— Привет.
Уверенный женский голос в трубке заставил меня сжаться.
— Здравствуйте. Кто это? — я сделала вид, что не узнала.
— Это Милана.
— Что тебе нужно? — я сделала голос жёстче.
Слышать бывшую любовницу мужа было неприятно, но я знала, что не позволю ей растоптать меня дважды.
— Я только хочу спросить. Как ты смогла его вернуть? Пошла на курсы, где учат ублажать мужчин? — она усмехнулась.
Я зажмурилась. Война за сердце супруга, закончилась, так и не начавшись. Но я знала: если дам сейчас слабину, она не упустит случая наплевать мне в душу снова. Как тогда, ровно год назад.
— Пусть это останется моим секретом. Подрастёшь — узнаешь. — послышалось, как она скрипнула зубами. Я улыбнулась.
Не ответив, она бросила трубку.
***
В тот вечер, когда мне всё стало известно, Дима приехал ещё позже, чем обычно. Как всегда, рванул в душ, по дороге крикнув:
— Есть не буду! Только чай!
Я только уложила младшую дочь и помогала сыну укладывать портфель в школу. Зашумела вода. Проходя мимо прихожей, я услышала, как звякнул мобильник в кармане куртки мужа. Что-то заставило меня остановиться, и я, никогда в жизни не позволявшая себе рыться в его личных вещах, разблокировала экран.
"Котик, ты сегодня был просто волшебник! Мечтаю встретиться как можно скорее!" — гласило сообщение, пестревшее кучей сердечек и смайликов. По спине побежал холод. Шум в ушах мешал сосредоточиться, но я стиснула зубы и записала номер, а потом вернула телефон на место.
Сердце ухало. Вспотевшими ладонями я провела по лицу и поставила чайник на огонь. Только слепая и глухая не заметила бы изменений в родном мужчине. Чужие духи, так настойчиво кричащие мне, что у него кто-то есть, присутствовали на рубашках постоянно. Задержки на работе стали обычным делом, хотя по зарплате было незаметно, что он больше работает. Близость у нас была похожа на дежурную краткосрочную повинность, после которой Дима сразу засыпал, хотя раньше обожал поболтать и посмеяться.
Он вышел из ванной, замотанный в полотенце. Я не стала устраивать сцен — сначала надо разобраться, что за драная кошка окучила моего "кота"...
Когда муж уснул, я написала разлучнице сдержанное сообщение и пригласила на встречу. Она, на удивление, быстро согласилась.
Пока старший был на футболе, я доехала до кафе, куда пригласила любовницу мужа. Она не опоздала, даже пришла раньше на пару минут. Высокая, стройная, в откровенно коротком платье, настолько обтягивающем, что видно было, как бельё врезалось в тело. Шпильки, макияж, маникюр, причёска... Так я не одевалась никогда — мне казалось, что это верх пошлости, вызов для самцов, которых самка привлекает во время течки.
Она откинула завитую прядь за спину и высокомерно усмехнулась, оглядывая меня с ног до головы. Взгляд её просто кричал о превосходстве.
— Зачем ты меня позвала? – спросила она и закинула ногу на ногу. Обнажился кружевной край чулок.
— Отстань от моего мужа.
— С какого перепугу?
— У нас дети.
— И что? Они мне не мешают. Ему, впрочем, тоже.
— Взывать к совести не буду. Просто уйди.
— Да пошла ты! Посмотри на себя и на меня! Кого из нас выберет нормальный мужик? — она насмешливо скривилась. — В таком виде на тебя даже бомж не клюнет.
Её голос был похож на стекло: острый, холодный, больно режущий слух.
Я опустила взгляд на свои ноги — потёртые кроссовки, джинсы, которые уже давно стали скорее домашней одеждой, чем уличной, футболка без намёка на стиль, хвостик, собранный на скорую руку, и гигиеническая помада без цвета и запаха.
Я выглядела… как фон. Как фон в своей же жизни.
Но признать это вслух? Не сейчас. Не ей.
— А ты роди двоих детей, и я посмотрю, во что ты превратишься. — ответила я с вызовом.
— Вот ещё! Я прекрасно знаю, чего хочу. И дети в мои планы не входят. — Она поправила локон. — Не надо было рожать, раз времени ни на что не хватает. Мужик, он внимание любит. А вы, курицы-наседки, только и делаете, что задницы своим спиногрызам подтираете, ноете и просите денег.
— Не отстанешь от него? — я почувствовала, как лицо начало гореть.
— А я его и не держу! Он сам ко мне приходит, поняла? — она встала. — Всё, некогда мне тут с тобой лясы точить. Счастливо оставаться. Ко-ко-ко... — она хмыкнула и, тряхнув волосами, уплыла за верь. Вслед ей свернули головы несколько мужчин.
Я провела по столу ладонью. Хотелось плакать. Похоже, бороться за мужа придётся всерьёз. Опрокинув в себя остывший чай, я глянула на часы и поехала за сыном.
Вечером Дима, как всегда, опоздал часа на три. Рассеянно чмокнул в щёку, спрятался в ванной. Снова не ужинал, но я не стала настаивать — честно говоря, ни видеть его, ни слышать не хотелось. Когда дети уснули, а муж задремал у телевизора в зале, я открыла ноутбук. Всё, чего я хотела, это понять, что мне теперь делать и как выбраться из этой ситуации с наименьшими потерями — нервов и достоинства.
