Продолжаю публиковать свою будущую книгу по истории БКС, начало - тут:
Отношения принца, а теперь уже короля, Вильгельма с незаконными детьми были прочными. Настолько, что герцогиня Кентская, жена Эдуарда, возмущалась и требовала держать их подальше от двора, чтобы тлетворное влияние плодов греха не испортило нрав ее собственных детей: у нее были мальчик и девочка от первого брака и единственный ребенок - дочь Виктория - от второго. Эдуард, возможно, хотел бы и больше общих детей, но в 1820 году скончался от воспаления легких.
Виктория оставалась единственной отрадой герцогини Кентской (которая, кстати, прекрасно понимала, насколько близка ее малышка к трону). Девочка росла практически в полной изоляции от сверстников, зато под жестким контролем матери.
Что характерно, Аделаида (жена Вильгельма) так же, как и ее муж, очень тепло общалась с бастардами - в первую очередь, с дочерьми, тем более что старшая дочь, Софи, была всего на 4 года младше Аделаиды.
В 1822 году у королевы Аделаиды родились мертвыми мальчики-близнецы, после чего она больше не беременела. В истории она так и осталась бы всего лишь самой незаметной королевой, если бы в 1836 году - за год до смерти мужа - в ее честь не назвали бы столицу Австралии.
Победа. Королева Виктория
В 1837 году, в год смерти дяди-короля, Виктории Кентской было 18, в то время возраст совершеннолетия. Даже старый добрый Акт о регентстве не понадобился.
К этому времени Соединённое королевство Великобритании и Ирландии представляло собой вполне сложившуюся конституционную монархию, где король практически не имел политической силы; тем не менее, Виктория стала национальным символом и, в отличие от череды предшественников, считалась человеком строгой морали.
Однако невозможно не отметить, что к тому времени вот уже более ста лет правящая династия, по сути, представляла собой сборище садовых гномиков, ничего не решающих ни внутри, ни вне страны, и служащих именно символом давно забытых добродетелей.
Британская Ост-Индская Компания
Реальными делами заправляла прослойка финансистов, действовавших в своих интересах. Еще в 1600-ом году была основана Ост-Индская Компания, то есть существовала она дольше, чем Ганноверская династия, и эта финансовая организация имела собственную систему управления на местах (в Индии, Китае, Южной и Восточной Азии), а также собственную “армию” (фактически), численность которой в некоторые годы превышала численность британской армии.
В финансировании Семилетней войны, например, решающую роль сыграли входившие в Совет директоров ОИК в 1753-1754 годах купец-гугенот Захария Филип Фонеро и помещик из Суррея Джон Мэншип.
Кстати, и в простых семействах случались свои “династические” трагедии. У Мэншипа родилось 6 детей, но лишь одному ребенку - младшей дочери - удалось перешагнуть рубеж возраста совершеннолетия. И вот, когда девушке было 17, ее соблазнил юнец из местной золотой молодежи - сын владельца винокурни, задира и дуэлянт. Они сбежали вместе во Фландрию, надеясь, что получат прощение от его или ее семейства после рождения первого же ребенка. Не тут-то было. Мэншип умел считать деньги и для своей единственной наследницы уже давно присматривал гораздо более выгодные партии. Узнав, что его малютка Анна сбежала с Саймоном-виноделом, он разъярился и пообещал никогда не видеть ни ее, ни внуков. У Анны родилось трое детей и затем она умерла в нищете. Отец Саймона, со своей стороны, согласился только предоставить ему работу - по иронии судьбы, это была та же ОИК, правда в филиале в Бенгалии. А Мэншип оставил завещание, по которому Саймон получил 1 шиллинг.
Снабжение британской армии продовольствием во время Войны за независимость также лежало на плечах директоров ОИК - Джорджа Уомбвелла, Эдварда Уилера, Уильяма Девейнса.
И кто сказал, что безрассудные поступки свойственны только королевским особам. Тот же Девейнс (кстати, младший брат придворного аптекаря Георга III и королевы Шарлотты), пережив первую жену и детей, женился во второй раз на женщине на 60 лет младше его, подписав с ней у адвокатов соглашение, согласно которому в ее интересах было сохранять ему жизнь как можно дольше, и это получалось у мадам почти четыре года. Уильям Девейнс умер в 1809 году в возрасте 79 лет.
