Признаюсь честно, за два года службы пострелять из автомата мне довелось немного – один раз в учебке и три раза в войсках. Про учебку – история ниже, хотя она больше не про стрельбу, а после стрельбы. В войсках стрелял один раз официально (если так можно выразиться), два раза – по собственной инициативе. Но об этом как-нибудь в другой раз.
Итак, учебка. Жаркий летний день. Вскоре после принятия Присяги утром после завтрака получили мы свои автоматы, запрыгнули мы в открытый кузов ЗиЛ-131, оборудованный скамейками, и повезли нас на полигон. Уже на месте выдали нам по пять патронов (всего лишь пять!), указали на мишени. В общем, надо поразить цель с пяти выстрелов. Не важно как – очередью или одиночными. Главное, попасть в мишень на расстоянии метров 200 (хотя, честно говоря, какая была дальность сейчас уже точно не помню).
По команде офицера мы выдвигались на позицию, из положения «лёжа» шмалили по цели. Кто-то все пять пуль умудрился отправить в «молоко», я свою мишень «повалил». Не знаю, куда попал – в корпус или в голову, но «враг» был ликвидирован.
За нашей стрельбой наблюдал офицер, отмечая в журнале результаты каждого бойца.
Когда все отстрелялись, построил нас в шеренгу, произнёс речь – не хвалил, не ругал. Затем сел в кабину ЗиЛ-131 и, прежде, чем захлопнуть дверь, наказал сержантам:
– Личный состав устал, идти походным шагом.
И укатил в воинскую часть.
Солнце стоит на небосклоне в наивысшей точке. Кое-где плывут небольшие облака, лишь изредка перекрывая солнце на короткий промежуток времени и отбрасывая на землю едва заметную прохладу.
Под кирзовыми сапогами жарит горячий песок. Хочется пить, фляжки на ремне давно опустели. Единственное, что нам разрешили сержанты, это расстегнуть крючок на воротнике. При этом сами расстегнули ещё и верхние пуговицы, а старослужащие вдобавок закатали по локоть рукава (молодым сержантам сия форма одежды была непозволительной роскошью).
Из шеренги нас перестроили в колонну и пошли мы пешком в воинскую часть. Рядом с нами сбоку от колонны идут молодые сержанты, старослужащие заметно отстали от нас. Несмотря на наказ офицера, погнали нас строевым. Сверху от солнца – жара, снизу от песка – жара, а мы с автоматами на спине чеканим по дороге строевой шаг. Впрочем, какой там чеканный шаг? Пыль только подняли, песчаную мини-бурю устроили.
«Замок» подозвал к себе одного из молодых сержантов, что-то сказал ему. Вернулся к нашей колонне и командует:
– Бегом! Живее, живее, шевелитесь! Что вы как сонные мухи?
Мы попытались посопротивляться:
– Товарищ сержант, офицер наказал идти походным шагом, а мы строевым шли.
Сержант огрызается:
– Хотите походным? Вот и бегите походным! А будете умничать строевым побежите. Бегом, я сказал!
Делать нечего, побежали. Благо, что не на время.
Когда между нами и старослужащими расстояние стало приличным, мы снова перешли на шаг – то на походный, то на строевый и обратно на походный. И так всю дорогу.
Как оказалось, старослужащие не захотели идти позади нас в облаке песчаной пыли. И хотя пыль быстро оседала, всё же старослужащим надо было дышать свежим воздухом. Могли бы и подышать, сами натравили «молодняк» с лычками гнать нас строевым.
Прибыли мы в воинскую часть действительно уставшими. Ноги еле-еле волочили, хотелось завалиться и лежать в прохладной тени.
Но нет! Сдали в оружейку оружие, снова построение и в столовую на обед. А после обеда в расположении казармы сели чистить автоматы.