Людмила стояла в прихожей с чемоданом, когда Виктор внезапно материализовался перед дверью, раскинув руки в стороны, словно распятый на невидимом кресте собственного эгоизма. Его лицо исказила гримаса возмущения, которую она видела слишком часто за последние три года.
— Ты куда поехала?! — голос мужа сорвался на визг. — А кто за моей матерью будет ухаживать? Мне НЕКОГДА!
Людмила медленно опустила чемодан на пол. В горле застыл комок обиды, смешанной с усталостью. Три года. Три проклятых года она провела, разрываясь между работой в научно-исследовательском институте и уходом за Антониной Петровной, которая после инсульта требовала постоянного присмотра.
— Виктор, я же говорила тебе неделю назад. И позавчера. И вчера утром, — голос Людмилы дрожал от сдерживаемых эмоций. — У меня конференция по биохимии в Казани. Это важно для моей диссертации...
— Диссертация! — Виктор фыркнул так, что брызги слюны долетели до её лица. — Да кому она нужна, твоя диссертация! Мать лежит, за ней уход нужен каждые два часа — таблетки, процедуры, перевернуть, помыть. Ты что, не понимаешь?
— Я ВСЁ понимаю! — Людмила вдруг ощутила, как внутри начинает закипать что-то горячее и злое. — Я последние ГОДЫ это делаю! ГОДЫ, Виктор! А где ты? Где твой брат Павел? Где его жена Марина, которая заведует магазином и может себе позволить отгулы?
Книги автора на ЛитРес
— Не смей трогать моего брата! У него бизнес, понимаешь? БИЗНЕС! А у Марины ответственная должность. Не то что твои пробирки!
Людмила закрыла глаза, пытаясь унять дрожь в руках. Вспомнилось, как в детстве она месяцами ухаживала за бабушкой Верой, которую отец привёз из деревни. Тогда ей было всего двенадцать, но она справлялась — кормила с ложечки, меняла пелёнки, читала вслух старые романы. Но тогда она жила в том же доме, а не ездила через весь город каждый день после работы.
— Виктор, послушай меня внимательно, — Людмила говорила спокойно. — Я предупреждала тебя заранее. Ты кивал, я решила, что ты договоришься с Павлом или Мариной. Всего на три дня!
— Да с чего ты взяла? Я просто не хотел с тобой спорить! Думал, образумишься, поймёшь, что семья важнее!
— Семья? А я что, не семья? Моя карьера, моё будущее — это не важно?
— Какая карьера? Ты же женщина! Твоё дело — о семье заботиться!
Людмила вспомнила свой красный диплом, который так гордо показывала Виктору шесть лет назад, когда они только поженились. Вспомнила, как он тогда целовал её и говорил, что гордится такой умной женой. Куда всё это делось?
***
— Знаешь что, Виктор? — Людмила подняла чемодан. — Я еду. Конференция важна для меня. Для МОЕЙ жизни.
— Ты не посмеешь! — Виктор схватил её за руку, сжимая так сильно, что стало больно. — Я тебе запрещаю!
— ЗАПРЕЩАЕШЬ?! Да кто ты такой, чтобы мне что-то запрещать? Я не твоя собственность!
— Ты моя жена! И должна слушаться!
— Да пошёл ты! — выкрикнула Людмила, вырывая руку. — Я все эти годы гроблю свою карьеру, ухаживая за ТВОЕЙ матерью, пока ты и твой братец делаете вид, что вас это не касается!
— Не смей так говорить! Мы работаем!
— А я, по-твоему, не работаю? Я встаю в шесть утра, еду через весь город в институт, потом — к твоей матери, возвращаюсь домой к полуночи! Когда мне жить? Когда заниматься наукой?
Виктор молчал, сверля её взглядом исподлобья. В его глазах читалось недоумение — он явно не ожидал такого отпора. Привык, что Людмила всегда уступала, всегда находила компромиссы.
— Поговорим, когда вернёшься, — процедил он сквозь зубы.
— НЕТ! — Людмила топнула ногой. — Мы поговорим сейчас! Я устала быть прислугой! Устала, что мои интересы никого не волнуют!
