Деревянная книга
Посвящается всем реставраторам Преображенской церкви в Кижах
Глава 4. Только рюмка водка на столе
Грузить широкую аудиторию сухими цифрами и датами могу, но пока не буду. Настроение сегодня лиричное и навевает сделать рассказ о последнем рывке реставраторов до реставрации.
В предыдущей главе я уже упоминал про некрасивые ходы противников реставрации, про их неспортивное поведение. Это, ребята, от бессилия. А с истеричками обсуждать серьезные вопросы нет никакого смысла, только время терять. Но обсуждать надо, я ж никогда не утверждал, что мы самые умные. Вот только с кем?
Судьба послала нам подарок. Ну как подарок, судите сами. Помните, я подробно рассказывал про Список 100 объектов, находящихся под угрозой исчезновения (список ЮНЕСКО)? Это же не просто бумага, а это конкретные эксперты и мониторинг ситуации со стороны мирового сообщества. Короче, к нам постоянно ездили умные иностранные дядьки, отслеживали на земле ситуацию, вели с нами корректные диалоги и уезжали.
Важный момент – они сходу никогда не давали свою оценку и не высказывали свое мнение. Хоть пои их водкой, хоть не пои, но они ничего не скажут. Они делали отчет, письменный отчет у себя дома. Поэтому давить на них или подмазывать было абсолютно бесполезно.
А в отчете четко прослеживалась динамика ситуации из года в год и давались рекомендации по дальнейшим шагам. К слову, все очень объективно.
Задача музея была показать товар лицом и ответить на вопросы. Задача экспертов – сделать анализ современного состояния дел, поделиться опытом. Постепенно, шаг за шагом, эксперты превратились из контролирующего органа в контрольно-экспертный. Корректный, объективный и не эмоциональный взгляд со стороны.
Это предисловие. Сказка дальше сказывается.
Нам не хватало главного – методики реставрации бревен. Любой реставратор на Руси понимал данную методику по своему, сколько реставраторов – столько и методик. Естественно, у более титулованных реставраторов были более правильные методики, а у провинциальных дворняжек руки из одного места росли (это я про нас, кижских, стебусь). Играть на этом поле было очень сложно, т.к. правила устанавливали забронзовевшие и авторитетные.
Итак, что же это за правила. Конкретно для Преображенской церкви Кижского погоста правило было всегда одно – максимальное сохранение исторического материала.
Никто не понимал в принципе, что такое «максимальное сохранение исторического материала». Однако, эта мантра повторялась из года в год и стала реставрационным бичом. Бичом били и очень больно. А за что били не поясняли.
Никаких определенных критериев, никаких границ и рамок, никакой конкретики в этой мантре не было. А это означает только одно – продукт (критерии, рамки и прочее) надо сделать в поле реставрационного эксперимента и представить конкретный элемент (факт) на широкое обсуждение.
Представьте, перед вами лежит исходное трехсотлетнее бревно, погрызенное жуками, потертое временем. Вы начинаете его лечить – убирать гнилое и добавлять новое и здоровое. Конкретный пример – на 9-ти метровом бревне поставили 11 реставрационных вставок и удалось сохранить исторический материал в пропорции 50х50, т.е. 50% старого материала и 50% нового материала.
Казалось бы, победа! Вот оно максимальное сохранение материала. Не абстрактное, а конкретное бревно можно посмотреть и пощупать со всех сторон.
Вставлю свои 5 копеек. Вопрос простой был у меня. Это еще старое бревно или же новое бревно? Ситуация же 50 на 50. Долго я мучился и наконец спросил об этом начальника, т.е. автора этого чуда реставрации. Ответ был короток: пошел ты на ... со своими умными вопросами. Оно и понятно, люди же старались и страдали за мантру. Не подумайте только, я не обиделся. Я просто понял, что внятного ответа не получу.
Данное бревно представили на суд экспертов ЮНЕСКО. Долго они цокали языками около этого чуда. Их мнение – плотники у вас хорошие, но с головой не совсем у вас нормально.
