Январь 1942 года.
Шурочка и Валюша сразу после эвакуации оказались в госпитале, а потом их определили в детский дом города Молотов.
Что чувствовала Анна - не передать словами. Она отчаянно искала своих дочерей, но так, как они были без документов, это было практически невозможно. Поезд, на котором увозили сирот, останавливался на многих станциях. Где именно их высадили, она не знала. Не имела Анна возможности искать их - не было денег, она, Нюра и Коля были ослаблены от голода. И только мысль о том, что сирот определят в детские дома, утешала её: дочери будут накормлены и одеты. А она их обязательно найдет.
Глава 1
- Ты всё плачешь? - Шура подошла к сестре и обняла её.
- Я жду маму. Я так по ней скучаю. О папе постоянно думаю, - всхлипывала Валя.
- Валечка, мы должны быть сильными. Мама нас обязательно найдет. Кончится война и папа вернется. Помнишь, он велел ждать его.
- Помню. Верно ты всё говоришь, Шура. И взрослые мы уже, но как же хочется почувствовать маминого тепла.
Четырнадцатилетняя Валентина и тринадцатилетняя Александра обнялись, молча и беззвучно плача.
И лишь вечером, когда старенькая нянечка вновь и вновь читала им длинные стихотворения, которые они уже знали наизусть, каждая из девочек хоть немного отвлеклась от грустных мыслей.
****
Тем временем Анна после эвакуации попала в город Горький, там же схоронила младшую дочь Варвару.
Она решила вернуться в Татарстан. Вдруг её дочки вспомнят село, где они раньше жили. Вдруг их память подкинет им название из детства...
Приехав в село в Татарстане, Анна попросилась на постой к родственникам. Дома ведь у них не было - продали его несколько лет назад. Пустого жилья тоже в селе не оказалось, всё занято беженцами.
- Я вас пущу, как же не пустить. Не на улицу же выгнать с детишками, - Марфа печально смотрела на свою двоюродную сестру и племянников Нюру и Колю. - Только вот у меня полна изба, даже не знаю, где вас уложить.
- Марфушенька, милая, - Анна сложила ладони. - Да мы и в бане разместиться можем. Там и печь есть, и лавки, где спать. Только было бы, где голову склонить. Я так надеюсь, что дочки вспомнят, где мы раньше жили и напишут. А пока я буду сама посылать запросы.
***
Но шло время. Никому из девочек на ум не приходило название поселка.
Они жили в детском доме. Несмотря на то, что скучали по матери, всё же не могли жаловаться на условия - тут кормили, одевали. А еще им сделали новые документы и они смогли пойти в школу. Вале предстояло окончить седьмой класс, а Шуре шестой.
Учителя были хорошие и девочки тянулись к знаниям. Шура особенно любила стихи, заучивала множество строк наизусть, цитируя их на школьных выступлениях.
Когда Валентина окончила седьмой класс, то пошла учиться в профтехучилище на токаря. Рук рабочих не хватало, поэтому не делили уже профессии на мужские и женские. Она всего год отучилась, а потом её поставили за станок.
Шурочка закончила школу и помогала в детском доме, будучи нянечкой. Так же, как и Степанида, она читала детям длинные стихи, разучивая их наизусть.
Наконец, когда с Ленинграда была снята блокада, Валентина решила вернуться обратно.
- Как? Куда ты поедешь? - Шура была расстроена её решением.
- Не могу я работать на заводе токарем. Меня из-за станка не видно! Это очень тяжело. Я лучше вернусь в Ленинград, вдруг есть какие-то вести от мамы или папы.
- И я поеду, - Шура была настроена решительно.
- Нет, ты здесь нужна. Вдруг всё же у матери получится нас найти, вдруг ей сообщат в какой детский дом мы попали. Тогда она сможет приехать. Я буду писать тебе и связь с тобой держать.
Валентина уехала в надежде вновь найти ниточку, которая приведет её к матери. Да и на токарном станке было тяжело работать.
В Ленинграде она устроилась на разбор завалов. Но первым делом она пришла к разрушенной школе. Долго ходила она вокруг, пытаясь вызвать хоть какие-то воспоминания. Слабость, отсутствие еды, крики и плач детей - вот что приходило на ум.
Когда завалы были разобраны, Валентина спустилась в подвал. Она ходила по тому месту, где Анна пряталась с детьми. И вдруг она будто услышала голос матери: "Надо было переждать голод, не уезжать из Сосновки. Тогда бы мы не оказались сейчас здесь, в этом осажденном городе."
