Антон
Тяжело вздохнув, я прошел в гостиную перед этим, стянув с себя верхнюю одежду и обувь.
Я и Лиза пытались сохранить то, что у нас было. Но, очевидно, нам не удалось.
Эта работа была моей мечтой. То, кем я хотел себя видеть. Получить практику в этой клинике, а после и работу было наряду с получением Оскара известным актерам. Идиотская аналогия, но точно передает смысл моей мысли.
Я не мог просто взять и изменить свою жизнь. Стать кем-то другим. Даже ради нее. И мне каждый раз казалась неправильной ее просьба.
Лиза стояла, не шелохнувшись и слезы постепенно высыхали на ее лице.
- Привет.
Я уехал рано утром, когда она еще крепко спала, поэтому мы сегодня даже не виделись.
- Привет, Антон.
Комната казалась слишком пустой теперь, когда она собрала свои вещи. Я купил однокомнатную квартиру совсем недавно. Разумеется, в ипотеку, потому что не зарабатывал столько, чтобы удалось накопить миллионы. К тому же приобрел машину несколько лет назад.
Я старался «выбиться в люди», так говорил в детдоме наш директор. Я понимал эту фразу и знал что смогу, сосредоточившись на цели. Так и вышло.
Теперь я стоял в нашем «доме» откуда пропал уют. Фото в рамках, домашние теплые носки, которые Лиза порой надевала, когда было особенно холодно и ее ноги мерзли. Но по правде, носила она их нечасто. Потому что стоило ей пару раз стукнуть зубами от холода, и я был рядом, то ее ступни тут же оказывались в моих руках, и я их разминал, помогая циркуляции крови, согревая.
Еще я знал, что если войду на кухню, то там будет также пусто. Я никогда не понимал привязанности людей к вещам больше, чем к людям. И сейчас не знал, почему так. Но именно вещи дополняли окружающее пространство, создавая уют и жизнь.
Почему все стало настолько плохо, что она решила уйти. Я старался.
- Я думала…
- Уйти пока меня не будет? Я могу выйти и вернуться через час.
- Ты устал, - она невесело покачала головой. - Это уже не имеет смысла.
- А может дело в том, что так как есть в итоге вышло более честно ко мне?
- Ты знал, что к этому все идет.
- Подозревал.
- Обвинять станешь?
- За что?
Я сел на диван, потому что мои ноги больше меня не держали. Сегодня я устал больше обычного.
- За то, что сдалась. Что не такая идеальная, как ты хотел.
- Я хотел? Лиза я не знаю понятия слова «идеально». Тем более, применить его в отношении человека, женщины. Что это значит для тебя? Я не просил тебя ломаться и не ломал себя. Я пытался подстроиться, но при этом не потерять себя в этой попытке. И ты пыталась, в итоге та девушка, с которой я познакомился, исчезла.
- И кто в этом виноват?
- Никто. Или же мы оба.
- Мой отец мог устроить тебя…
Я фыркнул.
- Уверен, мы уже обсуждали эту тему. Ты видела кто я изначально, и видела мои приоритеты по жизни. Твой отец - достойный человек и, скорее всего, работать на него было бы превеликим удовольствием и привилегией специалистам той профессии, но я врач. Я не тот человек, который будет сидеть в офисе на двадцатом этаже с панорамными окнами. Ты переехала ко мне, когда я еще жил на съеме и не заикнулась о собственном жилье, которое у тебя есть. Переехала со мной и в новую квартиру. Нам было достаточно этого места. Но потом его стало мало для нас троих.
- Троих?
- Ты, я и твое упорство, попытка меня прогнуть. Это не то, чего люди ждут в отношениях, говоря: «Я принимаю тебя таким, какой ты есть», Лиза.
- Но я же под тебя прогнулась и поменяла… что-то.
- Поэтому сейчас уходишь? Брось.
- Ты не любил меня, Антон. Может, ты любил и не ту девушку из детства. Быть может, не она была причиной того, что для меня в твоем сердце не осталось места, но ты меня не любил.
