Начало тут, Часть 2, Часть 3, Часть 4, Часть 5
Глава 9. Разговор по душам
После всех договорённостей и притирок следующей сложностью оказалась работа отношений. Руфочка по-прежнему исчезала каждый раз, когда Кеша входил в комнату, а поручик делал вид, что её нет.
Поначалу это казалось милой особенностью призрачного быта, но вскоре стало настоящей проблемой.
Однажды перед завтраком. Валентина готовила омлет, Семён Палыч читал газету, а Руфочка помогала накрывать на стол — передвигала тарелки и чашки. Работа спорилась.
Но тут в кухню вошёл Кеша с утренним рапортом о состоянии дома.
— Владимир Иванович, — начал он, — на втором этаже всё в порядке, но в библиотеке...
Руфочка мгновенно исчезла. Чашка на секунду повисла в воздухе и с грохотом разбилась о пол.
— Руфочка! — воскликнула Валентина. — Вернитесь немедленно!
Но ответа не последовало. Зато осколки пришлось убирать живым.
В другой раз ситуация повторилась, но хуже. Руфочка поливала цветы на подоконнике (точнее, перемещала и пыталась наклонять лейку), когда Кеша влетел в гостиную через окно — он любил эффектные появления.
Девушка исчезла так резко, что лейка опрокинулась прямо на диван, где сидел Семён Палыч с книгой.
— Развела мокроту, — проворчал он, стряхивая воду со страницы.
— Это невозможно! — взорвалась Валентина. — Руфочка, прекратите так резко исчезать! Это вредно для нас!
Подобные мелочи, впрочем, быстро забывались. Семён Палыч с Валентиной привыкли к подобной манере ухода призрачной девушки – всё-таки с темпераментом как рождаются, так и умирают. Но апогеем стал вечер, когда Валентина пекла пирог к приходу своей дочери.
Руфочка, желая помочь, держала над пирогом сито с сахарной пудрой. Всё шло прекрасно, пока в кухню не заглянул Кеша с вопросом об ужине.
Руфочка растворилась незамедлительно. Сито рухнуло прямо на готовый пирог, а потом соскочило и свалилось на пол. Валентина от неожиданности махнула рукой и снесла банку с сахарной пудрой на пол. Банка — в дребезги, пудра — снегом разлетелась у стола.
— Всё! — Валентина швырнула полотенце на стол. — Хватит! Я не могу жить в доме, где в любой момент на голову может упасть что угодно!
Семён Палыч молча взялся за веник.
— Срочно все собираемся на семейный совет в гостиной, — заявила Валентина. — Руфочка, твоё явление обязательно! Или все решения будут приняты без тебя.
Призраки послушно проявились. Фима ухмылялась. Владимир Иванович облокотился о шкаф. Руфочка и Кеша разместилась в креслах друг напротив друга.
— Никому никуда не исчезать! — скомандовала Валентина Петровна. — Иннокентий Аполли… Кеша, скажите Руфине Архиповне что-нибудь приятное.
— С чего вдруг? — растерялся поручик.
— С того, что дама вашего сердца не понимает вашего к ней отношения, — развела руками Валентина Петровна. — Надо ей об этом сказать… Ну, давайте же, говорите.
— Что именно? — Кеша поправил усы.
— Ну... что она красивая, например.
— Она красивая, — послушно повторил он.
Руфочка начала растворяться.
— Стоп! — прикрикнула на неё Валентина. — А ну… обратно! Немедленно!
— Но мне стыдно...
— Ты мертва, моя дорогая. Вычеркни из памяти это чувство, пожалуйста, по отношению к Иннокентию, — властным голосом ответила Валентина и пригрозила пальцем. — А теперь ты, Руфочка, скажи ему что-нибудь приятное.
— Вы... вы очень храбрый, — еле слышно прошептала девушка.
Кеша растянулся в довольной улыбке, но, к чести своей, в воздух не поднялся.
— Видите? — удовлетворённо сказала Валентина. — Ничего сложного. Люди — живые или мёртвые — должны говорить друг другу приятные слова.
— А как у вас с Семёном Палычем? — хитро поинтересовалась Фима.
Теперь покраснела Валентина.
— Совершенно так же… Мы хоть и поняли друг друга, но продолжаем осторожно знакомиться.
— Осторожно — это когда сто лет думаешь, — заметил Владимир Иванович, многозначительно глядя на Кешу и Руфочку.
— А мы сейчас проверим, — поддержала Фима. — Семён Палыч, идите сюда!
— Что случилось? — с тревожным выражением лица он появился в дверях, не выпуская совка, полного сахарной пудры.
— Скажите Валечке что-нибудь приятное, — потребовала Серафима Карповна.
— Прямо сейчас?
— Прямо сейчас!
Семён Палыч посмотрел на Валентину, которая смущённо теребила край кофты.
— Валя... ты очень... — он запнулся, — очень умная.
— И красивая! — подсказала Фима.
— И красивая, — послушно повторил он.
Валентина улыбнулась. Её глаза покрылись добрыми морщинками:
— А ты очень добрый, Семён Палыч.
Призраки умиленно вздохнули.
— Как замечательно! — торжествующе заявил Владимир Иванович. — И никто не растворился, и никто не улетел. Главное — практика!
С тех пор регулярные "комплименты по расписанию" стали частью домашней жизни. Правда, иногда они звучали довольно забавно.
— Руфочка, вы сегодня особенно... прозрачны, — говорил Кеша.
— Спасибо, Иннокентий Аполлинарьевич. А вы сегодня почти не левитируете.
Но главное — никто больше не исчезал от смущения. По крайней мере, надолго.
Валентина поняла, что управлять домом с привидениями — это как руководить очень специфическим детским садом. Нужно терпение, чувство юмора и железные нервы.
Но зато какие интересные подопечные!
