1. «Кошмарный, кошмарный, безумный, безумный XIX век...» А XX и XXI века еще хлеще
«Кошмарить» – значит системно создавать кому-то трудности в жизни. Это словцо из лексикона народа и конкретно криминальной его части. Звучит весело, но точно.
А как иначе обозначить то, чем занимался, к примеру, один заглавный герой по отношению к другому такому же в малоизвестной, но забавной советской комедии «В. Давыдов и Голиаф» (1)?
Там персонаж Алексея Петренко вкалывал на производстве и втихую собирал из заводских деталей электромотор для собственного дачного участка – чтоб огород поливать. А проходивший трудовую практику школьник, видите ли, догадался о замыслах «несуна» и всячески ему мешал в этой его антиобщественной деятельности.
Ну, очень ответственный ученик попался. До смешного. Жизнь рабочего превратилась в лабиринт нелепостей.
В целом этот пример – на грани серьеза и курьеза. Давайте рассмотрим, какие герои фильмов СССР умели не всегда сознательно, но каждый раз мастерски «кошмарить» других героев. Условно разделим их на серьезные и несерьезные типы.
2–6. Серьезные мастера
По большому счету многие преступники «кошмарят» ведущих расследование. Или как там сказали иронично-философски в комедии «Берегись автомобиля» (2): «Один бежит, другой догоняет. Таков непреложный закон жанра! Детектив без погони – это как жизнь без любви».
И Юрий Деточкин, между прочим, в своих порывах помочь правосудию этому же социальному институту весьма мешал, досаждал и ставил препоны. Ведь вместо погони за настоящими преступниками милиция вынуждена была тратить время на его поимку.
Ну, а банда «Черная кошка» в советском детективе «Место встречи изменить нельзя» (3) «кошмарила» вообще виртуозно. Причем каждый раз, совершив какое-то преступление, мошенники оставляли на том месте рисунок – эмблему своей банды.
Впрочем, бывают и вполне законопослушные умельцы «кошмарить» всерьез.
Вспомнить хоть героиню, которая могла бы выиграть конкурс на самый токсичный бытовой хайп: супругу летчика Валентина Ненерокова в «Экипаже» (4).
Алевтина просто усидеть на месте не могла, если ее муж хорошо общался с их сыном. Как только между отцом и ребенком начиналось нормальное общение – она придумывала какое-то срочное дело, отвлекавшее их.
Например, именно в момент, когда измученный семейными конфликтами мальчонка начинал оттаивать душой и идти на контакт, ей надо было этот мостик сломать и начать… стричь сына. Вот именно в эту минуту, ни получасом позже.
И таких приемчиков у нее было великое множество. Как только муж-летчик приезжал ненадолго домой из командировки, жена актуализировала свой запас проблем, которые она устраивала благоверному, а заодно своим маме и сыну.
Закончилось всё тем, что супруги развелись, и на суде Алевтина доказала, будто Валентин плохо общался с мальчиком и потому не вправе видеться с ним дальше.
Близким ей бытовым любителем «кошмарить» была Лущилиха – соседка казачки Клавдии в фильме СССР «Цыган» (5). Во время войны они вдвоем попали под наступление фашистов, тут у Клавы начались роды… и при этом они наткнулись на цыганскую кибитку с младенцем, мать которого погибла при обстреле.
Клава приняла этого мальчика и воспитала его как своего. Лущилиха была единственной, кто знал, что тот сын неродной. И секрет она хранила, в отместку умудряясь «закошмаривать» бедную Клавдию, что называется, «по полной программе».
Соседушка то присваивала у Клавдии только что снятый ею урожай, то забирала целого поросенка. И всё – с невинным выражением лица. Бедная Клава терпела эту вымогательницу, много лет живя в напряжении.
В итоге Лущилиха рассказала-таки Будулаю о том, что он – настоящий отец Вани… подтвердив известную рекомендацию: не «подкармливайте» шантажистов, толку не будет – все равно «сдадут» вас «с потрохами» в самый неподходящий момент.
Сложную жизнь устроили и юной героине детского фильма СССР «Чучело» (6). Новенькую Лену шестиклассники подвергли настоящей тpaвле. Они ее бойкотировали… они выкрали Ленино платье и подожгли его с табличкой «Чучело-предатель»...