- Почему этот разговор стал обвинением?
- Потому что мы ставим точку.
- Но мы могли сказать друг другу «спасибо» и разойтись. Почему мы идем по кругу?
- Потому что это больно… - она сорвалась и расплакалась снова, упав в кресло напротив меня.
Я медленно встал и, приблизившись к ней, опустился на корточки.
- Иди ко мне, - она прильнула к моей груди и продолжила плакать, хватаясь за мои плечи.
Я не хотел этого всего. Но, возможно, так и правда будет лучше.
- Прости меня, Лиза, - поцеловал ее в висок.
- Я хотела… хотела, чтобы все получилось. Чтобы это сработало, но не получилось.
- Я знаю… И ты не виновата. Мы оба те еще… Все в порядке.
Она стала всхлипывать и хвататься за меня сильней.
- Я слабая, не такая, как ты…
- Ты прекрасная женщина, и ты это знаешь. Не позволяй даже себе так думать, а другим тем более.
Она отпрянула от меня и положила руку на мою щеку, улыбнувшись.
Ее глаза и нос были красными от слез.
- Ужасно выгляжу, - я поднес руку к ее щеке и стер пару слезинок.
- Немного покраснело лицо. Но ты всегда была естественной в любом проявлении.
- Почему ты такой, - она запрокинула голову часто моргая.
- Какой, - улыбнулся.
- Такой, что я чувствую себя недостойной и какой-то сукой.
- Ты просто эмоциональна. Останься сегодня и завтра ты будешь снова считать, иначе, просыпаясь одна в постели и порой засыпая в одиночестве.
На этих словах она опустила голову и мне стало стыдно.
- На самом деле, я виноват также сильно, Лиз. И я дурак.
- Значит, - ее голос звучал тихо, - все?
- Мы долго пытались изменить что-то. Мы не сдавались сразу.
- Да, ты прав.
Она села ровно, и я отстранился окончательно, а когда она встала на ноги, поднялся за ней следом.
- Куда ты поедешь? Давай я сам тебя отвезу. Не хочу, чтобы ты ехала на такси.
- Я позвонила отцу.
- Хорошо.
- Он приедет уже минут через пять, я думаю.
- Там пробки ужасные, я добирался дольше обычного.
Лиза кивнула и взяла сумочку.
- Я не успела ничего приготовить, поэтому заказала пирог.
- Спасибо. Даже не знаю, смогу ли поесть что-то.
- У тебя под глазами синяки.
- Так и есть, я тот еще красавчик.
Она рассмеялась звонко и красиво.
Мне не хотелось, чтобы она грустила и смех напоследок был хорошим знаком.
- Созвонимся, да?
- Конечно. Мы не можем терять связь только потому, что расстались. Мы друзья. Не так ли?
- Друзья.
Она просияла и в квартиру вошел ее отец.
Леонид Яковлевич посмотрел на меня без злобы. Я подошел и пожал ему руку. А после вдвоем спустились с чемоданами Лизы вниз.
- Она была счастлива с тобой, Антон. И я всегда говорил, что ты самый достойный парень.
- Ваша дочь не менее достойная девушка. Думаю, я не подходил ей, а не наоборот.
- Она все еще моя дочь. И я ее люблю. Но вижу, что вы расстаетесь не врагами.
- Это то, что нас определяет. Я рад, что мы с ней в хороших отношениях.
Мы кивнули друг другу, и я поднялся наверх один.
Лиза словно не могла сделать шаг за дверь и стояла на месте.
- Ты не обязана уходить в ночь, ты ведь знаешь.
- Знаю. Но так будет правильно.
Я не торопил. Мы были вместе длительное время и этот шаг слишком тяжелый.
- Береги себя, Антош, - она подошла и, положив одну руку на мое лицо, погладила его пальцем, прежде чем поцеловать в губы.
Просто прижалась к ним крепко, боясь отступить.
Я не мог не позволить ей этой малости. Она всегда будет мне дорога. Это не изменится. Мы могли с ней ругаться и говорить дурацкие вещи, но я всегда уважал ее и берег и буду это делать всегда.
