В альтернативной версии истории вся цивилизация человечества насчитывает всего 200 лет, внезапное возникновение, которое озадачивает даже самые яркие умы того времени. Эта версия истории предполагает, что наша временная шкала была хаотичным лоскутным одеялом быстрых событий, сильно отличающимся от медленной, постепенной эволюции, в которую мы когда-то верили.
История начинается в году, который мы теперь знаем как 1824. Из ниоткуда небольшие группы людей появились по всей планете, полностью вооруженные знаниями, но лишенные исторического контекста. Эти ранние жители, разбросанные по скоплениям вокруг того, что впоследствии станет основными континентами, не помнили о прошлом, не имели никаких реликвий предыдущих цивилизаций и никакого чувства культурного или технологического наследия. Вместо этого они проснулись в мире, который все еще формировался, в котором сам ландшафт казался полусырым — горы, которые внезапно вырастали из равнин, реки, которые текли в новых направлениях с каждым прошедшим десятилетием, и леса, которые прорастали за одну ночь.
Эти пионеры столкнулись с гонкой со временем, чтобы не только выжить, но и процветать. Первоначально они жили в примитивных лагерях, и их ранние поселения имели вид древних племен — простые глиняные хижины, палатки из грубых материалов и инструменты, собранные из окружающей среды. Однако незаконченное состояние природы работало им на пользу. Благодаря быстрым тектоническим сдвигам и внезапным месторождениям ресурсов, материалов для технического прогресса стало много. Вскоре они перешли от каменных инструментов к паровым двигателям в течение одного поколения. Как будто сама планета торопила их, снабжая необходимыми ресурсами для каждого прорыва.
К концу первого века человечество уже достигло подвигов, которые кажутся невозможными за столь короткий срок: возвышающиеся города со структурами, соперничающими с современными небоскребами, дирижабли, работающие на недавно открытых источниках энергии, и рождение искусственного интеллекта. Города светились неоновыми вывесками и голографическими дисплеями, в то время как внешние поселения все еще напоминали древние руины — сопоставление древности и будущего на одном полотне.
Любопытно, что прогресс не следовал четкой линии технологической эволюции. Вместо того, чтобы постепенно переходить от пара к электричеству, различные достижения, казалось, возникали спонтанно. Один город мог полагаться на солнечную энергию, в то время как другой, в нескольких сотнях миль от него, казалось, приводил в действие свои машины стихийными силами, как по волшебству. Каждый очаг цивилизации развивался уникальными, разрозненными способами, создавая мир, где технологические стили варьировались от футуристической космической эры до первобытного мистицизма.
Жители этого молодого мира часто спрашивали себя: откуда мы пришли? Как мы развивались так быстро? Многие предполагали, что они были частью грандиозного эксперимента, их происхождение коренилось не в естественной эволюции, а в какой-то внешней силе. Было ли это божественным вмешательством? Инопланетной манипуляцией? Никто не мог сказать наверняка. Тем не менее, стремление двигаться вперед, изобретать и оставлять после себя памятники неизвестному потомству доминировало в их жизни.
В этой версии Земли само время казалось податливым, подчиняющимся воле ее жителей. Историки — или те, кто максимально близок к историкам в этом новом мире — продолжают строить теории о том, что их 200-летняя цивилизация, возможно, была поздней стадией чего-то другого, забытого мира, стертого из памяти. Но все, что было до этого, остается скрытым, тайной, которая, возможно, никогда не будет разгадана.
В мире, которому всего два столетия, способность человечества творить и изобретать является его величайшим триумфом — и его самой мучительной загадкой.