Найти в Дзене

Ловушка чувства вины

Чаще всего в терапию идут за изменениями. Однако не всем эти изменения даются легко. «А вдруг, разрешив себе отдых, я превращусь в лентяя?». «А вдруг, сказав «нет», потеряю всех друзей?». «А вдруг, перестав мыть пол пять раз в день, стану неряхой?». Эти страхи — не просто тревожные мысли. Это голос чувства вины — главного «надзирателя» психики невротика. Психика человека — многослойная система. Большинство из нас находятся на невротическом уровне ее организации. Это не диагноз, а особенность восприятия мира: невротик живет в постоянном конфликте между «должен» и «хочу». Его главные двигатели — тревога и вина, которые «защищают» от отвержения: «Если я буду идеальным, меня будут любить». Что на самом деле происходит в терапии? Работа с психологом напоминает садоводство. Психолог не вырывает «сорняки» страхов и сомнений с корнем, а учит различать: где ваши истинные желания, а где — навязанные обществом, семьей, внутренним критиком. Управление чувством вины — это не его устранение, а изм

Чаще всего в терапию идут за изменениями. Однако не всем эти изменения даются легко. «А вдруг, разрешив себе отдых, я превращусь в лентяя?». «А вдруг, сказав «нет», потеряю всех друзей?». «А вдруг, перестав мыть пол пять раз в день, стану неряхой?». Эти страхи — не просто тревожные мысли. Это голос чувства вины — главного «надзирателя» психики невротика.

Психика человека — многослойная система. Большинство из нас находятся на невротическом уровне ее организации. Это не диагноз, а особенность восприятия мира: невротик живет в постоянном конфликте между «должен» и «хочу». Его главные двигатели — тревога и вина, которые «защищают» от отвержения: «Если я буду идеальным, меня будут любить».

Что на самом деле происходит в терапии?

Работа с психологом напоминает садоводство. Психолог не вырывает «сорняки» страхов и сомнений с корнем, а учит различать: где ваши истинные желания, а где — навязанные обществом, семьей, внутренним критиком. Управление чувством вины — это не его устранение, а изменение «расписания дежурств».

Постепенно вы убеждаетесь, что:

  • вина слабеет, когда вы отдыхаете, но это не делает вас ленивым — вместо выгорания появляются силы;
  • отказ не разрушает отношения, а создает здоровые границы — и окружение начинает вас уважать;
  • беспорядок на столе не превращает вас в неряху — зато освобождает время для творчества.

Страх «стать хуже» после снижения вины — иллюзия. Невротик похож на грецкий орех в зеленой оболочке: чтобы ядро созрело, кожура должна сгнить и отвалиться. Так и наша «токсичная» вина — не часть личности, а защитный слой, который мешает стать цельным. Когда она уменьшается, проявляется ваше настоящее «Я» — вовсе не безответственное, а более живое и гармоничное.

Метафора с орехом — не просто красивый образ. Это напоминание: трансформация требует времени и смелости отпустить то, что больше не служит вам. Да, первые шаги без привычной вины могут пугать — как первый полет птенца из гнезда. Но именно так рождается уверенность: вы больше не заложник «должен», вы автор своей жизни.

Если сегодня вам страшно сделать паузу, сказать «не могу» или надеть мятые джинсы — вспомните спелый орех. Его ядро не стало хуже, когда исчезла зеленая кожура. Оно просто стало собой.

Специально сфотографировала начинающий гнить грецкий орех; фото прикладываю.