— Ты преувеличив... — начал было Виктор, но Людмила его перебила:
— ЗАТКНИСЬ! Просто заткнись и послушай! Когда твоя мать только заболела, я первая предложила помощь. Но я не думала, что буду делать это ОДНА! Где вы все? Где твой хвалёный братец Павел, который каждые выходные на рыбалку ездит? Где Марина с её гибким графиком?
— У них своя жизнь...
— А у меня НЕТ жизни?! — Людмила чувствовала, как по щекам текут злые слёзы. — Мой научный руководитель уже дважды предупреждал, что если я не представлю результаты исследований на этой конференции, меня отчислят из аспирантуры! Понимаешь? ОТЧИСЛЯТ!
— Ну и что? Найдёшь другую работу. Можешь в школе преподавать химию...
— В школе?! — Людмила истерически рассмеялась. — Я пять лет училась, красный диплом получила, три года исследования провожу, а ты предлагаешь мне в школу идти?!
— А что плохого? Нормальная женская работа. И времени больше будет для семьи.
— Для какой семьи, Виктор? Для той, где я — бесплатная сиделка и домработница? Где мои мечты и стремления никого не волнуют?
Виктор открыл рот, чтобы что-то сказать, но Людмила уже не слушала. Она резко развернулась и пошла в спальню свекрови. Антонина Петровна лежала в кровати, повернув голову в сторону двери. В её глазах читалось понимание — она всё слышала.
***
— Антонина Петровна, — Людмила присела на край кровати, — простите, что так получилось. Мне нужно уехать на три дня. Это очень важно для моей работы.
Женщина медленно подняла дрожащую руку и погладила Людмилу по щеке. Потом с трудом, но внятно произнесла:
— Езжай, деточка. Езжай обязательно.
— Мама! — Виктор ворвался в комнату. — Ты что говоришь? Кто за тобой ухаживать будет?
Антонина Петровна перевела взгляд на сына. В её глазах появилось что-то жёсткое, непреклонное.
— Ты... или Павлик... Хватит... девочку мучить...
— Но мама, мы же работаем!
— И Люда... работает... — женщина закашлялась, но упрямо продолжила: — Стыдно... сыновья... а ухаживает... невестка...
— Мама, ты не понимаешь...
— ВСЁ я... понимаю! — с неожиданной силой выговорила Антонина Петровна. — Людочка... езжай! Это... приказ!
Людмила поцеловала свекровь в морщинистую щёку и быстро вышла из комнаты. Виктор бросился за ней.
— Ты специально её настроила против меня!
— Я вообще с ней об этом не говорила раньше. Она сама всё видит и понимает. В отличие от тебя!
Людмила взял чемодан и направилась к двери. Виктор снова попытался преградить ей путь.
— УБИРАЙСЯ с дороги! — заорала Людмила так, что Виктор невольно отшатнулся. — Или я сейчас такое устрою, что соседи милицию вызовут!
— Ты... ты совсем с ума сошла!
— ДА! Сошла! От вашего хамства и наглости! От того, что три года гроблю себя ради вашей семейки, а в ответ — только претензии и упрёки!
— Если ты уйдёшь сейчас...
— Что? ЧТО ты сделаешь? Разведёшься? Да ради бога! Это будет лучшее, что ты сделал за последние годы!
Виктор оторопел. Он явно не ожидал такого поворота. Людмила воспользовалась его замешательством и выскочила за дверь, громко хлопнув ею.
Уже в такси, по дороге в аэропорт, она достала телефон и набрала номер Марины, жены Павла.
— Марина? Это Людмила. Я уезжаю на три дня на конференцию. Антонина Петровна остаётся на Викторе и Павле. Список лекарств на тумбочке, режим вы знаете.
— Что? Но... Людмила, погоди...
— Всё, Марина. Я три года тянула это одна. Теперь ваша очередь. Пусть мужики о своей матери позаботятся.
Она отключила телефон, не дослушав возмущённых воплей Марины. В груди было одновременно страшно и легко. Страшно от неизвестности — что будет после возвращения? Но легко от того, что наконец-то она сказала всё, что накопилось.
