Глава ✓154
Начало
Продолжение
Вместе с присяжным поверенным инспектировала Мария Яковлевна Гиммисс свою собственность.
Благодаря щедрости императора имеется у неё собственность: две деревеньки по 30-40 дворов - на сто православных душ общим счётом, и изрядный кусок земли плодородной в Поволжье, близ городка Козьмодемьянска. Теперь это личная собственность Марьи Яковлевны Гиммнисс и ответственность за людей и землю полностью лежит теперь на её хрупких плечах. Такая же, как и дворянство, которое она имеет право передать своим будущим детям.
Отдельным списком идёт приданое, которое мужу достанется вместе с деятельной женой.
Ах, как же завидовали русским женщинам британки, не имеющие никаких материальных прав. Указом от 1716 года закреплялся в России подписью царя-батбшки, неистового Петра Алексеевича, принцип раздельного имущества супругов, в соответствии с которым приданое становилось личной собственностью жены:
«..ея недвижимое имущество и движимое, с чем она шла замуж за него, или по родству ей данное, по свидетельству письменному, при ней да будет...в случае казённых взысканий с мужа, равно как и при описи в казну его имения, имущество жены остаётся неприкосновенным».
В 1753 году жена окончательно получает право свободно распоряжаться своей недвижимостью, на что ранее требовалось согласие мужа.Имущество становилось приданым только при условии оформления его посредством особой сделки, закреплявшейся документом – росписью приданого с точным описанием каждого предмета, вошедшего в приданое: род и качество недвижимого имущества, цену его, точную сумму наличных или средств в долгах по заёмным документам.
Вот составлением такой росписи и занимался присяжный поверенный, ибо дата венчания Марии Яковлевны Гиммисс не за горами. Пусть её ненаглядный с войсками следует по пятам за отступающими французами. Оставлять свою драгоценность Николай Фёдорович не рискнёт. А за женой присмотрит брат Андрей, приехавший на Москву в помощь брату в госпитальных делах.
Супруги могли приобретать каждый свою личную собственность и распоряжаться ею по своему усмотрению. Касалось разделение и долгов:«...в случае казённых взысканий с мужа, равно как и при описи в казну его имения, имущество жены остаётся неприкосновенным».
Невероятная такая защита своего имущества, как и собственно, его количество, немало Машеньку изумили. Давно ли босоногой девчонкой бегала она по поручениям барыни своей по имению Отрадное господ Боагодатских?
А теперь сама она в воле жизни и смерти собственных людей, сеющих на её землях, к ним приписанных, капусту и пшеницу, свеклу для соседнего заводика сахарного дворян Антоновых, картофель по настоянию самой Марии Яковлевны, и яблоки в просторных садах. Вернулись ставшие инвалидами мужики, и подписала Маша вольные для них и их семей - не только воля владельца людей, но и его прямая обязанность, наложенная носударством. Редко покидали родные места жены и дети забритых в рекруты - куда им деваться без кормильца?
Не стала Машенька менять управляющего, государем назначенного - тот уже и семьёй оброс, женившись на бывшей крепостной. Маша вольную для неё подарила к свадьбе. Вольной "девицей" за мещанина шла женщина, не верившая своему счастью: от Петра Гавриловича прижила она уже троих ребятишек.
Было у Марьи желание всех освободить, да куда там! И жених воспротивился, и в обществе бы не поняли: желающие вольную для себя и семьи выкупить, делали это. Стоил справный крестьянин для продажи среди дворян по 500-800 рублей, а собственных средств до полутора- двух тысяч рублей барин мог потребовать. Огромное состояние!
Не могла Машенька подвести благодетельницу свою, Анну Алексеевну, отправила в собственное село Полянок четвёрку Орловских рысаков - на развод.
В Англии вплоть до конца XIX века замужняя дама не имела права заключать контракты от своего лица, распоряжаться своими заработками и имуществом или представлять себя в суде.
Особое внимание приданому Машеньки уделила её подружка, Анна Алексеевна, мало того, что подарила четвёрку собственных рысаков и много добра, так она ещё организовала среди дам высшего общества втайне от Марии Яковлевны благотворительную подписку. Это не предполагало каких-то ответных обязательств по стороны адресата, наоборот должно было защищать девушку. Такие правильно юридически оформленные подписки прекрасно защищали бесприданниц- сирот от проходимцев, желавших "погреть ручки" на их наследстве, ибо «бедной девушке краса – смертная коса».
Так почти через полвека поступит и П. М. Третьяков - в 1860 году он завещал свой капитал не только на содержание и развитие картинной галереи, но и на приданое для выдачи в замужество «бедных невест, но за добропорядочных людей».
Ждёт - не дождется суженого Машенька, письма его перечитывает и в шкатулочку складывает. Совсем скоро вернётся он из дальнего похода, а там и свадьбу сыграют в её отныне вотчинных землях: деревеньке Виловатово Овраге и сельце Троицкий Посад.
Храм в Посаде красив, колокольня великая, стоит он на высоком правом берегу Волги. Несёт лениво свои воды великая река, неостановимо течёт время, прозвенят колокола малиновым звоном и для рабов Божиих Марии и Николая осенью 1814 года, когда золотились листья берёз и яблонь, гудели пчёлы с последним взятом, в закромах укрыли рожь и пшеницу.
Долго вы шли к своему счастью и долгой пусть будет ваша жизнь...
Но это не точно!