А слышал ли ты, друг мой, историю про охоту на "чёртова зайца"? Нет? Ну, тогда тебе будет чем скоротать этот вечер. Поведал мне ее пресвятой отец Хиге, учитель и наставник благородной семьи Шербук. Он же, в свою очередь, услышал ее при дворе местного графа от трувера, поклявшегося на Библии, что он в то время оказался неподалеку от славного города Дейл и участвовал в той охоте лично.
В те времена, на границе Дербишира и Ноттингемшира было неспокойно. Крестьяне поговаривали о новых налогах, холодном лете и плохом урожае. И как будто бы всех этих бед было недостаточно, или, может Господь прогневался на эти земли и грешников, что жили тут забыв про его заповеди. Но в последний месяц лета, на земли, что окружали городки Дейл, Гаппу и Симе пришла новая страшная напасть. Кролики.
Огромные полчища кроликов, приведенных, наверное, самим Сатаной, словно саранча, приходили безлунными ночами на крестьянские поля и огороды, пожирая все, до чего могли дотянуться их ушастые головы. Морковь, капуста, бобы, свёкла - все исчезало внутри этих прожорливых зубастых тварей. Даже фруктовые деревья, обглоданные этими серыми разбойниками, сохли на ветру, предвещая крестьянам голодную зиму.
Крестьяне, пришедшие в уныние от новой беды, попытались дать отпор вредителям, но не преуспели в этом ничуть. Редкие охотники приносили в день по несколько кроличьих шкур, а крестьяне, что видели лук раз в году на ярмарочном поле, и вовсе были рады, если удавалось пришибить в день хотя бы одну ушастую скотину.
И не то чтобы даже такое небольшое количество мяса было лишним в крестьянском котле. Но оставшиеся в живых кролики, плодившиеся с какой-то невероятной скоростью, воздавали своим обидчикам сторицей, начисто выедая целые акры овощей, зелени и даже озимого зерна, что хранилось в амбарах в ожидании сева.
Поняв, что своими силами с этим нашествием не получится, местные жители собрали совет из самых уважаемых людей этой земли и стали решать, как побороть эту напасть. Кто-то предлагал идти жаловаться хозяину этих земель графу Моубрею, кто-то уповал на помощь предосудительного вида парней из соседнего леса. Самые отважные предлагали взять факелы и сжечь траву и норы, где поселились проклятые кролики. И когда, казалось, все уже перессорились со всеми, прозвучала идея, пришедшаяся по вкусу каждому пришедшему на совет. Большая охота.
Настоящая, большая охота. Точно такая же, как у благородных дворян. С луками, копьями и звуками сигнального рожка. Ну, на самом деле, а чем лучшие люди земель Дербишира и Ноттингемшира хуже? Неужели они не могут устроить себе охоту? Любой добрый христианин знает, что олени и кабаны - это благородная дичь, и охотиться на них могут только рыцари и дворяне. Но нет законов, ни человеческих, ни Божьих, что запрещали бы честному человеку охотиться на кроликов.
И в тот же самый момент, как мысль об этом устроилась в крестьянских головах, всё волшебным образом изменилось. Немедленно были забыты набеги на поля и огороды, проклятья и жалобы поселян. Все мысли собравшихся заняла будущая охота. Точно такая же, как та, что случилась по весне у местного барона. Нет, даже лучше. Потому что ту самую охоту никто не видел, а кто видел, наверняка приврал. Вот только подготовиться к ней, нужно было как следует. И где-то примерно в этом самом месте, совет лучших людей превратился в ярмарку тщеславия.
Уилл из Граппа, вдохновленный будущим развлечением, поклялся, что такой отличный лучник как он, с Божьей помощью подстрелит не менее дюжины кроликов еще до того, как прозвучит первый сигнал рожка. Дейв из Дейла обещал купить в городе лучших охотничьих собак, которых только можно достать на границе Шотландии, и привести с собой целую свору, чтобы ни один косой не смог ускользнуть от славных охотников. Хоб из Симе вспомнил, что на охоте, кроме охоты, принято угощаться, и пообещал выставить лучшим людям окрестных земель, что прибудут на охоту такой стол, которому позавидует даже граф Моубрей.
Немедленно послали за людьми, что по весне отвозили господину барону припасы для охоты, чтобы расспросить их о том, как там все должно быть устроено. И выяснив, что кроме собственно охотников и собак будут нужны загонщики, чтобы гнать на охотников дичь, все очень загрустили. Никто не знал, где их взять и что конкретно они должны делать. Впрочем, печаль добрых христиан была недолгой. Было решено заплатить местным крестьянам, чтобы они крадучись обошли большое кроличье поле, после чего, шумом и гомоном гнали зайцев на охотников, что будут поджидать их на лесной опушке.