Конференция проходила блестяще. Людмила представила результаты своих исследований по новым методам синтеза органических соединений, и они вызвали настоящий фурор. Профессор Архипов из МГУ даже предложил ей место в своей лаборатории после защиты диссертации. Три дня она жила настоящей научной жизнью, общалась с коллегами, обсуждала перспективы исследований. И чувствовала себя человеком, а не бесплатной сиделкой.
***
Виктор звонил постоянно — она не отвечала. Писал сообщения — она не читала. На второй день конференции позвонил Павел.
— Людмила, это безобразие! Марина отказывается сидеть с мамой! Говорит, что у неё работа!
— А у меня, по-вашему, работы нет?
— Но ты же всегда...
— Вот именно — ВСЕГДА! А теперь НЕ БУДУ! Ухаживайте сами за своей матерью!
— Да как ты смеешь...
— СМЕЮ! И знаешь что, Павел? Передай своему братцу — пусть ищет квартиру. Я больше не вернусь в съёмную халупу!
— Ты что, с ума сошла?
— Да! Сошла! Наконец-то сошла! Три года терпела ваше хамство, а теперь ХВАТИТ!
Она сбросила вызов и заблокировала и его номер тоже. А потом позвонила своей подруге Ирине, которая давно предлагала пожить у неё.
— Ирка, можно я к тебе на пару недель? Кажется, я развожусь.
— Люда! Наконец-то! Конечно, приезжай! Я тебе сто раз говорила — бросай этого паразита!
После конференции Людмила не поехала в съёмную квартиру, где они жили с Виктором. Забрала вещи из камеры хранения на вокзале — она предусмотрительно собрала самое необходимое заранее — и отправилась к Ирине.
А через день вызвала курьера и отправила Виктору документы на развод.
Виктор получил конверт вечером. Он как раз вернулся от матери, уставший и злой. Два дня ухаживать за ней оказалось настоящей пыткой. Таблетки каждые два часа, памперсы менять, кормить, мыть... Как Людмила это делала три года?
Павел тоже был на грани. Марина устроила ему грандиозный скандал, когда он попросил её посидеть с матерью хотя бы пару часов.
— Я ЧТО, нанималась за твоей мамашей ухаживать? — орала Марина так, что было слышно на весь подъезд. — Людмила дура была, что согласилась! А я НЕ ДУРА!
— Но Марин, это же моя мать...
— Вот и ухаживай за ней САМ! Или сиделку нанимай! А я на работу хожу, между прочим!
— У тебя же гибкий график...
— И ЧТО? Это значит, я должна бесплатно работать сиделкой? Да иди ты к чёрту, Павел! Ещё раз попросишь — я тоже на развод подам! Как Людмила!
Павел ошарашенно смотрел на жену. Марина никогда раньше не говорила о разводе. Но в её глазах читалась такая решимость, что он понял — это не пустые угрозы.
Когда Виктор вскрыл конверт и увидел заявление о разводе, у него подкосились ноги. Он тяжело опустился на диван, перечитывая документ снова и снова. Людмила требовала развода по причине "невозможности дальнейшей совместной жизни". Никаких претензий на имущество — им и делить-то было нечего, квартира съёмная, машины нет, накоплений тоже.
***
Прошёл месяц. Виктор и Павел наняли сиделку — это обходилось в половину их совместного дохода, но выбора не было. Марина после той ссоры демонстративно игнорировала все просьбы мужа, связанные с его матерью. Братья переехали в квартиру Антонины Петровны — так было удобнее и дешевле, чем платить за съём.
Виктор пытался найти Людмилу, но она словно растворилась. На работе сказали, что она взяла отпуск за свой счёт. Телефон заблокирован. Общих друзей у них почти не было — Виктор никогда не интересовался её кругом общения.
А потом он встретил её случайно. В кафе возле университета. Людмила сидела за столиком с каким-то седовласым мужчиной, оживлённо что-то обсуждая. На столе были разложены какие-то графики и схемы. Она выглядела... счастливой. Такой он её давно не видел — глаза блестят, на щеках румянец, она увлечённо жестикулировала, объясняя что-то собеседнику.
Виктор подошёл к их столику.
— Людмила...
Она подняла на него глаза. В них не было ни злости, ни обиды.
— Здравствуй, Виктор.
