Глава ✓ 204
Начало
Продолжение
Большинство фигур уже покинули политическую шахматную доску.
Основная борьба, незаметная окружающим, сосредоточена главным образом вокруг короля, атакуемого лёгкими фигурами. Он почти повержен, но ещё не сломлен. Часть соратников полегла вокруг него, часть затаилась, предатели вымаливают снисхождение у победителей.
Но тайный огонь ещё горит под спудом, грозя взрывом.
Самая незначительная фигура - пешка, вдруг приобретает бо́льшую значимость, часто определяя судьбу партии. В нашей истории эта роль выпала девочке, обожающей миндаль в карамели. Дочь
Уильяма Балкомба, суперинтенданта Британской Ост-Индской компании, прониклась к нему доверием. Мисс Элизабет подолгу беседовала с Бони, человеком, повидавший так много.
Он рассказывал ей о странах, которые видел, о Франции и императорском дворе. Он скучал по сыну, и девочка искренне развлекала его.
Она жаловалась, что здесь совершенно не с кем общаться: "Остров этот, сударь, можно скорее назвать плавающим гробом, чем землей, созданной носить и кормить живых существ.." Тринадцатилетней англичанке, жительнице Лондона, уединение претило, хотя вилла их семейства стояла на самом удачном месте.
Укрытое от прохладных западных ветров грядой скал, с фермой, где блеяли козы, гордо выхаживали фазаны и шипели гуси, где небольшой сад дарил фрукты и тень, беседка, увитая виноградной лозой, манила присесть и поразмыслить о бренности величия. Резвящиеся в бассейне рыбки, щебечущие в кронах птицы - всё дышало покоем.
Пока готовился его резиденция, Лонгвуд, Бони жил в летнем домике семейства Балкомб.
За эти пару месяцев он подружился с семьей, позже мисс Элизабет часто навещала его с сестрой в Лонгвуд-Хаусе, среди туманов и порывистых ветров.
В южной части Атлантического океана, в 1800 км к западу от Африканского побережья высится среди волн скалистый остров. 15 октября 1815 года сюда прибыл человек, которым восхищались и которого проклинали миллионы. А он, мечтавший о величии и славе, забыл, что вскарабкавшись на вершину на ней ещё необходимо удержаться.
Райское местечко с неизменно приятной температурой воздуха, чистейшими родниками и речками, красивыми водопадами, живописными кручами. Коварные течения, пустой океан во все стороны света, крохотный, но зоркий гарнизон ненавидящих его англичан. Вышки по периметру поместья на самом верху местных холмов: куда бы ни отправился на прогулку бывший повелитель половины мира, попиравший ногами ходы египетских пирамид, он на виду.
Капустные деревья - древовидные маргаритки, поражали своей необычностью, древовидные папоротники, похожие на пальмы, качали на морском ветру своими разлапистыми листьями. Эдем!
И всё же ему было тоскливо...
Ему, спавшему по 4 часа в сутки, просто нечем было здесь заняться. Непривыкший к размеренной рутине, порывистый и стремительный, корсиканец буквально изводил сам себя.
Он диктует своему секретарю мемуары, играет с мисс Бетси в карты, вместе с ней читает Вольтера, Монтескье и Плутарха, борется с крысами, осаждавших Лонгвуд-Хаус. Редкие суда из метрополии привозили привычные продукты, вина. Ежедневная «продовольственная корзина» Наполеона Бонапарта и его охранников включала: 23 кг говядины и телятины, столько же баранины или свинины, 31 кг хлеба, 42 яйца и 15 бутылок молока.
Рацион пополняли пара индюков и гусей, 12 голубей и 9 цесарок.
На столе низложенного Императора ежедневно стояла бутылка шампанского, полбутылки мадеры и 3 бутылки белого "Vin de Grave".
Кому доставались 10 бутылок бордосского, одна - вина с Тенерифе и 31 - из Капской провинции (ЮАР) и ежемесячные 14 бутылок «Константера», от 2 до 4 бутылок Малаги, 2 бутылки Аликанте, 4 бутылки десертного Люнеля, 12 бутылок коньяка - неизвестно. Все грузы досматривались, справедливо опасаясь подмётных писем.
Ел Бонапарт всегда быстро, практически не разжёвывая, любил курицу, жаренную на вертеле, варёную говядину с жиром, чечевичную похлёбку, вафли со сливками и миндаль. Он раньше часто позволял себе полакомиться конфетами из миндаля в карамели.
Этими-то самыми конфетами, привезёнными из метрополии, угощала его мисс Элизабет. Узнав о пристрастии узника-лакомки, знакомые специально для него присылали гостинцы.
Кто и когда подложил в еду опасные "приправы" - загадка. Или всё дело в зелёных обоях его кабинета? Яркая и красивая "Парижская зелень" содержала высокие дозы мышьяка. Но уже с 1816 года Наполеон стал быстро уставать, перестал ездить верхом, все реже обращался к своим мемуарам. Губернатор острова Хадсон Лоу неприязненно относился к знаменитому узнику, между ними постоянно случались склоки и трения, и на ухудшение состояния пленника губернатор внимания не обратил.
В 1818 году семья Элизабет уехала в Англию, а в 1821 году пленник Св. Елены освободил своих конвоиров....Есть ли в его уходе вина Маши - Бог ведает, но язва желудка была странной - небольшой и очень глубокой. Пострадала не только стенка желудка, но и поджелудочная, и стенка кишечника. Как от разреза.