Предтечей Самарского станкостроительного завода можно считать ремонтные мастерские пароходного общества «Нептун» у Черного затона под Сызранью.
После того, как «Нептун», не выдержав конкуренции, разорился, служивший в мастерских механиком австрийский подданный Готхард Бенке, подобрав в компаньоны некоего господина Руссо, в 1873-м году выкупил – надо думать, по сходной цене - все оборудование и решил открыть собственное предприятие. Местом приложения своих талантов 37-летний австрийский инженер выбрал Самару - как и его земляки Альфред фон Вакано, Оскар Кеницер, а позже Густав Ротман.
Местные власти, поддержав идею, выделили предпринимателю свободный от застройки участок в тогдашней промзоне - на набережной Волги напротив Струковского сада. В 1874-м началась перевозка оборудования, а официальной датой открытия механического чугунно-медно-литейного завода «Бенке и К» считается 1 января 1876-года. Завод предлагал "… устройство новых, а также ремонт старых пароходов, крупчатых мельниц, маслобоен, паровых машин от 3 до 50 сил, земледельческих орудий, а также всякое чугунное и медное литье".
Газета «Самарские губернские ведомости», освещая событие, писала : «Появление этого предприятия преимущественно вызвано усилившимся в последнее время распространением между земледельцами паровых орудий... Ныне в Самарском крае имеются различные улучшенные земледельческие орудия и даже паровые плуги в имении бугурусланского землевладельца Джона Бутлерова. Паровые молотилки существуют даже у многих зажиточных крестьян южных уездов губернии».
На первых порах в мастерских работали 50 взрослых рабочих и 20 учеников. Уже в первые месяцы работы изготавливаемая продукция - плуги, сеялки, косилки и паровые молотилки – была отмечена большой серебряной медалью Министерства госимущества, а за выпуск паровой машины и деревообрабатывающего станка завод получил медаль Казанского отделения Императорского технического общества. Особого спроса на изделия при этом не было. «Бенке и К» перебивался редкими заказами, а спустя год после открытия и вовсе сгорел в последнем общегородском пожаре.
Главная заслуга в возрождении заводского пепелища принадлежала отставному штабс-капитану Александру Ивановичу Вернеру - кстати, отцу архитектора Д.А. Вернера - решившему помочь единоверцу-лютеранину
Следующим испытанием стало повышенные ввозных пошлин на металл и ,следственно, резкий рост себестоимости производства. Не желая больше искушать судьбу, но желая остаться «на плаву», Готхард Карлович решил привлечь к делу компаньонов-тяжеловесов – местное купечество. В правление организованного 18 октября 1882-го года «по высочайшему разрешению» «Товарищества Самарского земледельческого механического завода, бывшего «Бенке и К» вошли, кроме самого Бенке, купцы Федор Углов и Константин Курлин, а в ревизионную комиссию – Иван Санин, Георгий Курлин и Антон Шихобалов.
Присутствие крупных бизнесменов гарантировало заводу регулярные заказы. Значительную долю продукции по-прежнему составляла современная сельхозтехника и оборудование для вальцовых крупчатых мельниц. Производились и все промышленные новинки – паровые машины и котлы, водяные колеса и турбины, лесопильные станки, резервуары и аппараты для нефтяной промышленности, оборудование для винокурен и маслобоек. Известность предприятия Бенке вышла далеко за пределы губернии: география поставок охватывала как соседние Оренбург и нижний Новгород, так и далекие Ташкент и Мерв. Количество рабочих дошло до 300 человек, ежегодная стоимость выпускаемой продукции превышала 600 тысяч рублей серебром.
В 1884-м году Правление «Товарищества» обратило взоры на новое перспективное направление – строительство пароходов. Первым заказчиком стал один из директоров – Федор Гаврилович Углов. Спуск на воду буксирного парохода, получившего название «Первый, построенный в Самаре», состоялся 13 мая 1885-го года. На торжествах по этому случаю присутствовал губернатор А.Д. Свербеев, именитые граждане и духовенство, а «Самарские губернские ведомости» сообщили, что «Всё устройство парохода и машины, хотя и уступает в чистоте заграничным работам, замечательно своей прочностью. Видно, что строители тщательно составили чертежи и выполнили заказ вполне добросовестно и умно, несмотря на незначительное время на постройку (пароход заказан в январе нынешнего года. Пароход буксирный, отапливается нефтью и стоит 45.000 руб.). На ходу пароход очень устойчив, не заметно малейшего сотрясения, чрезвычайно легко и свободно повинуется рулю, так что можно положительно сказать, что начало этого нового дела в Самаре вышло очень удачным. Событие это для Самары имеет немаловажное значение. Нужно ожидать, что примеру Ф. Г. Углова последуют и другие коммерсанты, и вот в Самаре новая отрасль промышленности, новые заработки и новые предприятия. Дай Бог успеха хорошему начинанию и дай Бог, чтобы благие начинания, выраженные в застольных тостах за завтраком, оправдались на деле».
