В декабре 1944 года немцы предприняли мощное наступление против англо-американских войск в Арденнах, которого союзники никак не ожидали. Немцы развили такой темп наступления, что казалось, что вот-вот – и победа Гитлера во Франции обеспечена. Но тут в дело вступил Сталин, к которому по наущению Эйзенхауэра слезно обратился Черчилль с просьбой организовать какое-то наступление на Восточном фронте, чтобы заставить немцев распылить свои силы и ослабить давление на союзников. Стали долго не думал, и помог. А что, если бы он решил, что помогать не стоит?
Говорят, что англичане и американцы спасли Сталина от поражения в Великой Отечественной войне, и потому мы должны быть им благодарны по гроб жизни. А чем они, интересно, помогли нам так, чтобы спасти от поражения? Начали слать свою помощь только в 1943 году, когда СССР уже в ней не нуждался так критически, как в 1941-м?
Напомню, что в 1941 году союзники не прислали в СССР вообще никакой помощи, и Красная Армия нанесла немцам первое в истории вермахта поражение под Москвой на своих собственных резервах. Да и Сталинградская битва в 1943-м была выиграна без особой западной помощи, а чем еще союзники помогли Сталину в те решающие времена?
Морально? Ну да, помощь ценная.
Короче, реально это Сталин всегда помогал союзникам не проиграть в сражениях, и англо-американцы висели на волоске от поражения даже в канун 1945 года, когда Гитлер начал успешное поначалу наступление в Арденнах. Не буду все это описывать своими словами, а предоставлю слово авторитетам.
Вот, например, что пишет английский историк Бэзил Генри Лиддел-Гарт, он так описывает сложившуюся в тот момент в Арденнах обстановку:
«…Удар явился потрясением для союзников. Был прорван американский фронт в Арденнах, и создалась угроза разобщения союзных армий. Тревога перекинулась за линию фронта…
…Положение было кошмарное. Выражались опасения, что немцы могут дойти до побережья Ла-Манша и устроить второй Дюнкерк».
Видите, как? Положение сложилось кошмарное, и немцы вполне могли бы устроить союзникам второй Дюнкерк, то есть, заставить их бежать обратно в Англию. А почему тогда могли победить не англо-американцы, а немцы?
Да все просто – у союзников не было солдат с боевым опытом, а те, которые успели повоевать в Африке, все были задействованы в тот момент в Италии. Но даже опытные «африканские» англичане и американцы завязли в Италии на полтора года, а что уж говорить о необстрелянных солдатах, которые высадились в Нормандии?
Да они воевали как дилетанты, потому у них некоторые подразделения теряли в день от огня немцев по 50-100 танков – они просто не умели на них воевать! Ясно, что у гораздо более мотивированных немцев и на самом деле были все шансы устроить англо-американцам второй Дюнкерк и сбросить их обратно в Ла-Манш даже в конце войны.
Американский писатель, журналист и издатель Ральф Ингерсолл (в 1941 году взял интервью у Иосифа Сталина) в звании подполковника находился в штабе 12-й армии, и в своих мемуарах он описывал такую картину:
«…Когда началось наступление, оно было полной и абсолютной неожиданностью. У немцев было все - внезапность, быстрота, огневая мощь и высокое моральное состояние. Глядя на карту утром 17 декабря, казалось невозможным остановить их, - они прорвали нашу линию обороны на фронте в пятьдесят миль и хлынули в этот прорыв, как вода во взорванную плотину. А от них по всем дорогам, ведущим на запад, бежали сломя голову американцы»…
А потом кто-то смеется с необстрелянных бойцов Красной Армии, которые летом 1941-го тоже бежали от наступающих немцев. Оказывается, и американцы от немцев бегать умели, причем сломя голову. Но сломя голову готовы были бежать не только американские солдаты, но и генералы. Вот вам второй документ, с признанием бравого американского генерала-героя Джорджа Смита Паттона, которое он сделал незадолго перед своей нелепой гибелью в конце 1945 года:
«…4-го января (1945 года) немцы надрали одно место 17-й воздушно-десантной, потерявшей, по донесениям, в ходе атаки в одном из батальонов до сорока процентов личного состава. Тогда же я сделал в дневнике одну важную пометку перед датой - заявление, которого никогда прежде не делал, написав: «Мы всё ещё имеем шанс проиграть эту войну»…
Ну, раз уже сам участник тех событий в таком признаётся, то что уж тут сказать? Американцы и англичане реально могли проиграть битву за Нормандию, и вообще знатно опарафиниться в Западной Европе. Немцы даже в начале 1945-го были достаточно сильны, чтобы скрутить англо-американцев в бараний рог, и тут этим англо-американцам пришлось просить о помощи. И у кого?
У Сталина.