К началу 19 века, двести лет спустя основания ОИК, директора компании уже играли по-крупному. Когда французское правительство хотело продать 1 000 000 квадратных миль (2 600 000 км2) территории Луизианы, а администрация Соединенных Штатов хотела ее купить, Франция запросила 15 миллионов долларов, и Штаты поручили банкиру Фрэнсису Бэрингу быть посредником этой небывалой сделки. Кстати, он умудрился еще и получить скидочку Штатам - Луизиана в итоге обошлась США в 11,25 миллиона долларов.
И да, Бэринг тоже входил в совет директоров ОИК.
Отойдя от дел (он говорил, что луизианская сделка его доконала - нигде он не тратил столько нервов, как там), Бэринг приобрел землю и стоящий на ней замок у герцога Бедфорда в Страттоне, чтобы создать "Королевство Страттон". Архитектору Джорджу Дэнсу Младшему было поручено реконструировать дом в Страттоне, а художнику сэру Томасу Лоуренсу Бэринг заказал портрет в духе старинных мастеров.
Да, в конце концов, именно эти люди были двигателем искусства в Британии целых полтора века - ведь это членов их семей писали Натаниэль Хоун Старший, Джон Рассел, Генри Реберн, Джордж Ромни, Джошуа Рейнольдс, Томас Лоуренс, Мартин Арчер Ши и многие другие. Без таких заказов не развивались бы чисто британские традиции живописи (ведь даже официальное звание Первого королевского ординарного живописца не спасало представителей богемы от долгов и нищеты).
Конечно же, и монархи вносили свой вклад в развитие нематериальных сфер жизни - но без особенных планов, просто исходя из личных пристрастий. Георг III, например, увлекался астрономией, и спонсировал строительство здания будущей Королевской обсерватории в Ричмонде-на-Темзе для своих собственных наблюдений за прохождением Венеры в 1769 году.
Когда Уильям Гершель открыл Уран в 1781 году, он сначала назвал его Georgium Sidus (Звезда Георга) в честь короля - это был верный способ привлечь внимание к своей деятельности. Расчет удался: именно Георг III профинансировал строительство 40-футового телескопа Гершеля 1785 года, который в то время был самым большим из когда-либо построенных (труба телескопа была действительно 40 футов длиной - то есть 12 метров).
Королева Шарлотта Мекленбург-Стрелицкая, жена Георга III, выбрала хобби ботаника-любителя, что было вполне объяснимо в эпоху Великих Географических открытий.
Путешественники и исследователи, начиная с Джеймса Кука, постоянно привозили в Англию новые виды растений, а она позаботилась о том, чтобы коллекции тщательно сохранялись. Ее интерес к ботанике привел к тому, что южноафриканский цветок “райская птица”, который позже стал повсеместным в регионах с теплой погодой, был назван Strelitzia reginae в ее честь.
Кстати, именно королеве Шарлотте также приписывают введение в Великобритании и всех ее колониях обычая устанавливать рождественскую елку.
Серые короли Англии
Но, как мы уже убедились, параллельно “правлению” этих милых, увлеченных изысканными хобби, людей существовала теневая империя, которая и управляла делами в реальности. В Британской Ост-Индской компании еще с 1774 года была введена должность генерал-губернатора, и именно этот человек являлся “монархом” “Империи, над которой не заходит солнце”. В русской исторической традиции эта должность так и называется - вице-король.
Азиатские султанаты, княжества и королевства были независимыми лишь номинально - вся власть местных правителей спонсировалась английскими деньгами и/или английским оружием. Англичане умело натравливали афганцев на маратхов, раджпутов на джатов и так далее.
Чарльз Корнуоллис (1738-1805)
С 1793 года местное управление зависимых территорий было отдано в руки окружных коллекторов (сборщиков налогов), состоящих на службе Ост-Индской Компании. Реорганизации, проведенные генерал-губернатором Чарльзом Корнуоллисом, отдавали все высшие судебные и гражданские должности исключительно британцам, местное население полностью отстранялось от участия в управлении зависимых от Компании территорий. Его репутация жесткого человека позволила ему участвовать во многих значимых для Британии событиях. Так, в 1785 году Чарльз Корнуоллис был чрезвычайным посланником при дворе прусского короля Фридриха II вместе с герцогом Йоркским; скрытой целью пребывания в Пруссии были переговоры о будущем браке между герцогом - вторым сыном короля Георга III - и одной из немецких принцесс.
Этот союз был заключен в 1791 году: герцог женился на принцессе Фредерике, дочери уже следующего прусского короля.