И, казалось бы, все складывается хорошо, и собравшихся ждет отличное развлечение, которое они будут вспоминать еще много лет. Вот только большая и прекрасная будущая охота, все еще оставалась охотой на кроликов. И это было как-то несолидно, что ли.
Впрочем, и эта неприятность решилась с Божьей помощью, уже к вечеру. Жители, пришедшие на совет, а так же их знакомые, которым они про все рассказали, судачили о будущем походе на кроликов с таким пылом, что уже скоро вся эта история стала жить уже своей собственной жизнью. В ближайших деревенских тавернах говорили про лучших лучников Англии, что приедут на охоту. Про дорогих собак, что купец из Дейла привезет из самого Эдинбурга. И, конечно, про огромных и злобных тварей, в которых как-то незаметно для всех превратились замучившие всю округу кролики.
Не прошло и пары дней, как любой имеющий язык житель Ноттингемшира, был готов поведать историю о том, что во главе этой кроличьего полчища стоит черный словно смоль, огромный и злобный заяц. Судя по рассказам тех, кому посчастливилось выжить при встрече с ним, был он размером с доброго кабана, зубы имел чисто волчьи и задрал со дня Святого Освальда несколько собак и овец. А недавно его видели у дальнего пруда, где он нехорошо смотрел на дочку тамошнего мельника.
В общем, уже скоро к охоте все было готово. Оставалось только начать.
Раннее летнее солнце, карабкающееся в высоту прозрачного неба, согревало своими лучами целую делегацию местных жителей, что тащили на лесную опушку множество вещей. Через пару часов туда должны были прибыть охотники, а значит, было необходимо успеть до этого момента сделать множество важных дел. Крестьяне собирали столы и лавки, открывали бочки с пивом и кувшины с вином, ставили на стол немудрёную еду. В общем, все старались, как могли.
Будущие славные герои охоты на дьявольского зайца и его приспешников, тоже не подвели общество и явились при полном параде. С луками, собаками, одетые в лучшую одежду, в сопровождении загонщиков, каждому из которых посулили по три пенса за работу, они прибыли без задержки. И немедленно, как это было принято на охоте, принялись угощаться пивом и вином в ожидании того момента, как загонщики зайдут кроличьей орде в тыл и погонят ее прямо на них.
Загонщики, впрочем, не спешили, да и поле, которое им нужно было обойти, было огромным. Охотники же со своими родными и друзьями, отдавали должное выпивке и закуске с таким усердием, что уже через четверть часа стали веселы и бесшабашны. И когда издалека послышались крики и грохот, который издавали загонщики, ударяя дубинками по доскам, будущие победители заячьей напасти были готовы ко всему и со всей возможной решительностью выступили навстречу загоняемой на них дичи.
И казалось бы, что все идет отлично. Вот только проклятые кролики, покарай их Господь, снова все испортили. Это бесчестное зверье, не имеющее ни малейшего понятия о высоком искусстве охоты, услышав изрядный шум, что звучал, казалось, у них прямо над головой, не побежали от загонщиков туда, куда нужно, как сделала бы другая, более благородная добыча. Они прыснули в разные стороны, словно брызги летнего дождя, что проливается на булыжную мостовую.
Обескураженные таким поведением, загонщики принялись гоняться за ними, пугая еще больше, вскоре разогнав испуганных ушастых вредителей по всему полю и даже немного за его пределы. После этого, поняв, что большая часть добычи скрылась, не отчаялись и решили выгнать на стрелков хотя бы тех кроликов, что, избрав направлением своего бегства лесную опушку, и так мчались под стрелы охотников.
Охотники же, в свою очередь, подбадривая друг друга, на немного заплетающихся ногах, так же двигались навстречу ушастым беглецам, которых теснили к ним загонщики. Оставалось сделать всего несколько десятков шагов. Охота приближалась к своему апогею. Трагедия была неизбежна.
Лучшие люди земель Дербишира и Ноттингемшира, что прямо сейчас чувствовали себя благородными рыцарями и владетельным сеньорами, прекрасно проводящими время, встретились с загонщиками как раз посредине поля. В том самом месте, где его пересекал небольшой овраг. Вот только никаких кроликов между ними не было. Впрочем, не было их и вокруг. Со всех четырех сторон, насколько хватало взгляда, людей окружало поле с цветущими колокольчиками, лавандой и белыми, словно горный снег, орхидеями. И ни одного мохнатого уха не торчало из этого расцвеченного луговыми цветами зеленого ковра.