Давайте почитаем, какие послания в те дни писал Сталину Черчилль. Вот сообщение от 6 января 1945 года:
«...Я буду благодарен, если Вы сможете сообщить мне, можем ли мы рассчитывать на крупное русское наступление на фронте Вислы или где-нибудь в другом месте в течение января и в любые другие моменты, о которых Вы, возможно, пожелаете упомянуть... Я считаю дело срочным»…
Сталин был в курсе катастрофического положения своих союзников во Франции, и недолго решал – выгодно ему их спасать, или нет. В итоге он все же подумал, что скорее выгодно, чем не выгодно, и ответил Черчиллю, что подумает. Мол, погодные условия в районе Вислы и «где-нибудь в другом месте» Восточного фронта не благоприятствуют наступлению, но он даст приказ своим генералам, и те, возможно, что-то придумают. Они оттянут немцев с запада на восток, тем самым облегчив почти разгромное положение англо-американских армий во Франции.
И вот, получив ответ Сталина, уже 9 января обрадованный Черчилль шлет ему следующую депешу:
«…Я весьма благодарен Вам за Ваше волнующее послание. Я переслал его генералу Эйзенхауэру. Весьма возможно, что гунны будут вытеснены с очень тяжёлыми потерями. Мы и американцы бросаем в бой всё, что можем. Весть, сообщенная Вами мне, сильно ободрит генерала Эйзенхауэра, так как она даст ему уверенность в том, что немцам придется делить свои резервы между нашими двумя пылающими фронтами»…
В этом сообщении интересны два момента. Нет – три. Во-первых, ответное послание Сталина было для Черчилля ВОЛНУЮЩИМ. А ведь мог бы не писать этого слова, но раз написал, значит, и на самом деле так сильно волновался, что даже не заметил, какой козырь он дает Сталину на будущих переговорах в Ялте. Еще бы – речь шла о выборе между победой и поражением, и Сталин мог бы по отчески спросить у Черчилля – что, чуть войну не продули? И что бы вы без меня делали, салаги? Теперь платите.
Но далее моменты еще более интересные.
Так, Сталин согласился помочь союзникам, оттянув часть немецких сил из Франции на себя. И даже при этом Черчилль не был уверен в том, что союзникам удастся одолеть немцев – фраза «весьма возможно, что гунны будут вытеснены» достаточно убедительная без всяких толкований. Возможно, мы гуннов победим, а возможно и нет. Тут к гадалке надо сходить, или Богу помолиться.
Кстати, генерал Паттон в те страшные для его армии декабрьские дни, чтобы расчистить небо своей авиации, заставил капеллана 3-й армии Джеймса О’Нейла попросить Бога о том, чтобы тот послал лётную погоду. И когда тучи разошлись, он наградил этого капеллана Бронзовой Звездой, которая присуждается за героизм в бою. Вот так американцы и воевали, и героями становились – то им Бог на войне помогал, то Сталин.
Также следует обратить внимание на фразу «даст ему уверенность», то есть, согласие Сталина даст союзному командованию уверенность в победе. А вот если бы Сталин отказал, то никакой уверенности в победе у Эйзенхауэра не было бы. Ну, а если бы не было уверенности, то и не было бы и победы – это надо понимать именно так, потому что американцы всегда отступали, когда не были уверены.
И вот, эти две фразы «весьма возможно» и «даст уверенность» прекрасно показывают, насколько близки были союзники Сталина во Франции к поражению.
Поэтому истерический вопль бравого американского генерала Паттона «…мы всё ещё имеем шанс проиграть эту войну» - это не фантазии перепуганного солдата, а прекрасное понимание катастрофы, которая разразилась бы на Западном фронте, если бы Сталин в нужный момент не помог.
Но Сталин помог, причем так помог, что позволил Паттону и Эйзенхауэру не проиграть Вторую Мировую войну. Ясно, что Сталину было невыгодно, чтобы англо-американцы проиграли эту войну. А вот если бы ему было выгодно, чтобы они ее все же проиграли, то они ее проиграли бы с очень большой долей вероятности, и не помог бы никакой капеллан Джеймс О’Нейл.
Вот именно поэтому не мы должны благодарить англо-американцев за их помощь, которая в самый опасный момент немецкого наступления на СССР вообще не поступила, а должны благодарить нас англо-американцы за то, что Сталин не допустил их разгрома во Франции зимой 1945-го. Как минимум потому, что если бы немцы в 1945-м устроили союзникам «второй Дюнкерк», то мы все равно Берлин взяли бы, но зато над нашими союзниками потом потешался бы весь мир.
Видимо, Сталин не хотел, чтобы весь мир потешался заодно и над ним, что он выбрал себе в союзники таких клоунов, которые то на Бога уповают, то на Сталина, а потом сами себя награждают высшими орденами за героизм в бою.
НЕКОТОРЫЕ ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ:
Кто во время войны совершил более тяжкое преступление – генерал Власов, или фельдмаршал Паулюс?