1988 год, Афганистан. 108-я мотострелковая дивизия готовится к выводу войск. Путь пролегает через перевал Саланг, который всё ещё находится под контролем группировки моджахедов. Представители спецслужб пытаются организовать возможность для безопасного отхода. Но договориться о перемирии с врагом не так просто...
Этот фильм состоит из двух компонентов. 50% - эпизоды проявления вещизмоедизма советского человека в разных степенях и крайностях. 50% - стандартная начинка любого фильма про Афганистан. О первом компоненте написал абсолютно каждый критик этой страны. Не будем отставать и мы, но попробуем взглянуть на всё это с точки зрения математической. Это очень удобно, когда есть калькулятор. Прелесть современных технологий позволяет произвести безошибочные расчёты. Поехали.
1. Умыкание наличных денежных средств у каравана. При этом канистра с кэшем лежит на самом видном месте, чтобы в случае чего дать универсальную отмазку: «Это не моё, мне подбросили».
2. Приобретение «со скидкой 29%» магнитофона.
3. Эпизод сражения разведки и спецназа - идёт особняком, поскольку битва на смерть идёт не только за панасоник, но и за блок сигарет марльборо, журналы с пилотками и ящик пива.
4. Забег под пулемётным обстрелом за афганским ножом.
5. Приказы не обсуждаются. Приказали есть трофейную похлёбку в пылу сражения - значит надо сказать "Есть!" и бегом исполнять команду. Всё по уставу.
6. Две подушки, чтобы не заработать геморрой от сидения на броне.
7. Попытка взятия языка. Успехом не увенчалась, но если бы лейтенант пришёл к успеху - точно выменял бы языка на магнитофон.
8. С паршивой овцы клок шерсти - язык расстреливал русских солдат под песни из «Танцор диско». Теперь уже моджахедов будут расстреливать под это, ибо традиция - с первого убитого забрать трофей.
9. Пара курей. Как раз за пару погибших при взрыве растяжки солдат. Око за око.
10. Куртка, но не замшевая. Не три куртки, но компенсируется щегольской оторочкой мехом. К сожалению, пала жертвой обмена на несколько тысяч жизней исполнителей интернационального долга.
11. В 1997 в фильме «Брат» за мильон можно было купить двустволку. В 1988 за мильон афганских можно было купить АГС-17. Товар до покупателя не доехал. Заказчик решил обратиться в афганпотребнадзор.
12. Сложный квест, который поймут только те, кто отслужил - как на территории воинской части заныкать собственное добро, чтобы на строевом смотре оно не было конфисковано.
13. Случай-исключение: сынку моджахедов безвозмездно дарят кораблик. Однако это не исключение - даритель надеялся, что кораблик обменяет на жизнь, но будущий моджахед здраво расценил неравноценность подобного обмена. И наказал пытавшегося прямо в стиле «9 роты».
14. За пятёрку по русскому афганцам дарят игрушечную железную дорогу. Опять реминисценция на Балабанова и его «Брат 2», когда Данила пощадил Белкина за то, что его сын душевно зачитал патриотический стишок.
15. Узбек вносит калым за тян. Минус узбек, калым, нажитый нечестным путём, в кассу. Профит для стороны родственников невесты в размере 2000$.
16. Афганец вместе с доброй весточкой привёз виноград, без проблем зайдя на территорию воинской части. Единственный бескорыстный поступок во всём фильме.
17. Лётчик подгоняет прапору нож, но тот уже научен жизнью не брать чужого, отчего трусливо сдаётся на обмен пленным.
18. Обмен пленнымисвоими. 1 мёртвый и один живой со стороны моджахедов + 50% скидка на внос за проездной. 2 живых и 50% суммы за проездной со стороны КГБ. Получается, моджахеды имели одно яблоко, а теперь у них 2 яблока + денежные средства на приобретение чего-угодно.
19. Пачка сигарет сделала всё не так уж плохо на сегодняшний день для заложника. А вот не побрезговавший стрельнуть сижку новообращённый мусульманин из числа пленных тем самым нарушил харам - поплатился весь кишлак.
