Глава ✓ 245
Начало
Продолжение
Радостная, порхала Мэри по дому, птицей сизокрылой вилась около своего Мишеньки и тот ходил гоголем.
Да и было, чему радоваться! Был Михаил Ларин простой стемпельмейстер таможни Санкт-Петербургского порта, коллежский секретарь, мелкий чиновник XIV класса согласно Табели о рангах, честью, беспорочной службой и находчивостью выбившийся в люди и получивший личное дворянство. А стал господин Ларин, кавалер Ордена Святой Анны!
А всего-то и нужно было оказаться в нужное время в нужном месте.
Кто ж знал-то, что у того корабля в трюмах и каютах? Он как раз и шёл на фелюге с командой пограничной стражи к вставшей на рейде бригантине для осмотра грузов, проверки документов и здоровья экипажа, чинно беседовал по-английски с капитаном на верхней палубе, как резко и страшно закричала снизу женщина, повеяло с дымком, забегали по палубе ниже матросы, крича что-то гортанно и резко.
Как ссыпался по трапу вниз, как поймал в объятия охваченную пламенем даму и уж тем более - как поднялся с ней, пылающей у него на руках вверх, он не помнил. Помнил только удар о воду и руки, крепко сжимающие бессознательное уже тело, и как боролся с пучиной, пытавшейся утащить на дно.
Врёшь - не возьмёшь!
Свои же гребцы выловили командира, так и не выпустившего из рук даму в том, что можно назвать остатками платья: от подола верхнего шелкового изделия осталось одно название, как и от хлопковой нижней сорочки. Обгорели и волосы.
Стремительно краснели и становились волдырями сильные ожоги на руках, ногах и лице несчастной, которую тут же от греха подальше, прямо тут, в фелюге, укутали в мундир одного из таможенных стражей.
Тем временем по шторм-трапу к ним уже спускался важный пузатый господин, что-то непонятное лопотавший.
Вот в чём-чём, а в латыни Мишка был не силён, так что как мог на немецком, английском, голландском и матерном русском объяснил супругу леди, что её надо срочно к доктору доставить и всякие "No-no" в расчёт не принимаются!
Наконец тот смирился и фелюга полетела по волнам, а на судне полняли флаг "пожар" и начали бороться с огнём. Оказалось, что дурная баба (ой, правда на судне женщина - к несчастью!) зачем-то открыла дверцу фонаря, в котором горела свеча. Дверца со стеком горячие, дура дворянских кровей обожглась и фонарь опрокинула, свечка приземлилась ей на подол, а дальше успел Михаил Васильевич собственной персоной заграбастать жену португальского посла и сигануть с нею в обнимку в воды Рижского залива
Дипломатик скандаль?!
Плевать, прорвёмся - главное, что баба жива и даже вроде не сильно обгорела. А то, что руки у Мишеньки обожжены до волдырей и борода исчезла - так то дело и забота нежной сестрицы Танюши и заботливой жены Мэрюшки.
Пострадавших обоих доставили в Морской госпиталь, где с рук на руки передали докторам. Ларин получил указания, чем и как лечиться и отправлен домой. Безутешный посол остался в госпитале при бессознательной жене, которую экстренно лечили странно: чайными примочками. Руки, ноги и тело покрыли маслом Каррона - смесью льняного масла и известковой воды и прикрыли чистым полотном. Консилиум решал, стоит ли вскрывать волдыри или оставить, как есть, благо помощь пришла вовремя и серьёзных травм удалось избежать.
Или это помогла солёная морская воды?
Едва явившись домой, Михаил попал в руки своих перепуганных женщин, которые едва не передрались между собой, решая, что лучше: гусиный жир, льняное масло с солью или повязки, обильно смоченные чайной заваркой.
Кисти, наиболее пострадавшие, просто опустили в чаши с крепко заваренным чаем, а лицо дамского спасителя обработали льняным маслом с солью.
