Сегодня ЛитерМорту исполняется 3 года. В этом году проект был награждён медалью «Антон Чехов. Народное признание выдающихся заслуг» в лице своего изобретателя Н.Н. Бугаёвой. Общественное культурно-научное объединение «Чеховское общество» отметило медалью присущие ЛитерМорту «добросовестный труд на благо общества, развитие гуманитарных ценностей и широкое признание, достойные памяти великого писателя, врача и гуманиста».
Поздравляю всех моих коллег и учащихся с Днём знаний, предлагаю вашему вниманию первосентябрьскую статью литературно-шутейного содержания. А что вы знаете о "бальзаковском возрасте"?
Насколько актуальны сегодня подсчёты, выполненные сыном сельского жителя с юга Франции Оноре де Бальзаком 183 года назад?
Сам Бальзак в романе “Тридцатилетняя женщина” описывал не кого иного, как маркизу Жюли. Что же за “бальзаковские” черты отразились в маркизе, что вот уже 183 года подряд тридцатилетних дам называют “бальзаковскими”?
А по словам автора, “маркиза — в ту пору ей было тридцать лет — была хороша собой, хотя хрупка и уж очень изнежена. У неё была необыкновенно тонкая кожа”. “В этом прекрасном возрасте — в тридцать лет”, пишет Бальзак, женщина находится “на поэтической вершине своей жизни”.
Значит, “бальзаковский возраст” — это такая прекрасная поэтическая вершина жизни, обладатель которой хорош собой, но чересчур хрупок и изнежен? 30 лет — пик “поэтической вершины жизни”, откуда “уходящая молодость” начинает кубарем катиться вниз?
Неужели в 18 лет условный “юнец” зря радуется совершеннолетию, не подозревая, что всего какие-то жалкие 12 лет отделяют его от старта увядания?
Неужели вчерашние студенты в 23 года, то есть 5 лет спустя после совершеннолетия, зря потирают руки вступать в жизнь молодыми специалистами — ведь всего 7 лет спустя они станут “увядающими специалистами”?
И молодой 26-летний врач заканчивает ординатурой 8 лет учёбы, будучи уже не столько молодым, сколько почти “увядающим врачом”?..
Но если эти “жестокие истины” относятся к женщинам, то в равной степени они относятся и к... “бальзаковским мужчинам”?
Почему бы нет — ведь наступлению 30-летия подвержены и дамы, и кавалеры.
Неужели Иван Бунин получил Пушкинскую премию, будучи не молодым писателем, а увядающим 33-летним “бальзаковским мужчиной”? Неужели первое признание Бунина было запоздалым, раз пришлось на 1903-ий год — год его “уходящей молодости”?
А в 1829 году Дон впервые посетил “увядающий поэт” Александр Пушкин? 19 июля 1829 года, покинув Арзрум, Пушкин покинул и “уходящую молодость”...
Обратимся к первоисточнику.
Вот, например, бальзаковский Шарль, черноусый товарищ маркизы Жюли по любовным играм, “несмотря на молодость — ему недавно минуло тридцать лет, — приучил себя к философскому взгляду на вещи и жил рассудком”.
Несмотря на... молодость? Значит, 30 лет — всё-таки молодость?
Для 30-летних Шарлей — да, ведь условие их молодости — стройность, отличное телосложение и конный спорт. Будь Шарль, не дай бог, хрупким и изнеженным, как Жюли, — тогда, увы, “смуглый румянец, игравший на его полных щеках”, быстро померк бы, и наш Шарль тоже вступил бы в пору увядания.
Как мы видим, Бальзак весьма однозначно описывает условие молодости в 30 “бальзаковских” лет: это занятия спортом и подтянутость. А вот вялая физподготовка и изнеженность (как у злосчастной маркизы Жюли, в 1840-х годах, как назло, не уделявшей должного внимания своему мышечному тонусу) — прямой путь к раннему увяданию в неполный 31 год. Классик Бальзак плохого не посоветует!
Вместо спорта съел колбаски краковской?
Будет тонус мышц, увы, “бальзаковский”!
Плоск живот и намечается “кубизм”?
Не “бальзаковский” тогда ваш организм!
Если женщина “за 30” в крепкой форме,
То Бальзак о ней, поверьте, и не вспомнит!
Регулярно отжимаетесь, мужчина?
Если нет — то вам грозит “бальзаковщина”!
— Я изнежена, хрупка, но я... подросток!
— Вы “бальзаковский ребёнок”, очень просто!
На “диванной тяге” мчимся в 20 с малым?
Вы “бальзаковский”, как это и ни странно!
Ну, а в 70 кто мускулом играет?
