Наутро я снова пошёл к пустырю. Днём всё выглядело иначе: солнечный свет убирал часть мрачности, трава казалась обыкновенной, земля — просто чёрной от времени. Но запах гари никуда не делся. Он будто въелся в воздух. Я долго ходил вокруг, пока не заметил женщину во дворе соседнего дома. Седая, с узким лицом, она поливала цветы в старых жестяных вёдрах. Я узнал её сразу — Зинаида Петровна. Она жила напротив ещё в те времена. — Зинаида Петровна? — позвал я. Она подняла голову, щурясь, и долго всматривалась в меня.
— Ты… Илья? — Да. Я вернулся. Она медленно поставила ведро, вытерла руки о фартук.
— Сколько лет прошло… Я думала, ты сюда не приедешь больше. — А я думал, что всё забуду. Но не выходит. Мы стояли в тишине. Потом я спросил:
— Вы были здесь, когда дом сгорел? Она отвела глаза.
— Все были. Такое не забывается. — Говорят, мой отец погиб тогда. — Говорят… — повторила она, но голос стал каким-то сухим. — А вы что думаете? Она посмотрела прямо в мои глаза.
— Лучше не спрашивай п