Если не происходит выбивающих из колеи событий, то днем мы тревогу редко замечаем. Днем спасает суета. Письма, уведомления, работа, дети, «что приготовить на ужин?», «куда ты положила мой второй носок?», вот это вот всё. Мир вокруг шумит, и в этом шуме есть своего рода милосердие: он отвлекает от себя самого.
Но вечером шут стихает. И на сцену выходит она – тревога.
Фирменная фишечка тревоги в том, что она не кричит, она просто становится фоном всего. Вы смотрите сериал, и вдруг замечаете, что пропустили последние пару сцен – убежали мыслями куда-то, где не так приятно, как в кино. Листаете ленту, и вдруг замечаете, как что-то ползёт под кожу. Уже лежите в постели – а внутри что-то дрожит, как струна, которую слегка задели.
И главное – внешне-то всё в порядке, ничего не происходит, всё хорошо, но не покидает ощущение, что прямо сейчас вы не в безопасности.
Универсального способа избавиться от вечерней тревоги нет, расходимся. Но вот что полезно про вечернюю тревогу понять: она появляется, когда день заканчивается, а внутри остается непрожитое. Несказанное. Что-то, что вы не успели пофиксить, или даже просто признать.
Мы никогда не тревожимся просто так. Мы тревожимся потому, что у нас есть чувства. И вечер – то время, когда они, наконец, могут выйти из шкафа. Вечером мы лишаемся «защиты» дня – суеты, кучи дел, общения. Тревога приходит вечером, как попытка удержать контроль.
Тревога приходит не разрушать. Она не издевается, у нее нет цели причинить страдания. Она лишь напоминает, что вы – живой человек. И он – вы, мы – может ответить на вопросы:
-чего я на самом деле боюсь?
-что осталось непрожитым сегодня?
-от чего я стараюсь убежать?
В этой точке может произойти поразительное: тревога может начать снижаться. Потому что ей важно обратить ваше внимание на себя. Само намерение быть с собой делает громкость тревоги ниже.