Учёная братия относится к нам, журналистам, достаточно высокомерно, считая тупыми и недалёкими. Но этот мой собеседник напоказ пренебрежения к нашей братии никогда не выказывал. Артистичный и умный, он лгал, как дышал, но иногда, особенно в подпитии, его язык развязывался, и из-под маски обаяшки вылезало нечто пугающее.
В тот раз он тоже был слегка подшофе, и мой вопрос о положении дел в сфере фундаментальной науки брезгливо пожал плечами и провозгласил, что, если ничего не изменится в ближайшие годы, науке придут кранты.
— Война нужна, Ольга, война. Будет война — мы заживём. Без войны нет технического прогресса.
Это был 2014 год. Я нигде его не цитировала, хоть и прекрасно поняла, что он имел в виду. Начнись война, военный сектор потребует разработки новейших технологий, на них будут выделены астрономические суммы, и они пойдут к ним, в фундаментальную науку, где рождаются все технологии, потом — к прикладникам.
Сейчас ребята на коне.