В декабре 1886-го все паи «Товарищества» выкупил коммерции советник Павел Михайлович Журавлев, став таким образом единоличным собственником предприятия. Поскольку в это время рынок наводнила более более дешевая европейская сельхозтехника, предприятие практически полностью переориентировалось на выпуск пароходов. Готхард Бенке продолжил службу в должности технического руководителя, а предприятие продолжило увеличивать ассортимент и производственные мощности. Здесь все так же сооружали пароходы, ремонтировали баржи, делали резервуары для нефтепродуктов. Число рабочих в конце 1880-х превышало 500 человек.
Процветание завода оборвалось со смертью П.М. Журавлева в 1902-м году. Похоже, из всех детей его коммерческий талант передался лишь дочери Александре – владелице знаменитого модернового особняка двумя кварталами выше завода. Унаследовавшие же завод сыновья Иван, Константин и Владимир поддержать высокий уровень не сумели – количество заказов и выручка с каждым годом неуклонно сокращалось, как и численность рабочих.
Став убыточным предприятием, 1 января 1911 –го года завод братьев Журавлевых закрылся на неопределенный срок. Как известно из «Краеведческих записок» Константина Головкина, «с 1-го июля 1913 года братья Журавлевы сдали постройки завода в аренду на 12 лет государственному коннозаводству для нужд Самарской государственной конюшни». Оборудование распродали, и завод Бенке-Журавлева прекратил свое существование.
Возродилось предприятие в начале 1918-го, когда в Самару из Нижнего Новгорода прибыли механические автомастерские 12-й армии Северного фронта, размещенные решением Горсовета в бывших заводских корпусах Ввиду полного отсутствия в те годы запчастей, оборудования и специалистов, ремонт транспортных средств был делом нелегким!
В декабре 1923-го года в состав завода вошел ряд ремонтных и механических мастерских города. С мелких предприятий удалось собрать 25 бездействовавших станков, и мало-помалу приступили к ремонту машин, паровых котлов, двигателей и прочего механического оборудования.
В год сорокалетия – в январе 1926-го – предприятие было опробовано в деле станкостроения. Сначала начался выпуск простых сверлильных станков, спустя два года освоили производство более сложных токарных. Тогда же завод начал именоваться Средневолжским станкостроительным.
К концу 1920-х завод обзавелся специальной школой ФЗУ, рабочим клубом, столовой на 500 человек, продуктовым магазином и, как писала местная пресса, здесь «работало свое постоянное кино». Слабым местом были средства передвижения – в 1931-м году «транспортный цех» состоял из четырех лошадей.
В 1937-ом решением Правительственной комиссии завод окончательно перешел на выпуск станков – и в том же году вышел победителем всесоюзного соревнования по отрасли.
С 1951-го года продукция Станкостроительного завода пошла на экспорт. Завод был постоянным участником Выставки достижений народного хозяйства, десять раз награждался почетными дипломами, многие работники – золотыми и серебряными медалями ВДНХ. В 1960-м предприятие освоило выпуск первого в СССР токарно-винторезного станка особо высокой точности – первого изделия в куйбышевской области и одного из первых в стране, удостоенного государственного Знака качества.
В середине 1970-х для завода построили новые цеха в поселке Шмидта. Попытки сдачи заводских площадей в историческом центре в аренду особым успехом не увенчались из-за расположения строений в глубине квартала – и постепенно на территорию пришла разруха. Очередное возрождение произошло в сентябре 2022-го: ко Дню города в бывших корпусах открылось новое общественное пространство – Центр труда и отдыха «Станкозавод»
Концепция традиционного торгово-офисного центра дополнена творческим уклоном – помимо офисов, работают тематические кафе, художественные салоны и мастерские . проводятся выставки, мастер-классы, а на крыше – даже концерты.
Завод в настоящее время продолжает выпускать токарные станки прецизионных классов точности под торговой маркой Samat
Использованные в статье фото взяты из открытых источников в интернете