В 1942 году немцами был создан легион «Идель-Урал» из добровольцев-военнопленных Поволжья. Они должны были выполнять боевые задачи на благо фашистского фронта. Одиннадцать героев развалили 40-тысячный нацистский легион, но сами спастись не смогли.
Изначально, немцы очень категорично относились к использованию в бою людей других национальностей, мол победу может одержать только немец с немецким оружием в руках. Но поражение под Москвой дало толчок идеи формирования легионов из восточных народов. Выбор пал на тюрко-мусульманские народы, потому что фашисты считали, что этот народ может быть таким же сплочённым, как арийцы, и якобы они находятся в колониальной зависимости от Советского союза, поэтому них есть потенциал встать на сторону врага.
Волго-татарский легион, или легион «Идель-Урал», как его называли народы Поволжья, которые в него входили, был образован в конце июля — начале августа 1942 года. Добровольцы проходили подготовку по военному образцу, затем их делили на батальоны внутри легиона. Один батальон составлял около тысячи человек, а численность всего легиона — около 40 тысяч человек. Однако, нацисты так и не использовали «Идель-Урал» для серьезных операций.
Подполье в легионе
Муса Джалиль — этнический татарин, родившийся под Оренбургом. В довоенные годы он был известен в узких кругах как поэт и комсомольский активист. В 41 первом его призвали в Красную армию, где Муса занимался военной корреспонденцией и морально-психологическим состоянием личного состава. Летом 1942 года он попал в немецкий плен, а вскоре вступил в Волго-татарский легион.
В легионе Джалиль познакомился с Гайнаном Курмашевым. Вместе они организовали подпольную деятельность, целью которой было взорвать легион изнутри.
Курмашев создавал боевые пятерки в подпольной организации, координировал их работу, а также принимал присягу от новых членов на верность Родине. Муса Джалиль, пользуясь тем, что его назначили руководить культурно-просветительской деятельностью, разъезжал по лагерям, устанавливал конспиративные связи и вербовал участников подполья под видом артистов для хоровой капеллы легиона.
Более того, в распоряжении подполья оказалась типография, на которой печатали нацистскую пропаганду. Ночью, пока немцы спали, заговорщики использовали её для распространения антифашистских листовок.
Подполье имело своих людей и на радио. Ахмет Симаев, работавший диктором на радиостанции «Винета», вошёл в доверие к министерству пропаганды Геббельса. Таким образом, он добывал важные сведения для группы Сопротивления.
Татарские батальоны в составе вермахта не выполняли поставленных перед ними задачи. Во многом это результат деятельности группы Курмашева.
В феврале 1943 года 825 батальон легиона перебросили в Белоруссию для борьбы с партизанами. «Идель-Урал» окружил шеститысячную армию партизанского сопротивления. Их положение не предвещало ничего хорошего, когда к ним пришли члены татарского подполья. Устроив бунт в легионе, почти 500 человек примкнули к отрядам партизан. Совместными усилиями им удалось вырваться из окружения.
Курмашев и десять других
Вскоре немецкие генералы узнали о заговоре в батальоне и принялись «наводить порядок». В ночь на 12 августа 1942 года были арестованы 40 человек из «Идель-Урал», в том числе Курмашев, Джалиль, Симаев и другие лидеры. Их обвинили в дезертирстве, предательстве и содействии врагу. Дело номер 36/44 «Курмашев и десять других» было завершено спустя два года после ареста подозреваемых.
25 августа 1944 года была проведена казнь татарских патриотов гильотинированием. Первым взошёл на эшафот Гайнан Курмашев — в 12 часов 06 минут по берлинскому времени. Вторым - Фуат Сейфульмулюков. А третьим - Муса Джалиль. Остальные участники подполья были казнены с интервалами в 3 минуты.
По словам присутствовавшего на казни пастора Георгия Юрытко, «татары умерли с улыбкой». Незадолго до смерти Джалиль передал другому военнопленному тетрадь со своими стихами. Тот привез ее в СССР и в 1957-м — через год после посмертного присвоения Джалилю звания Героя Советского Союза — добился издания под названием «Моабитская тетрадь».
«Есть сердце у меня с порывом жарким,
Пусть песня сердца, как цветы весной,
И будет от меня тебе подарком.
Коль сам умру, так песня не умрет».