Сосновка! Мама и отец приехали оттуда! Как же она забыла название села? Ей ведь уже пять лет было, неужто всё так выветрилось из памяти?
Почта работала плохо, но всё же нашла Валя возможность отправить сестре Александре письмо, где написала, что вспомнила про деревню Сосновку. И пусть она попросит директора детского дома узнать, есть ли в Татарстане такая.
***
Получив письмо, написанное ровным девичьим почерком, Анна разревелась от облегчения. Два с половиной года она мучилась, не зная, где её дочери.
Ей было очень тяжело - в сорок третьем пришла похоронка на Федора, а тут еще и неизвестность, все мысли о Валентине и Александре.
Она тут же написала обратное письмо, где выразила огромную радость. Слезами залив буквы, она отправила послание Шурочке.
- Я к маме поеду, - плача от радости, Шура собирала вещи. - Нашлась, родимая. Пишет, что она с Нюрой и Коленькой у родственников живет.
- Деточка, нам будет не хватать тебя, - директор детского дома обняла воспитанницу. - Ты, главное, будь счастлива. Учись, живи по совести. И дай тебе Бог устроить свою судьбу.
Обняв на прощание директрису, Шура отбыла туда, где родилась.
Путь казался длинным. Она два с половиной года не видела своих родных. Какими стали Коля и Нюра? А мама? Поправились ли они, или такие же истощенные, какими были в блокадном Ленинграде?
Село Сосновка было далеко от станции, но Шурочка не шла, она бежала. Наконец, выйдя на главную улицу, она стала останавливать прохожих, прося, чтобы ей подсказали нужный дом.
- Шура, ты ли это? - услышала она голос.
Обернувшись, Александра увидела Нюру. Господи, какой она стала красивой! Ей ведь уже восемнадцать лет. Стройная, но уже не болезненно худая, старшая сестра смотрела на неё своими лучезарными голубыми глазами.
- Нюрка! - закричала она, бросая чемодан на землю.
Сестры так крепко обнялись, что, казалось, ребра захрустели.
- Пойдем, пойдем. Там мама, - Нюра показала вперед.
Через два дома они вошли во двор. Там Анна и Марфа перебирали лук, а Коля чинил табурет.
- Мама! - в один голос произнесли Нюра и Шура.
Анна, подняв голову, вскочила, не заметив, что упал таз с луком. Она подбежала к дочери и, обняв её, стала ощупывать, боясь, что это сон.
- Мама, это я. Я! Шурочка твоя!
- А где же Валечка? Где она? - Анна озиралась по сторонам.
- Валечка в Ленинграде. Я хотела сама убедиться, что найду вас. Мы напишем ей, обязательно, - Шура обняла её.
Они много говорили о том, как жили всё это время в разлуке. Шура, узнав, что на отца пришла похоронка, расплакалась.
- Я никогда не забуду его единственное письмо, в котором был стих Симонова. Я жду, а вдруг всё это неправда? Вдруг он жив? - шептала Анна.
ЭПИЛОГ
Но Федор не вернулся. Анна, Шура, Николай и Нюра вернулись в село, расположенное на Финском заливе. Дом требовал ремонта, но уцелел. Не коснулись его бомбежки и пожары. Даже на дрова его не растащили. Правда, окон не было, да всё, что нажито было за годы, растащили. Но крыша над головой и вера в будущее - вот что было главным. Не менее трогательной была встреча Валентины с матерью. Они долго стояли обнявшись. И слова при этом были не нужны.
Валентина вернулась позже в Ленинград, где спустя время вышла замуж за инженера.
Коля, когда вырос, тоже выучился и создал свою семью.
Нюра вышла замуж и уехала в Куйбышевскую область.
Шура поступила в железнодорожный. Маленькая и худенькая девушка работала наравне с мужиками, таская шпалы и рельсы. Жизнь её сложилась немного иначе, чем у старших сестер и младшего брата. Первого ребенка, дочь Лену, она родила без мужа. И только помощь матери помогла ей справится с этим. Второй ребенок родился в сожительстве, но и с отцом маленького Димы у неё ничего не сложилось. Так и прожила женщина, не будучи замужем. Но она и сама справлялась - растила детей, работала наравне с мужиками, а позже и ухаживала за Валентиной, у которой в старости отказали ноги. Сильная женщина, которая с детства была закаленная трудностями.
Спасибо за прочтение. Если понравилось - ставьте 👍.
Благодарю подписчицу за историю.
Похожие рассказы:
Ангел-хранитель. Дорога жизни
Я тебя найду
Обмен на дочь
Чувство вины
Обречённая