Но как же так! Вот оно – максимальное сохранение исторического материала. Что не так то? На что эксперты аккуратно глаголили следующее:
- Юнеско за сохранение исторического материала, но без фанатизма;
- Отремонтированное бревно (бревна) должно смотреться гармонично в общем срубе, который не должен быть «пегим» от заплаток;
- На бревно рекомендуется ставить не более двух заплаток, в противном случае заменять элемент точной копией;
- Сходить с ума по историческому материалу можно, но вопросы прочности элемента никто не отменял и надо принимать во внимание тот факт, что 11 заплаток на бревне выведут его из строя очень быстро, поэтому не стоит увлекаться;
- Конкретно это бревно они бы списали и не думали.
После такого резюме осталось только всего два уточняющих вопроса:
- Можете вы это подтвердить письменно? (ответ, да)
- Вас не интересует максимально возможное сохранение материала? (ответ, в разумных рамках).
Выдохнули, отпустило. Если эксперты ЮНЕСКО выдали свои рекомендации, то можно аккуратно на них ссылаться и не слушать прочих (в смысле, тысячи прочих мнений). Ну вот и закрыт последний острый вопрос – как будем ремонтировать бревна.
Далее только дело техники и написание методики реставрации бревен в рамках заранее оговоренных границ. Естественно, методика родилась в музее «Кижи» на основании проб и ошибок.
А теперь представьте гипотетические весы, где на одной чаше мнение экспертов ЮНЕСКО, а на другой чаше мнение абстрактного сообщества (тысячи вариантов, я бы сделал так). Если весы настроены верно, то перевес очевиден. Если...
Особо отмороженные противники реставрации инициировали разбирательство в Министерстве культуры Российской Федерации. Цель – отстранить нашу команду от церкви.
Во главе стола сидели аж два заместителя министра культуры, друг на против друга две команды. Одна команда была наша, кижская, а вторая состояла из противников реставрации, не буду даже светить их имена.
Все высказались. Доложились. Два заместителя чего-то буркнули и удалились. Совещание окончено.
Ну что ж, сидим на Ленинградском вокзале и ждем поезда до дому. Мои начальники обсуждают совещание и сетуют, что не понимают, чем оно завершилось. Вообще-то оно завершилось полной нашей победой и зеленым светом на продолжение работ (был 2008 год), о чем я им и сказал (вероятно нервничал меньше остальных и слушал в уши).
- Так чего же ты сидишь, за углом есть гастроном!
Только рюмка водки на столе, ветер плачет за окном. Правда, про Лепса узнали много позже, но настроение передается точно.
Упоротая ситуация длилась с 2000 по 2008. Дальнейшее развитие событий показало, что я оказался прав и не ошибся в итоге совещания. Оппоненты были задвинуты далеко и надолго, теперь их удел – наблюдать за нашими работами. Нам не жалко.
Жалко, что в бестолковой и тупой борьбе потеряли столько лет. Амбиции вокруг этого объекта зашкаливали.
На этом эпизод «Накат реставраторов» можно и закончить, ежели что не понятно, спрашивайте. Далее начинается самое интересное, а именно сама реставрация – «шумиха, неразбериха, наказание невиновных и награждение непричастных».
P.S. Деревянная книга пишется реставраторами и о реставраторах. Книга будет рано или поздно издаваться на народные деньги. Уже собрано почти 6000 рублей. Можно поддержать через донаты или перевод +7921-22-33-263 Александр Сергеевич К.
Эпизод I: "Незримая угроза". Глава 1. Дом Бога большой, а я маленький
Эпизод I: "НУ". Глава 2. Первое прикосновение
Эпизод I: "НУ". Глава 3. Кошель 150-летних проблем
Эпизод II: "Накат реставраторов". Глава 1. Орден иезуитов
Эпизод II: "НР". Глава 2. Тонна аргументов «за»
Эпизод II: "НР". Глава 3. Фитилек загасили или первые работы на церкви
Эпизод II: "НР". Глава 4. Только рюмка водка на столе