Где! Наши! Зайцы! - Голос Уилла из Граппа, который в своих мечтах уже успел перебить сотню косых и похвастаться этим великим деянием перед друзьями и родными, казалось, царапал само небо. И был настолько неприятен, что вызывал зубную боль еще до того как было произнесено первое слово.
Действительно, где наша добыча, — поддержали его другие охотники, — вы же должны были загнать их всех на нас!
А чего это вы на нас орете, — окрысился самый здоровый из загонщиков, — мы их на вас гнали, а куда они делись, я понятия не имею.
Да вы их, наверное, сами напугали, а может, они ваших собак испугались, — поддержал здоровяка кто-то из толпы, — а может вы и вовсе в них не попали.
Над охотничьим полем повисла тишина. Охотники и загонщики смотрели друг на друга с неодобрением, возмущением и некоторым изумлением, всячески осуждая поведение своих недавних друзей в это сложной и неприятной ситуации.
И раз! Злой и пьяный Уилл, так и не ставший лучшим охотником Дербишира, с размаху бьет наглого загонщика кулаком в ухо! И два! Получив ответный удар, летит в канаву вместе со своим замечательным луком и полным колчаном стрел. И три! Разозленная деревенщина, словно по команде, кидается друг на друга, не в силах стерпеть таких оскорблений. И четыре! В руках у обеих сторон, словно по волшебству, появляются большие ножи, охотничьи кинжалы и дубинки.
Охота, к которой все так долго готовились, еще недавно благородная и почти настоящая, в одно мгновение превратилась в злую кабацкую драку. Пьяные охотники напирали на загонщиков, которые отмахивались от них дубинками и кулаками, повергая наземь слишком смелых и ретивых. Где-то пролилась первая кровь, засвистела и с хлюпаньем вошла в тело стрела. А наконец-то пришедший в себя псарь, спустил с поводка охотничьих собак.
Озверевшие люди, вцепившись друг в друга, словно дворовые псы, вымещали друг на друге злость, обиду и разочарование так и не случившейся мечты. Те, кому повезло меньше остальных, зажимая руками кровавые раны, отползали из-под ног везунчиков, что не нашли еще своих двух дюймов стали. Кто-то скатился в овраг в надежде, что его не затопчут ослепленные схваткой друзья. Самые невезучие, отбивались от вцепившихся в них собак. И только мертвые лежали смирно, не мешая пока еще живым заниматься любимым развлечением. И за всем этим с удивлением наблюдали кролики, на которых, в общем-то, пришли охотиться эти прекрасные люди.
После того, как третий уже человек предстал перед Святым Петром, охота закончилась как-то сама собой. Уцелевшие крестьяне смотрели друг на друга и никак не могли понять, что, собственно, произошло? По какой причине все они, еще недавно собиравшиеся отлично развлечься забавой благородных, лежат в крови и грязи посреди поля. Ведь не может быть такого, что во всем случившемся виноваты они сами?
Нет, это совершенно точно было чье-то проклятие. Или даже настоящее колдовство. Ведь не зря же в тавернах уже несколько дней рассказывали об огромном чертовом зайце, что привел за собой все эти легионы ушастых вредителей. Наверняка, это проделки какой-нибудь ведьмы или даже самого Сатаны, который, говорят, не может уснуть, если перед этим не погубит несколько честных христианских душ.
Рассказывают, что на поле, где случилась эта злая ворожба, позвали священника из ближайшего аббатства, чтобы тот очистил землю от дьявольского колдовства. Святой отец, как говорили те, кто там был, долго расспрашивал раненых и уцелевших о том, что произошло. После чего до самого вечера говорил с ними о смертных грехах, особенно гордыне, зависти и гневе. Люди кивали, соглашаясь с преподобным, но причем тут смертные грехи, никто так и не понял. Впрочем, перечить никто не осмелился, и после надлежащих молитв несчастных, погибших в борьбе с прислужником Сатаны, унесли домой, чтобы оплакать и должным образом похоронить.
Не успела начаться осень, как про эту историю судачили на всех ярмарках и базарах Северной Англии. Люди рассказывали друг другу о страшных ночных чудовищах, что приходят из леса в тот час, когда на небе исчезает луна. А еще жалели погибших, впрочем, говоря, что с ними бы такого не произошло. Потому что они-то точно знают, как нужно было устраивать большую охоту на "чертова зайца". И если он однажды появится....
И на этом наша сегодняшняя история закончена. Что случилось с ее героями дальше, я не знаю. Впрочем, как и то, был ли подстрелен во время охоты хотя бы один кролик. Но какая, в общем, разница, ведь Зло было побеждено и Добро восторжествовало. Так или иначе.