Узнав фамилию молодой женщины, подняла голову от блокнота и внимательно вгляделась в черты. Ещё бы, передо мной была дочь очень известного человека, человека-легенды, ныне покойного. Я много лет работала с ним, хорошо знала, делала о нём фильм на местном ТV. Не назвала бы его рыцарем без страха и упрека, морали он придерживался довольно скользкой, но ему нельзя было отказать в уме, искрометном остроумии и яркости натуры. Питомец детского дома, он прошел, что называется, огонь, воду, медные трубы, чертовы зубы, Крым и рым...
Я вступила в разговор с его дочерью, ожидая увидеть в ней такого же яркого человека. Девицу я не назвала бы красивой, но ничего отталкивающего в ее внешности не было. Увы, сорок минут беседы разочаровали. Она не показалась умной, не обронила ни одной интересной мысли, и к концу встречи я почему-то устала так, словно на мне пахали. Может, она была не в духе? Я поделилась сомнениями с одним знакомым. Тот пожал плечами и ответил, что она всегда такая: вялая и неинтересная. Но как может быть, спросила я, чтобы такой колоритный отец воспитал такое?
— Он считал, — ответил мне приятель, — что его дочери не должны, подобно ему самому, страдать от голода, холода, трудностей и унижений. Сам он нахлебался по полной, то уж они-то будут жить, как королевы. И обеспечил им идеальные условия. Они шли по жизни, как по паркету. Никаких трудностей, никаких проблем. Ну... вот и выросли.