— Нам нужно поговорить.
— Нет, не нужно. Всё что нужно, я отправила тебе с курьером.
— Люда, давай попробуем всё исправить...
— Исправить? — она грустно улыбнулась. — Виктор, уже поздно. Я подписала контракт с МГУ. После защиты диссертации переезжаю в Москву. Профессор Архипов, — она кивнула на своего собеседника, — предложил мне место в своей лаборатории.
— Но... а как же мы? Семья?
— Какая семья, Виктор? Та, где я была бесплатной прислугой? Где мои мечты и стремления никого не интересовали?
— Я был неправ...
— ДА, ты был неправ! Но дело не только в этом. Ты показал своё истинное лицо. Для тебя я — не партнёр, не личность, а функция. Ухаживать, обслуживать, молчать. Извини, но это не моя жизнь.
— А моя мать?
— У твоей матери есть два сына. Пусть они и заботятся. Кстати, передай Антонине Петровне, что я её помню и желаю здоровья. Она хорошая женщина, просто вырастила эгоистов.
Виктор хотел что-то возразить, но профессор Архипов встал из-за стола.
— Людмила Сергеевна, нам пора. Заседание кафедры через полчаса.
— Да, конечно.
Она собрала бумаги и встала. Виктор схватил её за руку.
— Людмила, прошу...
— ОТПУСТИ! — она выдернула руку. — И больше не ищи встреч. Всё кончено, Виктор. Ты сам это выбрал, когда решил, что моя жизнь менее важна, чем твоё удобство.
Она развернулась и ушла, оставив Виктора стоять посреди кафе. Люди за соседними столиками с любопытством поглядывали на него. Он медленно побрёл к выходу, понимая, что потерял, возможно, самое ценное в своей жизни. И потерял по собственной глупости и эгоизму.
Дома его ждал Павел, мрачный как туча.
— Марина подала на развод, — сообщил он без предисловий. — Говорит, не хочет повторить судьбу Людмилы. Что я превращу её в бесплатную сиделку для матери.
Виктор молча налил себе водки и выпил залпом.
— Я встретил Людмилу. Она уезжает в Москву. Насовсем.
— Твою же мать! — выругался Павел. — И что нам теперь делать?
— Жить, — устало ответил Виктор. — Жить с последствиями своего эгоизма. Мы сами виноваты, Павел. Думали, что женщины обязаны нас обслуживать. А они, оказывается, тоже люди. Со своими мечтами, планами, амбициями.
— Да пошло оно всё! — Павел тоже налил себе водки. — Может, Марина одумается...
— Не одумается, — покачал головой Виктор. — Они с Людмилой правы. Мы относились к ним как к прислуге. А когда прислуга взбунтовалась, не знали, что делать. Вот и получили по заслугам.
Из комнаты матери донёсся зов. Братья переглянулись.
— Твоя очередь, — сказал Павел.
— Нет, твоя. Я утром был.
— Да какая разница... Пойдём вместе.
Они встали и пошли к матери. Два взрослых мужчины, успешных, самодовольных. И только сейчас начавших понимать, чего стоит настоящая забота о близких. Но было уже поздно — жёны ушли, оставив их наедине с собственным эгоизмом и больной матерью.
А Людмила в это время сидела в самолёте, летящем в Москву, и чувствовала себя свободной. Свободной от чужих ожиданий, от навязанных обязанностей, от роли бесплатной прислуги. Впереди была новая жизнь — с наукой, с любимой работой, с людьми, которые ценят её как личность, а не как функцию. И пусть было немного страшно начинать всё сначала в тридцать два года, но это был её выбор. И она не жалела ни о чём.
Телефон завибрировал — пришло сообщение от Антонины Петровны (соседка помогла отправить): "Людочка, будь счастлива. Прости моих глупых сыновей. Ты всё правильно сделала. Живи своей жизнью!"
Людмила улыбнулась и выключила телефон. Прошлое осталось позади. Впереди — только будущее.
P.S. Юридические аспекты в рассказе упрощены в художественных целях и могут отличаться от реальной практики.
Автор: Вика Трель ©
Рекомендуем Канал «Семейный омут | Истории, о которых молчат»