А тем временем на корабле потушили пламя и даже не сильно намочили верительные грамоты господина Ансельмо Мария Перейры (вру, не было такого), прибывшего, чтобы сменить на посту сильно хворающего Франчиско Хосе Орта Маседу (а это личность историческая и правда был послом в России 21 год, с 79-го года, но опять вру, он отбыл на родину в 1800-м и отдал Богу душу в 1817-м. Послы были, но найти о них информацию мне не удалось).
Через неделю спаситель дипломатической супруги предстал перед начальственным ликом с физиономией, более похожей на топографическую карту, но совершенно здоровым. Поправлялась в госпитале и Мерседес Перейра, а её супруг всё настойчивее интересовался судьбой отважного прыгуна в воду.
Доклад о происшествии был отправлен на Высочайшее рассмотрение и менее, чем через неделю на нём появился собственноручный Его Императорского величества рескрипт: "Достоин св. Анны, 4-й степени". Что автоматически приравнивало фамилию Лариных к потомственным дворянам. Увы, но их первый сын наследовать его не мог, ибо родился до пожалованного его отцу Высочайшим повелением дворянства.
Но Гошке пока было всё равно, дворянин он там или нет, пелёнки полугодовалый бутуз пачкал вполне изрядно.
Да, служба Михаила Ларина считается статской, но сметки, внимания требует не меньше, и стрелять метко надобно уметь, и бегать резво, и не поддаваться на щедрые посулы тороватых негоциантов. Личное дворянство - это не потомственное, а ведь хочется, ох, как же хочется детям своим оставить не только наследство и имя незапятнанное, но и дворянство наследное, с ним куда легче в жизни, чем мещанину, пробиваться. Да только с VIII класса Табели о рангах оно даруется гражданским чиновникам.
Вот и повод гордиться господину Ларину Михаилу Васильевичу - кавалер св. Анны получал вожделенное потомственное дворянство!
Не положено ему носить сам серебряный с алой эмалью крест Ордена - не та степень. Красуется у него алый крест на золотом круге на эфесе и свисает с темляка "клюква" орденской ленты.
Таким красавцем он и явился в Морской госпиталь, где в отдельной палате всё ещё выздоравливала португальская баронесса. К счастью, обошлось без сепсиса, хотя озноб и жар первые три дня весьма тревожили докторов и долю соли в примочках увеличили. Мадам Перейра сама отмечала, что боли в кистях куда меньше, чем на коже тела и всё беспокоилась о своих роскошных смоляных кудрях.
Увы, от них мало что осталось и то, что ещё было, пришлось в лазарете остричь под её причитания.
Ровно через месяц после происшествия на рейде в дом на углу Невского и Садовой с визитом явилась супружеская чета португальского дипломата с выражениями признательности и скромными подарками. Отличное вино было выпито, пироги с вязигою продегустированы и одобрены.
На осеннем балу, где были представлены светскому обществу Санкт-Петербурга господа Перейра, чело мадам с прекрасной короткой стрижкой украсила головная жемчужная повязка,
напоминавшая всем царственную Жозефину и её блистательную дочь Гортензию.
Рассматривая государственную службу – военную, гражданскую или придворную – как важнейшую обязанность любого дворянина, Петр I включил в «Табель о рангах» важный механизм получения личного и потомственного дворянства: военные имели существенное превосходство перед гражданскими и придворными: первый же, самый низший офицерский чин XIV класса давал им право передать своим детям по наследству дворянское звание. Что касается гражданских и придворных чинов, то у них право на получение личного дворянства приобреталось с получением чина XIV класса, а на потомственное — только с VIII и далее. Правда, при этом для военных действовало важное условие: обер-офицерские чины от XIV до IX классов давали безусловное право на потомственное дворянство только детям, которые родились после присвоения их отцу первого обер-офицерского звания — прапорщика (и соответствующих ему в гвардии, артиллерии и флоте).
Для донатов карта Сбера 2202 2069 0751 7861♥️👍🙏