Глава✓ 148
Начало
Продолжение
Вот и подходит к финалу долгая Сага, осталось совсем немного. Поддержите автора донатом...
Всё когда-нибудь заканчивается, закончилось и это, неожиданно долгое путешествие Мэри в далёкую, неведомую страну, которая так глубоко запала в душу.
Вот и родные берега! Восторги путешественников родными ветрами, теплым весенним солнцем, ароматом первых фиалок сложно передать словами. Со всеми предосторожностями спустили прямо в кресле с борта отяжелевшую и располневшую миссис Бингли. Во всю дорогу она редко выходила из каюты - её мучили головные боли и тошнота - то ли от качки, то ли реакция на пищу. Овсянка ее уже не привлекала, от яичницы с поджаренным беконом мутило: хотелось хрустящей квашеной капустки с клюквой, огурчиков квашеных прямо из бочки, пахнущих хреновым листом, с прилипшими семенами укропа и дубовым листиком, чаю с брусничным листом, мочёных яблочек и гречневой каши с молоком или сливками. На крайний случай Джейн была согласна даже на перловую кашу с говядиной или гусем.
Но ни одного из вышеперечисленных продуктов на борту "Аллюра" не наблюдалось. Всё негодование голодной женщины, желавшей странного, падало не на голову кока корабельного, а на мистера Бингли и вот незадача - на Мэри, не озадачившейся вопросом пропитания хозяек. Беременные женщины на сносях - очень странные люди, вы не находите?
Беспокоясь о супруге и возможном наследнике мистер Бингли приобрёл самый удобный и вместительный экипаж на отличных рессорах. На общем собрании, как ни настаивал мистер Дарси, предлагавший комфортабельный Незерфилд в качестве временной резиденции для всей большой семьи, он отказывался, настаивая, что первенец пары должен родиться в стенах собственного особняка.
Мэри помалкивала, помня о шести заповедях хорошей прислуги, поведанные ей некогда мисс Хилл. И только пеняла, ухаживая за дамами, на мужскую глупость недальновидность и ослиное упрямство настойчивость: уж если они взяли что-то в голову, выкинуть оттуда эту идею будет непросто. Так что пусть мужчины упрямится, а женщины берут хитростью!
Прибирая хозяек после отдыха в гостиницах и покачиваясь в экипаже, она то и дело вздыхала:
- Ах, как наверное, вырос маленький мастер Фицуильям Чарльз Эдуард. Ему уже год без малого, так что он, вероятно, уже бегает... Как же поживают ваши младшенькие братик Уильям с сестричкой Фанни, здоровы ли? Им ведь скоро год, а вы их столько месяцев не видали.... Ах, как соскучился по вам ваш папенька, мистер Беннет. Им, верно, в Пемберли весьма удобно: трое малышей растут вместе, с хорошим столом и отличным присмотром.
Это тихое монотонное бормотание молоденькой служанки упало на благодатную почву. Когда в следующий раз мистер Бингли заговорил о том, как мило они обоснуются в своём поместье в 30 милях от Пемберли, Джейн ударилась в слёзы и наотрез отказалась рожать где-нибудь ещё, кроме как в доме сестры: повитуха там отменная, воздух здоровый, чисто и дом не нуждается в генеральной уборке за долгим отсутствием хозяев.
И это убедило упрямца куда больше, чем многие слова. Тем временем Мэри другими глазами смотрела на красоты сельской Англии: маленькие, строгие серые стены церквей, не украшенных росписью на стенах и богатыми иконами, только цветами в вазах. Белые одежды священников после сияющих золотом риз русских батюшек казались откровенно убогими. Расстояния между городами - теперь она точно знала, как выглядит настоящая деревня, были короткими, а дожди - слишком частыми. Одежды, горожан,поселян и поселянок - простыми и скромными. И как редко здесь звенел смех!
Она привыкла к тому, что в далёкой теперь стране не принято скрывать эмоций: радость, счастье, горе, негодование - всё это ярко, с громким звонким переливчатым смехом, откровенными, нескрываемым слезами и рыданиями. Без поджатых осуждающе молчаливых губ - поди догадайся, чем не угодила.
Но вот и Пемберли!
Всё так же зелёным бархатом от высоких колонн стелется подстриженный газон, сияют чистотой окна. Миссис Рейнольдс твёрдой рукой управляет огромным штатом прислуги и дом сияет чистотой и добродушным уютом, всё так же гостям предлагают провести по парадным комнатам экскурсии - хозяевам и управительницы есть, чем гордиться.
Для хозяев распахнул свои двери главный вход с фигурами героев на фронтоне.
Для всех остальных, включая образных кучеров и саму Мэри, двери распахнул чёрный ход - всяк сверчок знай свой шесток! Не им, прислуге, входить в дом через парадные двери. С них и заднего крыльца станется.
Тепло от горящих каминов вытягивало в трубы прячущуюся в нежилых комнатах стылую сырость. Горничные, чопорно поджимая губки, ревниво оглядывали посвежевшую и окрепшую Мэри. И дистанцию, которую она всячески стремилась сократить, продолжали держать стойко.
Мало ли, для чего личная камеристка госпожи лезет к ним в души? Кухарка вон, до сих пор обижается, что новая миссис Дарси не одобрила её рецепт приготовления ростбифа. Так что уж лучше быть подальше от дерущихся котов - целее будут руки.
Поздним вечером, согревая постель госпожи медной жаровней, Мэри неожиданно расплакалась - так захотелось ей посидеть в кругу смеющихся слуг у теплой печи с куском пирога и поющим самоваром. Увы..