«Сила культуры» — документальный проект Дзена о том, как искусство помогло людям пережить самые мрачные моменты Великой Отечественной войны и стало опорой и символом победы!
Это рассказ о художниках, музыкантах, музейных работниках, режиссёрах и актёрах, для которых культура стала не только делом жизни, но и духовным щитом перед лицом разрушения. О том, как культура стала путеводной нитью, соединила прошлое и будущее, разрушение и возрождение. Каждый выпуск проекта — это напоминание о том, какую силу может иметь культура, когда на карту поставлены судьбы миллионов.
Кино – голос эпохи
С самого начала войны кино оказалось не просто средством агитации — оно стало голосом эпохи, способом вселить надежду и сохранить разум в хаосе.
«Культура тогда сыграла особую роль — поддерживала дух, сохраняла надежду. Важно помнить не только о фронтовиках, но и о тех, кто в тяжелейших условиях снимал фильмы. Их труд не менее героичен. Память об этих людях должна быть живой, а не казённой — иначе она ничего не стоит» — Давид Шнейдеров, киножурналист.
Фронтовая хроника
На передовой работали операторы, снимая в условиях, в которых трудно было выжить.
«Фронтовая съёмка — это борьба за каждый кадр. Камера была тяжёлой, плёнка замерзала. Но операторы понимали: если не снять — история будет утрачена. Они шли в атаку с бойцами, мокли, мёрзли, гибли. Их долг был такой же, как у солдат». — Наталья Макарова, кинооператор.
Реальные кадры стали основой для хроник, фильмов, журналов — живым свидетельством времени.
Операторы под обстрелами
Фронтовики уважали кинооператоров. Иногда — прикрывали, иногда — просили снять, «чтобы потом верили».
«Кинооператоры фиксировали всё — от боёв до быта армии. Плёнка была на вес золота. Один шанс — одна катушка. Камера была таким же оружием, как винтовка. Многие погибли. Их подвиг остался в кадре, но часто — без имени» — Артемий Аграфенин, руководитель отдела общественных связей киностудии «Ленфильм».
Парад Победы, водружение знамени над Рейхстагом, освобождённый Ленинград — всё это снималось под огнём.
«Ленфильм»: спасение и эвакуация
Крупнейшие студии были эвакуированы вглубь страны.
Артемий Аграфенин:
«Ленфильм эвакуировался в тот же день, когда началась блокада. Эшелон вышел 8 сентября. Добраться до Алма-Аты удалось благодаря энтузиазму — например, Орлова пела на станциях, чтобы получить топливо. Так студия оказалась в ЦОКС — Центральной объединённой киностудии».
Студия не просто выжила — она продолжила выпускать фильмы и хронику, формируя новый язык экрана.
Кино в тылу
Киностудии работали в Ташкенте, Ашхабаде, Алма-Ате. Там создавались и фильмы, и лаборатории, и монтажные.
«Условия были тяжелейшими. Умирали от голода, от холода. Один монтажёр отдал паёк актёру — и тот потом сыграл в “Иване Грозном”. Это и есть культура — не в лозунгах, а в поступках. Это про сохранение человека» — Евгений Марголит, историк Советского кино.
Даже в эвакуации продолжалась работа над «Иваном Грозным», «Кутузовым», хрониками фронтов.
Новая драматургия
Война изменила сам язык кино. Герои стали ближе, сюжеты — человечнее.
Евгений Марголит:
«Комедия и мелодрама — главные жанры военного времени. “Жди меня”, “Свинарка и пастух”, “Антон Иванович сердится” — фильмы о жизни, о любви. Это была потребность — видеть свет. Появился новый тип героя: не плакатный, а живой. Не лозунг, а человек».
Фронтовой опыт повлиял и на послевоенную волну: «Летят журавли», «Баллада о солдате», «Иваново детство» выросли из этого опыта.
Кино как живая память
Фильмы, хроники, репортажи остались. Но главное — было за кадром.
Давид Шнейдеров:
«Важно говорить о культуре через живые истории. Не отчёты, а судьбы. Один человек с камерой, который рискует жизнью ради правды — это и есть память. Пока мы смотрим эти кадры — мы помним».
Кино стало способом остаться человеком. И свидетельством того, как победу снимали в буквальном смысле.
Проект «Сила культуры» открывает перед зрителем уникальные страницы истории. Смотрите выпуск о кино в годы Великой Отечественной войны — и вы узнаете, как объектив стал “оружием”, а кадр — документом великой человеческой силы.