория, а способность быстрее восстанавливаться и делать путь восстановления более предсказуемым.

Заключение

Путь выхода из зависимости редко бывает прямым. Он состоит из небольших шагов, остановок, пересмотров и постепенных изменений, которые не всегда заметны сразу. Зависимость не определяет личность человека и не отменяет его ценность. Это состояние, с которым можно работать. Со временем возвращается ощущение выбора, ясности и внутренней опоры.

Поддержка, понимание и подходящие инструменты помогают шаг за шагом выстраивать устойчивую жизнь. И даже если путь кажется долгим, он возможен. Само внимание к своему состоянию уже является началом изменений.