Действие 3. Исчезновение
Все переглянулись с тем выражением лиц, с каким опытные шулеры ведут нечистую игру. Стас исчез, оставив после себя только элегантный шарф — последний штрих в представлении опытного фокусника.
— Браво, маэстро! — Катерина картинно захлопала в ладоши. –— Эффектный уход тебе удался. Теперь выходи.
Стас не отвечал.
— Мой добрый друг, любой трюк можно разгадать, если знать, куда смотреть, —Лёвушка поправил очки, и засмеялся. — Статистическая вероятность удачного исчезновения в старом доме при наличии потайных ходов и предварительной подготовки...
Он достал из кармана фонарик и принялся методично осматривать стены и пол.
— Однако, что-то мы о Стасе не знаем, — нахмурился Егор, поднимая его шарф и пронизывая взглядом. — Интересно, когда он успел изучить планировку дома? И главное — зачем весь этот спектакль?
— Ох, Котелок, какой ты зануда. Чем тебе не праздничное развлечение? — высказалась Нюра, исследуя чердачное помещение в поисках возможных тайников.
Луч фонарика метался по чердаку, выхватывая из темноты то угол старого комода, то край пыльной картины. Все четверо, привыкшие к сложным аферам и розыгрышам, с азартом включились в игру.
Однако после тщательных поисков энтузиазм команды начал угасать. Лёвушка, простучавший каждую половицу и обследовавший все углы с дотошностью налогового инспектора, был вынужден признать, что на чердаке нет никаких потайных дверей или люков.
— Но он не мог спуститься вниз незамеченным. Это просто не возможно, —удивлялась Катерина, разводя руками.
— Угу… Да и свечи… — протянула Нюра.
— При всех возможных вариантах перемещения в замкнутом пространстве, учитывая время реакции человеческого глаза и способы отвлечения внимания... — бормотал Гольдман, протирая очки.
Неожиданно его рассуждения прервал звук рояля, доносившийся снизу. Кто-то уверенно вёл пальцем по клавишам: звонкие ноты быстро переходили в драматические звуки. Все настороженно замерли — в доме не было музыкальных инструментов, тем более таких габаритов, которые остались бы незамеченными. Одиноко выхваченная нота завершила глиссандо и эхом растворилась в воздухе, словно требуя: «Вскрываемся!»
— Каков артист, — ухмыльнулся Егор и тут же скомандовал. — Тушим огни и вниз. Лёвушка, сзади подсвети-ка фонариком.
В этот момент часы снова начали бить. Егор машинально отсчитывал удары: один, два, три, четыре…
Все держались тесной группой, спускаясь по скрипучей тёмной лестнице. Даже Катерина, которая обычно следила за своим личным пространством жалась к остальным.
Пять. Шесть. Семь. Восемь…
В коридоре второго этажа, тускло освещённом электрическими светильниками, все интуитивно выдохнули: здесь было хоть и мрачно, но всё же различимо. Гольдман, однако, продолжал подсвечивать фонариком, вытянув руку над головами.
Девять. Десять. Одиннадцать…
Друзья ускорили шаг.
Двенадцать... Тринадцать...
Егор нахмурился: что это за часы такие?
С последним ударом Гольдман дёрнул рукой и увёл свет в сторону. Послышался глухой удар об пол. Все оглянулись — Лёвушка исчез также неожиданно, как и Ломов, оставив после себя на полу только зажжённый фонарик и блокнот в кожаном переплёте.
— Сговорились, аферисты, — фыркнула Нюра.
Егор вернулся и поднял потрёпанный блокнот. Осветив фонариком открытую страницу, он увидел какие-то расчёты, но не обычные математические выкладки — цифры складывались в странную последовательность, в какую-то систему: даты, суммы, инициалы… Дни их крупных выигрышей, суммы, распределённые неравномерно, и везде эти странные пометки напротив каждой фамилии.
Он молчал, лихорадочно анализируя ситуацию. Странное легкомысленное поведение Стаса, карта Повешенного... Все складывалось в зловещую картину, смысл которой пока ускользал.
— Он спрятался в одной из ближайших комнат! — уверенно заключила Катерина.
«Отвлекает, — мелькнуло подозрение у Егора. — Неужели и девчата в этом участвуют?»