- Прощай.
- Пока.
Когда она вышла, я еще долго стоял перед открытой дверью и не мог ее закрыть. Но мне пришлось.
Если бы после той поездки в интернат все изменилось, на что я в принципе надеялся, то у меня было бы для Лизы кольцо. Скорее всего, я бы уже сделал ей предложение. Она бы готовилась к нашей свадьбе. Но все стало хуже, и я решил подождать еще. Ее ревность к Диане и частые скандалы еще сильней все усугубили вдобавок к моей постоянной занятости на работе.
Наверное, я чувствовал, может быть… сам устал. Сейчас я точно не смогу проанализировать свои мысли и поступки.
Я любил Лизу. По своему любил. Но этого было мало для нее. И мало для наших отношений.
Голод повел меня на кухню, и я увидел тот самый пирог. На столе стояла тарелка, чашка. Все было готово к ужину в одиночестве.
Быстро поев, я принял горячий душ и опустила на постель, которую Лиза поменяла, видимо, днем. Белье было новым.
Словно она забрала с собой все вещи и воспоминания, чтобы наверняка. Чтобы даже мои мысли, в которых бы не было больше ее, помогли ей жить новой жизнью.
Слишком много эмоций для этого дня. Много отрезков старта и финальных черт.
Диана. Лиза…
У меня было так много вопросов, и я боялся их задавать, потому что было кое-что, что человеку поддавалось тяжело – надежда. Я не хотел ее селить в свою душу, однажды вытолкав за дверь.
Диана
Антон был прав. Под вечер мои мышцы окутали меня толстым слоем боли и если бы не обезболивающие, то я бы сошла с ума.
Я уснула рано по моим стандартным меркам. Учитывая, что смена часовых поясов была в обратную сторону. По факту я легла спать в пять часов моего региона. Но когда меня разбудили в восемь утра для завтрака, я была рада, что уснула в девять. Тело чувствовалось, как если бы я начала заниматься фитнесом. Все болело. Но если сравнить с теми днями, когда я не ощущала ног, то уж лучше пусть болит.
В телефоне были смс от Люды. Она переживала, и я не стала ее мучить.
- Привет, - с улыбкой услышала ее протяжный вздох.
- Я хотела паковать чемодан и ехать к тебе. Ты меня сведешь с ума.
- Я же тебе написала сразу.
- Написала? Думаешь мне этого достаточно? Боже, да я даже сына достала своими переживаниями, а официанты бегают мимо, делая вид, что они прозрачные, только бы я их не трогала.
Мне стало смешно от ее речи.
- Ты такая милая.
- Я была не милой поверь, но теперь всем определенно станет легче, когда мое настроение улучшится. А теперь я жду полную версию твоего смс «Все хорошо. Я на месте».
- Прямо все-все?
- Абсолютно. У нас тихий час тут между завтраком и обедом.
- Палата отличная и врачи тоже. Медсестры молодые и знаешь такие, не брюзги.
- Пф-ф, еще бы. Судя по ценнику клиники, они получают достаточно, чтобы быть добрыми и улыбаться.
- Ну знаешь, это не самая приятная работа.
- Диан, они пошли туда работать, чтобы помогать людям. Свои «фи» они могут оставить дома. Если решила, что ухаживать за теми, что не может этого сделать тебе по силам, будь добра на работе быть той, кто это делает. И будем честны, те, кто там лежат, не рады ходить под себя.
Мне стало грустно. Ведь это правда.
- Ладно. Дальше.
- Ну, в общем, меня определили в палату. Я познакомилась, видимо, с главным врачом, тоже довольно приятная женщина.
Подходя к той части, где появился Антон я и сама ощущала себя в некотором ожидании.
- Ну и познакомилась с реабилитологом, который будет со мной во всех этапах.
- Он? Мужчина?
- Ага.
- Так, ты сделала паузу. Признавайся, пока я не разбила кружку с чаем.
Я рассмеялась и услышала, как она зарычала.