Поздравляем: вам Бальзак не угрожает!
Так, значит, “бальзаковский” — это характеристика не возраста, а... мышечного тонуса и здоровости образа жизни.
Проверим на “бальзаковость” избранных героев русской классики?
Например, гончаровского Илью Ильича Обломова: ведь “это был человек лет тридцати двух-трех от роду, среднего роста и приятной наружности”. Идеально “бальзаковский” возраст! Более того, Обломов, по заверениям автора, “как-то обрюзг не по летам: от недостатка ли движения или воздуха, а может быть, того и другого”.
Не правда ли, Иван Гончаров солидарен с Бальзаком? Недостаток движения и свежего воздуха — прямая дорога в “бальзаковский возраст” и обрюзглость.
Если бы “Тридцатилетнюю женщину” писал Гончаров, то он бы назвал её — “Обрюзгшая женщина”.
А если бы “Обломова” писал Бальзак, то он назвал бы выходца из Обломовки “Тридцатидвухлетним мужчиной”.
Ну-те-ка-с, выполним коллаж из строк авторов:
“... Обломов — в ту пору ему было тридцать два-три года от роду — был хорош собой, хотя хрупок и уж очень изнежен. Удивительным обаянием дышало лицо Ильи Ильича, спокойствие которого обнаруживало редкостную глубину души. Его горящий, но словно затуманенный какою-то неотвязной думою взгляд говорил о кипучей внутренней жизни и полнейшей покорности судьбе.
В мужчине тридцати лет есть что-то неотразимо привлекательное для девушки молодой... коей и оказалась 21-летняя фантазёрка Ольга Ильинская!”
А какие внешние “бальзаковские” признаки имеются у Обломова? Полный набор: “тело его казалось слишком изнеженным для мужчины” (читаем — слишком “бальзаковским”, то есть неспортивным и бестонусным). Более того, скрупулёзный Гончаров описывает и “бальзаковский” цвет кожи Ильи Ильича, дабы предостеречь потомков: “матовый, чересчур белый цвет шеи, маленьких пухлых рук и мягких плеч” (себе на беду не знавших ни шведской стенки, ни гантели).
“— Кто проклял тебя, Илья? — рыдая, спросила Ольга. — Что сгубило тебя? Нет имени этому злу...
— Есть... Бальзаковщина! — прошептал он.”
А что же 32-летний Штольц, друг Обломова?
Гончаров противопоставляет “бальзаковские” мягкости и пухлости Обломова мускулистостям Штольца — “худощавого”, “кость да мускул”, “твёрдого, бодрого”, без единого “признака жирной округлости”.
Гончаров: ищите “бальзаковщину”, тьфу ты, “обломовщину” в признаках жирных округлостей!
Может быть, и пушкинский Евгений Онегин, до переезда в деревню ночи напролёт просиживавший панталоны в театрах и ресторанах, а дни напролёт то спавший на шёлковых простынях, то полировавший ногти, в свои 26 лет тоже оказался ”бальзаковским мужчиной”?
Примерим “бальзаковские формулы” к “Двадцатишестилетнему мужчине”.
Подходит ли описание маркизы Жюли Евгению Онегину?
Выполняем коллаж (курсив из "Евгения Онегина", прочее из "Тридцатилетней женщины"):
“Впрочем, Онегину, как всем мужчинам, была присуща извечная слабость — тщательная забота о красе рук и ног. Гребёнки, пилочки стальные, прямые ножницы, кривые и щетки тридцати родов и для ногтей и для зубов... Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей!
Но если он с удовольствием и выставлял ногти напоказ, то даже самому коварному сопернику было трудно назвать его жесты неестественными, так, казалось, были они безыскусны или усвоены с детских лет. Грациозная небрежность искупала этот намёк на кокетство. Как томно был он молчалив, как пламенно красноречив, в сердечных письмах как небрежен!
Татьяна не могла отвести глаз от Евгения Онегина и была недовольна этим: она досадовала, что мужчина так сильно затронул её любопытство...
Мечтательница нежная отметила все эти мелочи и чёрточки, делающие мужчину некрасивым или хорошеньким, привлекательным или отталкивающим, в особенности если в них чувствуется душа, которая всему придаёт гармонию, как это было у г‑на Онегина.”
К счастью, Евгений в деревне вовремя занялся конным спортом и исключил все “признаки жирной округлости”... что и сделало его неотразимо привлекательным для девушки молодой! Впрочем, Татьяна позже отдала свою благосклонность “толстому” генералу, которому, по мнению Ю.М. Лотмана, было никак не менее 35 лет: вероятно, не таким уж “поздним и бесплодным” был возраст соперника Евгения?..