Нет, никаких волшебных курсов я не нашла, как и стопроцентно надёжных советов по возврату мужа. Все описывали похожие ситуации, чаще жаловались или ругали мужей и их подружек. Комментарии под постами только выплёскивали в сеть злость, недоумение и непонимание будущего с изменщиком, и ни одного вразумительного сообщения так и не встретилось.
Тогда я пошла в ванную. Разделась догола и принялась осматривать себя так, будто от этого зависит вся моя дальнейшая жизнь. По сравнению с Миланой (Господи, имя-то какое!), выглядела я, мягко говоря, не очень. Причёска пару лет не знала ножниц парикмахера, про макияж я почти забыла, а фигура... После рождения Манюни я прибавила в весе килограммов восемь, и даже не думала, что это так заметно — мне было просто некогда следить за собой, а вес тем временем всё прилипал к животу и бокам...
Взгляд упал на пачку салфеток. Почему-то на голубой пластиковой упаковке красовалась надпись "Всё в твоих руках!". Наверное, потому, что это были салфетки для рук. Но тут меня осенило: а ведь, и правда, всё — в моих руках! И только от меня зависит, как я проживу свою дальнейшую жизнь — в безразмерных балахонах и с отросшими корнями, или стройной и красивой.
Всё, что мне оставалось, это составить план, как привести себя в порядок.
Первое, что я сделала — записалась в салон красоты. Потом нашла программу деликатного похудения и обновила своё меню. По дороге на футбол я приметила спортклуб, и, пока Денис был на занятиях, оформила абонемент и туда. Потом позвонила на работу и попросила дать мне удалённые задачи с перспективой выхода на полноценные смены. Начальник отдела так обрадовалась, что я хочу взять на себя часть работы, что рассыпáлась в благодарностях несколько минут — после моего ухода, как ни странно, найти вменяемого сотрудника им так и не удалось. И это была ещё одна галочка в моём плане по возвращению к себе.
С детьми я вернулась чуть позже, чем обычно. Манюня всё смотрела на новую меня и спрашивала: "Мама, а ты почему такая красивая?", а Дениска гордо взял меня под руку, когда мы поднимались по ступеням домой. Мужа, как всегда, не было.
Через три месяца весы показали минус шесть килограммов. Одежда болталась на мне, как на вешалке, пришлось слегка обновить гардероб — в этот раз в корзине были не бесполые джинсы, футболки и кепки, а нежные платья в цветочек и строгий деловой костюм с узкой юбкой (когда выйду на работу, он мне пригодится.).
Муж, конечно, заметил изменения, и с интересом стал допытываться, что происходит?
— Ничего...
— Ты, вроде, похудела?
— Не знаю, — уклончиво ответила я. — Может быть.
— И не пойму — с волосами что-то не то... — Дима обошёл меня вокруг.
— Подстриглась и покрасила.
— Я и смотрю: причёска, вроде новая, да?
— Угу. — я уклонилась от его поцелуя и ушла в кухню готовить ужин.
Следующим вечером, впервые за год, муж приехал вовремя. И... с огромным букетом цветов.
— Спасибо, — спокойно сказала я и ткнула пальцем, — в вазу поставь.
Он нахмурился — видимо, ожидал, что я растаю и кинусь ему на шею. Все три месяца я умело избегала совместных ночей, придумывая самые невероятные отговорки, и он вдруг тихо спросил:
— Насть, ты мне изменяешь? — его рука сжала телефон.
— С чего ты взял? — я старалась придать голосу спокойствие, хотя меня распирало от желания рассмеяться ему в лицо. Уж кто бы говорил!
— Новая причёска, одежда, еда отдельно от всех...
— Просто решила взяться за себя. Вот и весь секрет.
— Ну, должна же быть причина? — не отставал Дима.
Я чуть не выпалила, что у него тоже, наверное, была причина мне изменять? Но вместо этого ответила, смеясь:
— Чтобы быть красивой, не нужна причина. Нужно просто взять себя в руки и сильно захотеть.
Он начал ревновать. Просматривал мой телефон, пока я была в ванной, звонил по нескольку раз на дню, и прислушивался, что происходит у меня за спиной, даже порывался по видеосвязи меня уличить. Но всё было бесполезно: я была честна перед ним и перед собой.
И, наконец, пришёл тот день, когда он рухнул передо мной на колени и сказал:
— Прости меня. Я идиот.
В голове моей мелькнула мысль, что есть и моя вина в его измене с красоткой... Но упрекать не стала, лишь спокойно улыбнулась:
— А я тебя давно простила, Дима. Только теперь всё будет по-другому. И если тебе что-то не понравится, то я никого не держу.
Он кивнул, удивлённо вскинув брови.
А я? А я больше не боюсь зеркал. Теперь я встречаю утро с удовольствием. Мои дети видят, как мама улыбается — ухоженная, красивая, уверенная.
Не знаю, что будет дальше и смогу ли я простить Диму окончательно. Одно знаю точно: себя я больше не потеряю. Никогда!