- Эй, я создаю интригу.
- Ты уже этого добилась. Быстро говори.
- Представь мое выражение лица, когда врач говорит Антон Владимирович и тут входит тот самый Антон.
- Тот самый? - она сразу сделала голос на несколько децибел громче. – Тот самый?
- Ага.
- Как такое возможно? – она была ошеломлена, как и я вчера.
- Думаешь, я знаю? Тогда на встрече в интернате, я так и не узнала, кем он работает, и вот тебе…
- И что теперь?
- В смысле?
- Брось… У меня голова кругом оттого, что мир оказался еще меньше. Вы поговорили?
- Конечно. И вчера сразу был сеанс, после которого у меня болит все тело.
- Если бы я точно не знала, о чем речь, то решила, что ты о постели.
- Люда, - я задохнулась от смеха. – Ты, как скажешь. Да и… сомневаюсь, что я скоро буду готова к этому.
- Ну, представь кусок разговора, где ты говоришь о «том самом мужике», а потом о сеансе, после которого болит все тело.
- Ты пошлая женщина.
- Ты права. И мне, видимо, придется это исправить, - призналась со вздохом.
Я знала, что эта тема для нее болезненная. Как бы она ни храбрилась, Люда была той, что нуждается в заботе. После смерти ее мужа она была уверена, что теперь быть сильной ее новая прерогатива и она не отступит, но она все еще была женщиной.
И я ни за что не стала бы ее осуждать за желание ощутить рядом тепло мужского тела, если это то, что ей нужно.
- Он бы никогда не желал тебе одиночества.
- И я тоже. Но все равно будто даже мысль об этом заставляет слышать неодобрение.
- Может быть, ты пытаешься себя в этом убедить?
- Может быть.
- Ах ты хитрая лиса, ты меня отвлекла разговорами о себе.
- И не думала.
- Тогда говори, что он с тобой делал?
- Массаж ног и спины, ну и пытались сесть.
- А не рано сидеть?
- Думаю, он знает, что надо делать. И это было ужасно.
- Правда?
- Эта боль… Мне больно даже от воспоминаний, а сегодня снова будет то же самое.
- Может, они там садисты? Давай придумаем кодовое слово, которое будет означать «Забери меня отсюда поскорее».
Мы обе начали смеяться, и в палату вошел Антон.
- Эм… - я все еще продолжала улыбаться и разговору, и мужчине. – Люда, мне надо бежать. Прости.
- О, ну я поняла. Он уже там?
- Да, - я знала, что покраснела, хотя не могла бы объяснить причину.
Он был одет в свою специальную рубашку и штаны, приятного зеленого цвета. Я такие видела только на женщинах в клинике своего города. И должна признаться, ему очень шло.
- Ты должна сделать мне его фото. Так я буду чувствовать себя спокойно, ну и буду знать, кто разминает тебя настолько, что ты наутро стонешь от боли. Полагаю, что, если я заведу мужчину он будет массажистом.
- Боже, прекрати, - снова засмеявшись, она сжалилась и сказала мне «пока», сразу отключившись.
- Веселое утро?
- Более чем. Хотя мое тело со мной не согласится. Привет.
- Здравствуй. Это пройдет. Твои мышцы в шоке, так как ты их потревожила и заставила работать.
- И это притом, что я просто согнула колени и слегка приподнялась?
- Да. Бассейн расслабит. Но чтобы туда отправиться, тебе нужно хотя бы подниматься в сидячее положение самой.
- Я поняла. И поверь готова работать.
- Мне, как врачу-реабилитологу словно бальзам на душу подобные слова и стойкость.
Пока он вытаскивал из тумбы у моих ног всякие баночки и что-то записывал в какой-то блокнот, я решила поговорить.
- Что ты чувствуешь на своей работе?
- В каком смысле?
- Ну делая все эти вещи. Ты типа, супермена в костюме доктора.
Он улыбнулся, и его серые глаза засветились.
- Если можно так выразиться, то полагаю так и есть. Хотя это впервые, чтобы я об этом думал.