А Иван Бездомный из “”Мастера и Маргариты”, оказывается, не булгаковский, а “бальзаковский”?
”Ему — тридцать два года!”
“Каждый год, лишь только наступает весеннее праздничное полнолуние, появляется на Патриарших прудах человек лет тридцати или тридцати с лишним. Рыжеватый, зеленоглазый, скромно одетый человек на поэтической вершине своей жизни.
Это — сотрудник института истории и философии, профессор Иван Николаевич Понырев. У него необыкновенно тонкая кожа, а это почти безошибочный признак душевной чувствительности.
Но и это ещё не всё: булгаковский роман стоило бы назвать “Тридцатилетние люди” — ведь все главные герои его тридцатилетние!
Например, Мастер — человек примерно лет тридцати восьми.
“С балкона осторожно заглядывал в комнату бритый, темноволосый, с острым носом, встревоженными глазами и со свешивающимся на лоб клоком волос — его горящий, но словно затуманенный какою-то неотвязной думою взгляд говорил о кипучей внутренней жизни и полнейшей покорности судьбе.
А “бездетная тридцатилетняя Маргарита”? “Бальзаковская женщина”!
“Муж её был молод, красив, добр, честен и обожал свою жену” — а значит, держал мышцы в тонусе без единого “признака жирной округлости”. Но “бальзаковское” у Булгакова тянется к “бальзаковскому”, и потому Маргарита променяла “кость да мускул” своего молодого мужа на душевную чувствительность и кипучую внутреннюю жизнь остроносого Мастера. Не мускулом единым!..
Вот так мы и установили, что “бальзаковские люди” — это пухлые изнеженные сибариты, в свои 30 пренебрегающие спортом и променявшие молодость на “жирные округлости”. Учтя интерес современных 30-летних к спортивному снаряду, Всемирная организация здравоохранения продлила возраст молодости до... 44 лет! Лишь в 45 лет наш современник вступает в пору зрелости.
Блажен, кто смолоду был молод, блажен, кто к 45 созрел!..
А Литературная премия «Лицей» имени А. Пушкина для молодых российских писателей и поэтов вручается вплоть до... 35 лет. И ничуть не жаль, что за 183 года “бальзаковские ограничения” одряхлели и сдали свои позиции!
— Я душою не старею в 38!..
— Мы и телом к молодёжи вас относим.
— В 28 жирен я, как барсучок...
— Вас “бальзаковщина” схватит за бочок!
— Есть ли способ мой бочок обезопасить?
—А начните-ка по шведской стенке лазить.
— Как стать привлекательным неотразимо?..
— Выбирайте между бегом и “отжимом”!
— Тело мягко и по форме — лягушачье...
— Батенька, симптомы-то у вас “бальзачьи”!
— Но округлостям-то жирным только 30...
— Марш с дивана и начните суетиться:
Для начала — поучаствуйте в “Лицее”
И, как Бунин, прогуляйтесь по аллее
Молодыми, очень лёгкими шагами —
И “бальзакам” по пути не будет с вами!
И не будемте судьбе покорны слишком —
Это молодости тратит “золотишко”,
Забубённые года отравой травит
И “бальзаковским жирком” таланты давит.
Раз достигнув поэтической вершины —
Дальше курс возьмём высокий и орлиный!
Наша молодость дана нам не напрасно —
Жить хотим не кисло мы, а первоклассно,
По-обломовски давить диван нам скучно,
По-бальзаковски душою вянуть — душно!
По-молчалински поддакивать искусно
И по-хлестаковски “хапать” — гнусно!
Жить хотим по-пушкински мы вольно,
И по-достоевски сердобольно,
Быть хотим мы по-толстовски мудры
И по-салтыковщедрински правосудны!
Мы по-чеховски насадим сад роскошный,
Даже в 30 оставаясь молодёжью,
Радость тихая опустится на душу
Нежной поступью по-блоковски надвьюжной,
И тогда в алмазах мы увидим небо
И возрадуемся не единым хлебом.
✅ Знак человека! Текст этой статьи написан без использования ИИ.
Уважаемые подписчики, алгоритм Яндекс Дзена таков, что даже если статья полезная, а лайков мало, то она не показывается и уходит в "серую зону". Благодарю всех, кто нажимает на "палец вверх", — это помогает LiterMort нести просвещение и дальше!
Канал LiterMort выступает против экстремизма в любых его проявлениях. Канал поддерживает Россию, её нравственные и правовые свободы и Конституцию РФ. LiterMort и его автор не поддерживают те субкультуры, которые признаны незаконными в РФ.
Благодарю за прочтение!
Уважаемые подписчики, пожалуйста, соблюдайте вежливость в комментариях.