20. Размен сыновьями отечества с обоих сторон. Поскольку в цене только женщины и дети, кгбшник считает, что со стороны генерала мстить чилдрену - подло. Истина в этом вопросе предоставляется на суд зрителя, хотя режиссёрская позиция тверда - если чилдрен убил твоего сына, чилдрену мстить нельзя. Потерял сына - дай чужому сыну расти.
Вещизмоедизм, особо подпитываемый дефицитом, действительно был недугом, от которого страдало немало советских граждан. С годами он эволюционировал в иную форму, которая сейчас называется потреблиадством. Но речь не об этом. Поскольку некоторые советские граждане были призваны на исполнение интернационального долга, естественно, что в Афганистане оказались и те, кто был поражён вышеописанной хворью.
В «Афганском изломе» (фильм, который считается кинематографической базовой базой про ту войну) проблема вещизмоедизма была в общем пантеоне проблем морального облика контингента. В «Братстве» кажется, будто фильм только этому и посвящён. Это не шутка - ну ладно, вступительный эпизод (кажущийся вообще неуместным в качестве знакомства с героями). Но если посчитать общий хронометраж вышеперечисленных моментов, то возникает резонный вопрос режиссёру: «А когда про войну-то начнётся»?
Следующие 50% фильма составляют полный 0 каких-либо новых идей. В том смысле, что Лунгин во всех интервью бил себя кулаком в грудь, говорил о том, что это вообще единственный фильм про Афганскую войну. Режиссёр, 10 лет живший за границей, а потом снимавший про российскую действительность, явно утратил чувство соприкосновения с реальностью. Да и вкратце оглядываясь на творчество Лунгина - ничего лучше или хотя бы близко к «Такси-блюз» он так и не снял.
В общем, пока фильму делали пиар-кампанию в виде потенциального запрета (Чтобы запретили то, куда вбухал деньги Фонд Кино? Ну да, ну да), Лунгин распекал об уникальности его фильма и о том, что он, вообще-то, основан на реальных событиях. Ну, похоже, что Павла Семёновича укусил Никита Михалков, который в незабвенных сиквелах «Утомлённых солнцем» тоже рассказывал о непарадном героизме и грязной правде на Великой войне. Впрочем, по его словам, за большую часть сценария отвечал его сын, сценарист Александр Лунгин. Но в публичном пространстве отдувался за сына отец.
Как бы там ни было, если все 20 пунктов вещизмоедизма свести к одному, то остальные 50% фильма представляют собой кавалькаду из кучи противоречивых ситуаций, порождаемых войной. До такой степени, что тут даже не просматривается хоть один сюжетный ход, предусматриваемый логикой и естественным течением событий. Разумеется, по мысли автора, война - одно сплошное противоречие. Тот же «Афганский излом» тоже был набором противоречий, обнажающий моральные дилеммы в непонятной войне. Но набором куда более связным.
У тандема Лунгиных же что не ход, то непременно тыканье лицом в отечественные прегрешения. Набор моральных противоречий практически целиком и полностью собран из фрагментов «Излома», «9 роты» и «Пешаварского вальса», а там, где не добрал, в ход вступает насмотренность Лунгина-младшего забугорными лентами о войне. Может быть Павел Лунгин действительно живёт в вакууме, но его сын внаглую понадрал куски сюжета из других фильмов, а теперь это пытаются продать как некое откровение.
При этом, потенциал-то был! Дело же не в том, что противоречивые тупики взяты с «Излома», а в том, что они были на той войне. И снимать кино о том конфликте в XXI веке ещё как нужно, особенно с учётом того, как эти события теперь вписываются в новейшую историю России после войны в Чечне. На минуточку - жанр «афгана» ненадолго родился на излёте перестройки. А «9 рота» - тёмная лошадка, которая в одном эпизоде может пробирать на дрожь от достоверности, а в другом - вызывать сплошное недоумение от «гениальности» сценариста.
