Я тебя так ненавижу, что, наверное, верну
Начинаем публикацию 2-й книги про Машу и Николаева
Так подумала Маша в первый момент. Но когда она присела рядом, чтобы привести бедолагу, павшего в неравной схватке с сапогом, в чувство, сразу поняла, что обозналась.
Похититель был моложе Николаева — скорее, одних лет с Машей — брови его отличались не свойственной Николаеву кустистостью, губы были, не смотря на бедность, чересчур масленые и пухлые. Одним словом, ничего общего с ее Николаевым. И как она только могла его за Андрея Александровича принять! Наваждение какое-то. Скоро Маша будет черты Николаева искать у каждого встречного фонарного столба.
— Ого! Вылитый Андрей, — рассматривая незнакомца, Маша не заметила, как Алексей перестал, наконец, выть, встал, отряхнулся и также с интересом нагнулся над своим похитителей. — Надо же. Почти одно лицо. Разве что этот господин посвежее да помоложе.
— Ничего общего, — буркнула Маша, поднимаясь. Ей надо было подумать.
Появление в Москве человека, столь похожего на Николаева не может быть случайным стечением обстоятельств. За этим что-то стоит. Что-то, что, быть может, представляет опасность для Андрея.
Маша поймала себя на этой мысли, и чертыхнулась. Ну какое ей, скажите на милость, дело до того, что произошло (вернее, может произойти) двести лет назад? Ее задача добраться до Питера и как можно скорее попасть в бар на Тверской. В знакомый бар на родной ей Тверской.
— Что ему было от вас нужно? — вместо того, чтобы мчатся со всех ног в карету, схватив за шиворот Алексея, спросила Маша.
Младший брат Николаева, налюбовавшись вдоволь на все еще бесчувственного двойника Андрея, отошёл в сторону и, подозрительно оглядываясь в этом действительно не наводящем мысли на спокойном отдыхе после бурной драки месте, разминал давно не работавшие мышцы рук.
— Если бы я знал! — пожал он плечами и поморщился. Все-таки неизвестный господин успел отметелить его как следует до появления Маши и ее буйного спутника. — Сначала, когда он втащил меня к себе, я не мог вести беседы, так как он не слишком любезно сжимал мне рот своей ручищией. Справедливо, очевидно, полагая, что я буду звать на помощь. Затем, когда мы приехали сюда, и он отпустил карету, я попытался убежать — и меня трудно упрекнуть в этом намерении, — Алексей выразительно обвел рукой местность, к которой Маша успела уже даже привыкнуть. Еще бы — её окружало столько храбрых господ! — Тогда он набросился на меня сзади, как медведь, и стал убивать. Да вы это уже и сами, полагаю, видели.
— Ну да, ну да! — кивнула Маша, думая о своём. Валить надо отсюда, вот что.
Тем временем, извозчик пришёл окончательно в себя после поступка, о котором он будет рассказывать в красках не только своим детям, но и внукам, как самое яркое событие в жизни, приукрашивая его, как положено, и обновляя подробностями, поднял и, усевшись прямо на землю, напялил на себя обратно сапог, который даже в этом отвратительном месте, источал запахи столь мерзкие, что не знай Маша, откуда они исходят, заподозрила бы присутствие рядом покойника.
— Уходим что ли, господа или будем лясы точить? — уточнил он на всякий случай. — Место тут не самое подходящее для прогулок. Всякие добрые люди с недобрыми намерениями в любой момент вылезти могут. И тут уж я пас. Каждый за себя.
Маша потерла переносицу и решилась.
— Ты прав, надо уходить. Берите этого типа, и пошли к карете.
— Чего?! — одновременно уставились на Маша все находящиеся в сознании мужчины. Но и те, что без сознания удивлены были бы не меньше.
— Сударыня, вы того — рассудка лишились, — забеспокоился извозчик. — Этот господин чуток опасен, мне показалось.
— Мария Игоревна! — подхватил Алексей. — В самом деле хватит шутить. Пойдёмте! — и он попытался, было взять Машу за руку, но та яростно вырвала её и, уперев отвоеванную руку в бок, сказала.
— Я без него никуда не пойду. Надо будет — на себе доволоку. А тебе, — прищурившись, она обернулась к извозчику, — тебе не заплачу. Да ещё в полицию сдам. За вождение в пьяном виде.
— Чего? — повторил извозчик со смесью рева и недоумения.
— Того, — огрызнулась Маша, наклонилась и попыталась поднять мужика за плечи, но едва оторвала его от земли.
Первым очнулся извозчик.
— Черт, — выругался он и, добавила от себя ещё пару крепких словечек, значения которых Маша не знала, нехотя пошёл ей помогать.
Скорее за компанию, чем от большего желания, присоединился к ним и Алексей.
Втроем им удалось кое-как поднять его — Маша и Алексей несли его за плечи, а извозчик, захватив подмышками, ноги — и вперёд конечностями донести до кареты.
— Позвольте полюбопытствовать, зачем он вам сдался, Мария Игоревна? Уж не в рабство ли вы его взять надумали? — попробовал сыронизировать Алексей, когда неизвестный господин, озадачивавший сходством с Николаевым, был впихнут в салон.
Тяжело дыша, Маша с сочувствием посмотрела на Алексея.
— Леш, подумайте, плиз. Если мы не узнаем, кто это и что ему от вас надо, он очухается рано или поздно, возьмёт дубинку побольше и пойдёт обратно вас искать. Или кого-то другого, — добавила она тихо, так что Алексей не услышал.
— Сударыня, — зычно позвал извозчик, взобравшись на козлы. — Едем куда?
Ну этот момент Маша успела продумать.
— Сначала к тебе домой — свяжем и запрем там преступный элемент. А потом за доктором. Адрес этот, — она кивнула на Алексея, — даст. Да заплачу я за все. Не боись, — уже окончательно успокоившись, ответила Маша ошарашенному наглостью дамы извозчику.
ДРУЗЬЯ, Эта книга не монетизируется, поэтому буду благодарна за поддержание моего труда
Поддержать автора
Продолжение
Я тебя так ненавижу, что, наверное, влюблюсь - 1-я часть
Телеграм "С укропом на зубах"