Кстати, сей династический брак затрещал по швам, против высокопоставленной взбалмошности не помогло никакое планирование. Наблюдая, как весело и открыто живет со своей метрессой Дорой старший брат, герцог также решил насладиться своей единственной жизнью и, дав жене отставку, съехался с любовницей.
Тем временем Корнуоллис, с 1798 года назначенный лорд-лейтенантом Ирландии и главнокомандующим британскими войсками в Ирландии, занимался подготовкой парламентской унии Ирландии с Англией. В сентябре 1798 он жестоко подавил восстание ирландцев против Ганноверской династии. Собственно, все эти меры и позволили Ганноверам, начиная с Георга III, называться королями Соединенного Королевства Британии и Ирландии.
Ричард Колли (1760-1842)
Преемником Чарльза Корнуоллиса на посту генерал-губернатора Индии стал Ричард Колли, 1-й маркиз Уэлсли. Он продолжал политику предшественника, подчинил Короне индийское княжество Майсур (за что и получил титул маркиза: а в его свежесочиненный геральдистами герб было включено изображение личного знамени князя Майсура). Правда, в 1805 году маркиз был обвинен в расхищении казны и отозван в Британию, что не помешало ему прекрасно устроить свою жизнь в туманном Альбионе.
Еще до отъезда в Индию Ричард Колли жил с актрисой Гиацинтой Габриэлью Роланд. У них родилось пятеро детей, через свою дочь Анну, в замужестве Бентинк, маркиз Уэлсли является прапрапрадедом королевы Елизаветы II и, соответственно, прапрапрапрадедом ныне правящего монарха Великобритании короля Карла III.
Сын Анны - Чарльз Вильям Фредерик Кавендиш-Бентинк (весьма приличный молодой священник) женился на Луизе Барнэби. Их первенцем была девочка, которую назвали Сесилия Нина. Та вышла замуж по большой любви за шотландского дворянина Клода Джорджа Боуз-Лайона. У них родилось 10 детей, младшей дочерью была Елизавета, которая в 1923 году вышла замуж за второго сына правившего тогда короля. Второй сын, который в короли не метил и жениться мог на ком угодно, женился по любви. И кто бы мог подумать, что в 1936 году, когда старший брат отречется, этот второй (“запасной”) станет королем Георгом VI, а Елизавета Боуз-Лайон - королевой-матерью.
Гилберт Эллис (1751-1814)
Правление следующего генерал-губернатора, Гилберта Эллиса, графа Минто, наглядно демонстрирует, сколь большое влияние на направление деятельности ОИК оказывали события в Европе. Боялись проникновения в Индию через Россию Наполеона, либо совместного русско-французского похода на восток (в дипломатических кругах даже озвучивали мифические планы некоего “Индийского похода” Павла I). Для ослабления позиций Наполеона на востоке Минто оккупировал французские острова Маврикий и Бурбон, затем острова Пряностей, а в 1811 году — и Яву.
Что интересно, просматривается закономерность, что же именно “пугало” британскую администрацию в лице графа Минто:
● Маврикий - крупная база экспорта сахарного тростника,
● Бурбон - экспорт ванили,
● у островов Пряностей прямо-таки говорящее название. Оттуда вывозили черный перец, мускатный орех (на Островах Пряностей он шел по цене перца, а в Европе стоил в 600 раз дороже), корицу. Цена на корицу в Европе была еще выше муската.
● с Явы вывозили табак и чай, там культивировали также каучуковые деревья.
В общем, не зря Гилберту Эллису дали графский титул. Бюджет родной страны он сумел пополнить как никто. Мог бы это сделать безумный король? Король - почитатель актрис? Принцы-участники гонки за наследником? Сомнительно.
Фрэнсис Эдвард Роудон-Гастингс (1754-1826)
Следующий генерал-губернатор (напомню, на эту должность назначал Совет директоров Ост-Индской компании, а не король) Фрэнсис Эдвард Роудон-Гастингс договорился с султаном Джохора, которому номинально принадлежал Сингапур (с населением около 100 человек) о ежегодных выплатах, если местное управление перейдет британцам.
Так абсолютно бескровно Британия (а точнее, ОИК) получила в свое распоряжение каучуковые плантации, оловянные рудники и базу под порт. Цена вопроса составляла около 3000 фунтов стерлингов - всего в пятнадцать раз больше, чем получал в Англии армейский офицер низшего ранга.
Стоимость 15-ти офицеров? В сравнении с тем, что под началом Роудона было как минимум 68 000 военных - вполне терпимая для ОИК сумма.