К тому же, у «Братства» нет особых проблем по части увлекательности. Павел Лунгин, как оказалось, неплохо может косплеить американских корифеев в жанре военного кино. «Иракский» след в виде «Падения чёрного ястреба» и «Повелителя бури» вместе с его документальным стилем - присутствуют. Да, тяжело поймать скриншот для статьи, где было бы чёткое изображение в фокусе, но всё же перед нами хороший пример, когда «дёрганая» съёмка и «рваный» монтаж хорошо работают.
Но это всё лишь технические и визуальные прелести. Вернёмся к проблемам сценария. А в сценарии далее обнаруживается ещё одна негативная линия. Моджахеды со всех сторон выгораживаются и вообще все-таки белые и пушистые (в случае инженера Хашема - в прямом смысле слова). Что-то прямо напоминает. Случайно, не «Рэмбо 3»? Столь же топорными способами социальный инжиниринг осуществлял с экрана одиозный Александр Невзоров в своём «Чистилище».
Стоит кстати упомянуть и то, как Лунгин задействует в своём фильме Егора Летова. В принципе, так же, как обращался с музыкой поздний Балабанов в том же «Груз 200», который является объектом неистового фапа среди отечественных критиков. И у него по части складности художественного высказывания обнаруживается много общего с «Братством».
В общем, складывается примерно следующая картина. Лунгин-старший пообщался с ветераном и решил снять кино про войну в Афганистане. Лунгин-младший написал сценарий, собрав его из уже известных деталей других фильмов. Лунгин-старший, дополняя текст идеологическими соображениями, решил... не рисковать и снял всё строгом соответствии с курсом предыдущих киноразмышлений про Афганистан.
Вот и получается, что финальные строки вместе с красивым кадром и преисполненной трагизма музыкой вроде бы метят глубоко... Но, вспомнив что точно то же самое было сказано в финале «9 роты», понимаешь, что лишь прошлись по поверхности. Да, произошедшие через несколько лет после вывода советских войск из Афганистана события сделали эту войну ненужной. Но коль скоро кинодеятели любят ковыряться в итогах этой войны, не мешало бы вспомнить, а с чего всё началось в 1979?
Может быть тогда не станут всех чесать под одну гребёнку, ставя знак равенства с Вьетнамом и изображая советских солдат как сборище быдла, которое от скуки и непонимания, что они делают в чужой стране, страдают и занимаются пьянством, мародёрством, стяжательством и прочими смертными грехами? Вот, поддавшись подражанию американскому стилю хотелось на минутку представить, что «Афганского излома» нет, или что Лунгины его действительно никогда не видели, и что это кино, всё-таки какое-то самобытное, отчего его плюсы хоть немного уравняли бы минусы.
Но когда в финале КГБшник отчитывает генерала за убийства на войне - всё сорвалось в пропасть, надежда исчезла и Лунгин себя тут же дискредитировал. Свойственная ему топорность из фильма в фильм эволюционировала от «Олигарха» к «Острову» и до «Царя». Но «Братство» в этом плане пробивает дно и устремляется куда-то в район Марианской впадины. Можно только посочувствовать тем ветеранам, которым довелось посмотреть это кино. Наверное будет справедливо сказать, что уровень обобщения в «Братстве» - такой же как в «Барби».
Вот, почему люди ведутся на инфоцыганинов? Потому что не всё, что вещает инфоцыганин - чушь. Если вещать только чушь, тогда никто слушать не будет, и кассу для шарлатана делать не станут. А если среди зёрен рациональных идей подмешивать свою идеологическую отраву - тогда зайдёт на ура. После знакомства с «Братством» можно со 100% уверенностью сказать, что отныне Павел Лунгин - инфоцыган от мира кино. Как напоминание о существовании темы «афгана» в истории России и в кино - пойдёт. Но как самостоятельное кино и как полноценный взгляд на те события - лучше не смотреть.
А что вы думаете о фильме? Поделитесь своим мнением в комментариях.