Девочка как могла противостояла, порой крайними мерами, в частности состригла себе все волосы на голове. В итоге ей все равно пришлось уехать из города вместе с дедушкой.
7–12. Веселые асы
А вот в детском кино СССР «4 : 0 в пользу Танечки» (7) школьная обструкция получилась куда как более веселой, чем в «Чучело». Там тоже была новенькая, но не ученица, а учительница.
Ребята решили ее испытать, подстраивая все время разные подвохи, задачки и загвоздки. Однако юный педагог с честью выпуталась из лабиринта детских закавык!
Иван же из «Курьера» (8) был до такой степени фантазером, что все время придумывал что-то невероятное и выдавал его с таким видом, будто говорит правду. Этим самым паренек вводил в заблуждение людей без чувства юмора, сбивал с толку и тем самым мешал окружающим, так ска-ать, нормально функционировать.
Он то вступительной комиссии в вузе застопоривал проведение экзамена непонятными высказываниями, то профессора Кузнецова натурально захайпил...
Причем на Ванины полуосознаваемые манипуляции поддалась профессорская дочка.
Это подтверждает: любовь к «закошмариванию» заразительна.
Катя тоже попробовала весело обыграть Ивановы фантазии и собственный юношеский гормональный всплеск, но у нее-то были гены ее серьезного папы, а не Ваниной странноватой мамы…
Это доказывает: навык «закошмаривания» не нарабатывается, по крайней мере по-быстрому, но дается от природы.
Да и заглавный герой еще черно-белой советской комедии «Максим Перепелица» (9) даром что уже вырос, а постоянно баловался и этакое-разэдакое вытворял, создавая сложности односельчанам. Даже когда паренек пытался делать что-то полезное, он все равно «кошмарил».
Наконец, целую череду-чехарду веселых примеров дает анимация.
Взять хоть Дюдюку Барбидокскую из сказок «По дороге с облаками», «Клад» и «Подарок для слона» (10). Она постоянно устраивала пaкocти окружающим.
И сама же, не смущаясь, признавалась: «А я маленькая бяка, а я маленькая…» – ну, дальше вы помните.
Да и заглавный герой, милаха из «Домовенка Кузи» (11) систематически «доставал» Ягу. Взять хотя бы его приступы а-ля «ой, тошно мне, хочется чего-то, сам не знаю чего». В результате Яга догадалась: «Это наш Кузенька с жиpy бecится».
Ну, а самым веселым и обаятельным любителем «кошмарить» был, конечно же, мульт-Карлсон (12)! Как же доставалось от него бедолаге фрекен Бок и случайно попавшим в сферу забав Карлсона мелким воришкам!
Сам озорник это называл «низводить и курощать». Мы же сегодня это назвали бы «троллить».
Любопытно, что в последнее время лингвисты непосредственно со своей проф. точки зрения доказывают, почему шведы, в отличие от нас, не любят своего Карлсона: переводчики на русский язык очень постарались, причесав текст, изначально же он был более резким.
В частности, то самое «курощение», которое у русскоговорящих (даже у детей) вызывает однозначную ассоциацию со словом «укрощение», по уверению филологов, у самой Астрид Линдгрен было иным. Она использовала термин tirritera, который буквально переводится как «раздражать, вызывать досаду».
Сколь же грозным выглядел бы «Карлсончик дор-рогой», который в книге стращал, говоря о домохозяйке, названной им домомучительницей: «Я сделал последнюю попытку мирно с ней поладить, но она объявила мне войну. Что ж, придется снова заняться ее низведением и курощением. Пусть не ждет от меня пощады!»
И ведь после этого фрекен Бок назвала его «милый, милый!»... :)
П. с. Дорогие читатели, добавляйте ваши примеры героев, умевших «кошмарить».
И в развитие темы читайте мои Дзен-посты о том, какие герои кино брали «на хапок» и «на понт» и еще «на слабо»; какие – пользовались дешевым ПР и даже приемами НЛП, не зная, что́ это такое; какие – были хищниками (в людском обличье), токсичными личностями и натуральными «троллями».
#СССР #культура #кино #мультфильмы #интересные_факты #советскоекино #юмор #психология