Следующий генерал-губернатор - просто наглядная иллюстрация к тому, что бывает, когда должность постепенно становится “династической”. Уильям Генри Кавендиш-Бентинк - брат того Бентинка, который станет дедушкой Сесилии Нины Боуз-Лайон, и сын премьер-министра Великобритании, - получил должность губернатора Мадраса в 29 лет, чтобы со временем получить генерал-губернаторство.
Уильям Генри Кавендиш-Бентинк (1774-1839)
Его правление отличалось некими неразумными действиями. Так, он издал приказ, повелевавший солдатам-индусам сбрить бороды (там было еще и про запрет носить тюрбаны), солдаты взбунтовались, но Бентинк, вместо того чтобы отменить спорный приказ, жестоко подавил мятеж. Индусское восстание обернулось тяжелыми потерями среди британских солдат. Его поведение во время мятежа было сочтено предосудительным, и он был отозван в Европу.
Однако вслед за тем ему доверили руководить обороной Сицилии от Наполеона, причем именно он добился там отстранения короля Фердинанда, изгнания Марии Каролины Австрийской и принятия конституции по английскому образцу.
В солидном возрасте - уже на пятом десятке - Кавендиш-Бентинк все же стал генерал-губернатором Индии.
Годы добавили ему солидности и здравомыслия, поэтому в Индии он теперь прежде всего сосредоточился на положительных социальных изменениях. Так, именно этот генерал-губернатор положил начало системе народного образования в Индии, запретил браки несовершеннолетних и индуистский обычай сати (самосожжение вдовы на погребальном костре мужа). Мятежей это уже не вызвало, но запрет на сати был оспорен индуистами в судах, и дело дошло аж до верховного консула в Лондоне, - где рассмотрение откладывалось до 1832 года, а за это время по регионам Индии была проведена мощная пропагандистская кампания по удалению ореола подвижничества вокруг этого чудовищного обычая. Постепенно сати запретили во всех регионах (хотя единичные случаи встречались вплоть до 21 века).
Возможно, минимизация военных действий при Бентинке стала возможной благодаря тому, что предыдущие генерал-губернаторы внесли свой вклад в подчинение территорий?
Чарльз Меткапф (1785-1846)
По крайней мере, тенденция к “династизации” управления продолжалась. Так, следующим генерал-губернатором Индии в 1835 году стал сын военного, который к тому времени входил в Совет директоров ОИК. Это был Чарльз Меткапф, кстати родившийся в Калькутте (хотя это не помешало ему получить образование в Итоне: для того, чтобы первенец получил европейское образование, отец и мать выехали из Индии в Англию).
В Англии родился их второй сын. Впоследствии он станет представителем генерал-губернатора Индии при дворе Великих Моголов (фактически - замом старшего брата).
Чарльз Меткапф получил и еще две должности: губернатор Ямайки и генерал-губернатор провинции Канада. Там он смог с успехом применить опыт, многократно отработанный его предшественниками в Ост-Индии.
Дело в том, что к 1830-м годам Промышленная революция в Англии достигла такого уровня, что использование неквалицифированного ручного труда на просторах Британской империи (а проще говоря - прокорм негров-рабов) стало просто невыгодным Империя милостиво освободила ямайских негров, работавших на плантациях сахарного тростника, от рабства. Но плантаторы не выражали желания платить за ту работу, которую привыкли получать бесплатно. В 1838 году на Ямайке разгорелись волнения чернокожей популяции: бывшие рабы, оказавшись предоставленными самим себе, скатывались в нищету и пьянство. Никаких социальных выгод гражданские свободы им также не принесли - избирательное право обошло их стороной, так как в Британии и всех колониях действовал высокий имущественный ценз на право голосования. Ситуация на Ямайке была более чем накаленной.
Кстати, с художественной точки зрения эти события интересно обыграны в романе вест-индской писательницы Джин Рис «Антуанетта». Роман, представляющий собой своеобразный приквел классического романа “Джен Эйр” Шарлотты Бронте (1847), показывает жизнь Берты-Антуанетты до ее знакомства с мистером Рочестером. Роман “Антуанетта” вышел в свет в 1966 году, а в 2006 году был экранизирован под названием “Широкое Саргассово море”.
Разумеется, в романе “Джен Эйр”, как вы сами можете убедиться, нет никаких упоминаний о социальных потрясениях на Ямайке.
______________________________________________________________________
Продолжение следует!