Он пронизал обеих внимательным взглядом, стараясь подметить ложь в эмоциях. За время работы в команде Егор научился распознавать любые признаки фальши. Катерина была хороша в притворстве — по одному лишь умению флиртовать она могла бы издать роман для простушек о навыках женственности, который занял бы лидирующее место среди бестселлеров мира. А Нюра? Та и вовсе могла бы получить кинопремию за свои роли непосредственности и чистоты. Но сейчас...
Внезапно сверху послышались тяжёлые шаги. Кто-то большой и грузный ходил по чердаку, с которого они только что спустились.
Брови девушек вопросительно дёрнулись, в округлившихся глазах задрожал испуг. Эмоция была настоящей. Даже самый опытный мошенник не смог бы подделать её — Котлов неоднократно наблюдал подобный взгляд у игроков, внезапно осознавших, что ставка слишком высока, а их блеф раскрыт.
В дальнем конце коридора что-то с грохотом упало. Затем раздался звук, похожий на шелест.
— Спускаемся, — скомандовал Егор. — Медленно и вместе.
Но едва троица сделала несколько шагов по лестнице на первый этаж, как свет начал мигать, а часы, наводя ужас, снова принялись бить. Игра переходила из состояния весёлых пряток в нечто всерьёз пугающее. На этот раз удары никто не считал — все устремились на тени, которые метались по стенам широкой междуэтажной лестницы. Перед ними мелькали гигантские карты в руках таинственного крупье.
Внезапно светильники выключились. И только луч света от фонарика прорезал мрак. Чья-то рука судорожно вцепилась в локоть Егора.
— Кать, ты где? Отзовись! — голос Нюры дрожал совсем не наигранно. Впервые за всё время их знакомства в нём не было ни капли притворства.
Котлов поднял выше Лёвушкин фонарик. Луч заметался, выхватывая из темноты пустоту там, где только что стояла Катерина. На ступеньке тускло поблескивало её фальшивое колье — последний след очередного исчезновения.
— Мы держались за руки… — прохныкала Нюра.
Егор резким движением потянул подругу за собой во мрак лестницы. Быстро спустившись, они остановились и прислушались. Признаков чьего-то присутствия не наблюдалось, однако в гнетущей тишине отчетливо послышались звуки тасуемых карт и щёлкание банкнот — эти потрескивания друзья ни с чем бы не спутали.
Внезапно, недалеко от ёлки, зажглось старинное бра. Его тусклый свет проявил новые тени. Нюра сжала руку Котлова с такой силой, что он поморщился, и указала на одно из зеркал.
— Ты видел? Боже мой, Егор, ты видел? — голос девушки сорвался на шёпот.
Там, в зазеркалье Стас раздавал карты, Катерина опиралась на спинку стула, а Лёвушка теребил душки очков. Но их лица... Они были недовольны, ка будто их поймали с поличным.
— Это фокус, — попытался успокоить и себя, и Нюру Егор.
Но в этот момент в зеркале появилось новое отражение — человек в старомодном костюме, держащий Лёвушкин блокнот. Котлов перевёл вопросительный взгляд на кожаную обложку в своих руках. Человек медленно поднял голову, и Егор узнал в нём себя.
— Что происходит? — прошептала Нюра и обняла его, уткнувшись носом в грудь.
«Долги нужно отдавать», — беззвучно произнесло отражение.
Котлов отрицательно затряс головой, не веря в происходящее. Он понял каждое слово.
Нюра вдруг дернулась и замерла, глядя куда-то поверх его плеча. В расширенных зрачках отражался ужас. Она сделала шаг назад. Пальцы, судорожно вцепившиеся в запястье Егора, разжались. Ещё шаг. Издав приглушённый вздох, девушка начала медленно оседать на пол. Егор попытался её удержать двумя руками, но поймал лишь воздух — Нюра на глазах растворилась в полумраке гостиной. На полу остался лишь сложенный вчетверо носовой платок.
Интересно моё творчество в печатном виде? Внутри много интересного, того, что ещё не читали.
Заходи в ТГ-канал. Вся информация по книге "Ния. В отражении времени". Она уже вышла в твёрдом переплёте
А роман "Пиявка" движется к логическому концу: основной объём написан, мне нужно ещё несколько глав.
Сейчас его можно прочесть в виде черновика на Литрес всего за 100 рублей, но как только я поставлю точку, то, скорее всего, он будет удалён и отправлен на редакцию. Ну, а выход книги уже будет под другой ценой.
Так что ещё есть время приобрести авторский исходник - ТУТ со скидкой в 10%
Ну, а продолжение тут - действие 4