- Не скромничай. Ты делаешь доброе дело.
Он пожал плечами и посмотрел на меня.
- Кажется, ты не готова еще.
Я посмотрела на него, потом на себя.
- О, так ты с утра сразу массаж?
- Да, первая неделя будет с массажем, перерывом и ванной. Для расслабления мышц, но это с медсестрами, а затем снова будем разминать именно поясницу, чтобы сесть.
От воспоминаний о последнем у меня свело живот.
- Я так понимаю, расписание до тебя не дошло. Я спрошу у Сони.
- Меня пока что просто покормили.
- Понял, тогда я выйду, пока схожу к другой пациентке. Сейчас к тебе придет помощь.
- Хорошо.
Спустя полчаса я уже лежала в тех же шортах и топе, ожидая Антона.
Медсестра, что мне помогала, была более взрослой, но не менее приятной. Мы все время, что она была рядом, говорили. Она принесла то самое расписание, что было довольно плотным. Я уже видела, что меня ждет на ближайший месяц в подробностях. И мечтала перемотать время дальше, когда эта боль уйдет совсем.
- Я слышала, что вы с Антоном Владимировичем учились вместе? – женщина была любопытна, хотя пыталась скрыть этот факт.
Я не была удивлена, что эта история распространится дальше.
- Да. Это так.
- Он лучший в своем деле, вы знали?
- Нет. Я знала, что эта клиника лучшая в стране.
- Это так, - она говорила с гордостью в голосе. – Но настоящие чудеса творит именно Антон Владимирович. Самое интересное что методики те же самые, а эффективность выше, чем у остальных реабилитологов.
Теперь гордилась я. Знать, что тот светловолосый, кудрявый парень из моего подросткового возраста станет номером один в этом деле, доставляло удовольствие.
В этот раз массаж был не самым приятным делом.
Мышцы оказались напряженными, и я постоянно закрывала глаза от боли.
- Диан?
В очередной раз прикрыв глаза, я зажмурилась. И видимо, лежала так долго.
- Эй, - он тронул щеку, и я ощутила влажный след.
Даже не заметила, как слезы потекли.
- Все в порядке, продолжай. Уверена, так и должно быть.
- Да, но если хочешь…
- Нет. Я не хочу отдалять тот день, когда все прекратится слабостью. Я почти три месяца лежала и думала, что вообще ходить не буду. Тот страх под моей кожей, Антон. Поэтому прошу, не обращай внимания.
Он поджал губы и кивнул, сев обратно у моей левой ноги, которую стал прижимать к груди, согнув в колене.
Мы снова столкнулись взглядом и долго не отводили его, пока не пришлось класть мою ногу обратно в то же положение.
На этот раз Антон взял убранное одеяло и заботливо накрыл меня до моего живота.
- Теперь спина?
- Нет. Сейчас ты отдыхаешь. Я скажу, чтобы тебе начали давать витамины. Они пьются до трапезы раз в день. По поводу досуга, когда будешь уже сидеть и спокойно передвигаться в коляске, можно гулять в нашей зоне отдыха на улице. Конечно, сейчас зима, но ненадолго думаю, можно будет организовать. Могу предложить книги, рисование, кто-то даже вяжет. Психолога. Пациенты часто…
- А может, ты будешь в свободное время забегать? В обед, например?
Не знаю, почему предложила этот вариант. Он же тут на работе. Наверное, я дурная эгоистка.
Но Антон, вымыв руки, провел по своим кудрям рукой и улыбнулся.
- В принципе, я могу. У меня полуторачасовой перерыв в обед. Раньше я уезжал, чтобы… - он запнулся, нахмурившись. - Обедал не в клинике. В общем, я не против. Да и не виделись давно.
- Хорошо, - я не могла остановиться, чтобы не улыбаться.
Продолжение следует. Все части внизу 👇
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Измена. Борись за неё", Лила Каттен ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Что почитать еще:
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10 | Часть 11 | Часть 12
Часть 13 - продолжение