Я тебя так ненавижу, что, наверное, верну
Начинаем публикацию 2-й книги про Машу и Николаева
Над извозчиком, который какое-то время ещё жарко препирался, Маша, в конце концов, одержала победу. И хотя тащить «всякое отребье» в свой благопристойный, многолюдный, семейный, «между прочем, если кто не знал», дом он отказался, сошлись на том, что до утра пленника продержат в дворницкой, хозяина которой придётся убедить не путаться под ногами известным способом, на что «сударыне надо бы ещё раскошелится».
Маша охотно согласилась, тем более что ещё не придумала, как выполнит свои предыдущие обещания. Так что одним гривенником больше, одним меньше, не важно уже.
До места добрались без особых происшествий. За исключением незначительного эпизода, связанного с тем, что похожий на Николаева джентльмен пришел в себя, и пришлось изрядно повозиться, связывая его по рукам и ногам подолом нижней юбки. Из них же соорудили кляп, которым приглушили поток проклятий и откровений, не к месту и времени, полившийся из неизвестного господина.
Скрючившись в неудобной позе на короткой узкой лавке напротив Маши и Алексея, незнакомец страшно таращил глаза, морщин нос, и подавал тысячи других сигналов, свидетельствующих о его крайнем неудовольствии.
— Потом все расскажите, все потом, — успокаивала его Маша, удивляясь, как могла только хоть и на миг, но принять его за Андрея.
— А так вроде и не похож, — точно прочёл ее мысли Алексей, наклонился к задержанному, но тут же отскочил, когда тот попытался его боднуть. — Ну норовистый какой!
— Ага, — кивнула Маша. — Придётся вам, Алеша, помочь нашему новому другу перебраться в свой отель. Боюсь, господину извозчику одному не справиться.
Алексей вздохнул — он порядком устал за этот безумный день, который начинался невинно и многообещающе. Кроме того, его волновала судьба Поленьки — сердце подсказывало, что дома ждут неприятности. Поленька… Алексей немедленно отругал себя, что на целую вечность позволил себе забыть о любимой. Похищение недостойный повод и минуту провести без мыслей о своей фее.
— Хорошо, Мария Игоревна, я сделаю все, как вы хотите. Но вы, прошу, выполните мою просьбу. Расскажите, откуда вы получили сведения о событии, которое, как вы полагаете, решит вашу судьбу?
Маша устало на него посмотрела. Нашёл время говорить красиво. И так голова гудит.
— Леш, скажи нормально. Что ты хочешь узнать?
— Кто сообщил вам о свадьбе Полины Милосердовой и Владимира Зайцева?
— А… это.
И как бы ни было неприятно Маше вспоминать события, которые подарили ей билет в будущее (или, по крайней мере, надежду) она рассказала о том, как в ее руки попала книга из библиотеки Николаевых, и как она в спешке покинула имение, чтобы перехватить Зайцева до момента его перемещения в будущее.
Алексей задумался.
— Бьюсь, здесь все же произошла ошибка. Полина Милосердова не помолвлена, а её отец очень возражает против брака дочери с такими, как мы, перемещенцами. Тут надо бы разобраться.
Маша кивнула.
— Вот вместе и разберёмся. И не вздумайте улизнуть от меня, Алексей Александрович. Нам до поры до времени с тобой по пути.
— Думайте обо мне, что хотите, — сказал Алексей серьезно. — Но вы сегодня спасли мне жизнь. И честь дворянина велит мне вернуть долг.
Не стала Маша уточнять, что за последние недели она порядком насмотрелась на дворян и на их своеобразное понятие о чести. Слишком устала. А ведь ночь все не кончалась.
После того, как под покровом непроглядной тьмы извозчик с помощью Алексея перетащил пленника в дворницкую, откуда после непродолжительных переговоров был выдворен хозяин, поехали за доктором.
Обращаться к Милосердову с просьбой дать адресок семейного врача, Алексей, по понятным причинам, не стал, поэтому пришлось поколесить по спящего городу, пока один из немногочисленных приятелей Николаева не дал им наводку на счастливчика, которому этой ночью не суждено было досмотреть свой десятый сон.
Когда зевающий молодой врач был погружен в карету и, едва коснувшись головой стенки, уснул, Алексей попрощался с Машей.
— Я должен вас покинуть. В доме, где я остановился, думаю, с ума сходят от беспокойства, — Алексей очень надеялся, что там еще есть кому сходить по нему с ума.
Нехотя Маша отпустила его, и уже когда он скрылся, вспомнила, что не попросила денег, о которых красноречивыми взглядами напоминал извозчик.
— Да заплачу я, заплачу. Поехали!
Дарью они застали спящей. Рядом, не выпуская руки несчастной, прикорнула Вилена. Другая ее рука была опущена в таз с водой, которой она пыталась сбить у больной жар.
— Как она? — спросила Маша, когда Вилена, разбуженная ее приходом, открыла глаза.
Положив, сухую руку Дарье на лоб, Вилена неуверенно сказала.
— Мне думается кризис миновал. Но подождем до утра.
— Нет уж, позвольте, — раздвигая женщин едва ли не локтями, сказал дремавший до этого в дверном проеме доктор. — Мы не будем полагаться на случай, раз уж я здесь. Выйдете все — мне необходимо осмотреть больную спокойно.
— Кто это, Маша? — спросила, с недоверием осматривая чересчур молодого с ее точки зрения специалиста, Вилена.
Вместо ответа Маша взяла ее под локоть и вывела в соседнюю комнату.
— Слушай, я полдня провела, чтобы найти этого товарища, и теперь он не уйдет, пока не сделает свою работу. Вот черт, — это Маша воскликнула, подойдя к окну. Во дворе, недалеко от подъезда стояла карета извозчика, а он сам, борясь со сном, сурово рассматривал окна, пытаясь угадать, за которым из них скрывается наглая барыня. — Сколько у тебя денег? — спросила Маша компаньонку, обратно укутываясь в плащ, — Вилена порылась в кошельке и выгребла оттуда все до копейки. — Чудно. Теперь не я его, а он меня в долговую тюрьму упрячет. Придется, мне опять запустить лапу в сокровищницу Софьи. Не против? — в ответ Вилена только пожала плечами — эти деньги она уже давно своими не считала. Маше виднее, как их тратить.
А Маша, тем временем, колебалась. Отдавать какому-то извозчику за проезд украшение, на которое он и его семья смогут жить не один год, но не будут, так как он пропьет их в ближайшем баре, ох как не хотелось.
Покопавшись в тайнике, Маша в итоге приняла решение и яростно надвинула на лоб капор.
— Оставайся здесь и следи за врачом, чтобы не убежал. Я скоро.
Но вернуться домой «скоро» у Маши не вышло.
ДРУЗЬЯ, Эта книга не монетизируется, поэтому буду благодарна за поддержание моего труда
Поддержать автора
Продолжение
Я тебя так ненавижу, что, наверное, влюблюсь - 1-я часть
Телеграм "С укропом на зубах"