- Ну что, сидишь, охраняешь хозяйское добро? - С такими словами я обратился к удивительной собаке, замеченной у ворот частного дома.
- Да смазал бы кто, - скрипучим голосом ответил пес и с трудом повернул голову. - Присел отдохнуть, а тут дождь, заржавел совсем… Будет настоящая работа, а я и сдвинуться не смогу... Будки-то у меня нет, схорониться негде, а скоро зима, совсем тяжко придется.
- А хозяин-то где?
- ХозяевА хорошие, полную масленку оставили… Где сами? Да и собачий Бог не знает, укатили куда-то… Обещали вернуться, да вот нет и нет. А вдруг ворье?
- Масленка-то где?
- Вон стоит, - пес хотел обернуться, показать, да не смог. Лапы никак не распрямлялись.
- Вижу, вижу! - Я увидел масленку, поднял и поболтал. - Да-к пустая!
- Ну понятно, - пес совсем упал духом. - Видать кончилось... Так помирать придется, заржавленным.
- Что ты?! Сразу и помирать?
- А что делать? Не дождаться мне теперича хозяев...
- Магазин хозяйственный в деревне есть?
- Был когда-то. Дальше по этой улице.
- Жди, принесу, - пообещал я собаке. Дом, который сторожил пес, был крайним в деревне. Да и дом вроде ничего, крепкий. Бурьяном конечно все заросло, так это не беда, траву выкосить можно и жить.
Только, чем дальше я шел к центру когда-то большого села, тем меньше оставалось надежды, что магазин все еще работает. Улица заросла, даже колеи не осталось. А дома, встречались разные, были и добротные, но оказались необитаемыми. Причем казалось, вот-вот, еще несколько шагов, и обязательно встречу жителей, хотя бы одного. Однако, тишина встречала меня, и провожали глазницы окон, грустно поблескивая стеклами. Вроде в одном доме дрогнула занавеска, я даже остановился, но нет, просто показалось.
На центральной площади когда-то кипела жизнь, вот именно, когда-то. Как с дрогнувшей в окне занавеской, вот сейчас затарахтит трактор, а может и машина, и подъедет к конторе или магазину. Магазинов здесь действительно было два - продуктовый и промтоварный. Да что толку. На дверях с накидными засовами висели внушительные замки. Только вряд ли оставались товары.
- Да, зря пообещал собаке масло, - я покачал головой и даже мелькнула мысль, - не вернусь, пройду дальше на станцию, куда и шел… Зачем решил спрямить? - Только заныло в груди. - Нет, нельзя так поступать! Никогда не прощу себе такого малодушия.
Поэтому решил еще побродить по селу и обрадовался, когда нашел старый большой сарай с проваленной крышей, местный гараж и мастерскую. Никакой доброй техники здесь конечно не осталось, только ржавый хлам.
Зато нашлась металлическая бочка, в которую сливалось отработанное масло, почти полная.
- Ну, хоть что-то, - обрадовался я, нашел мятое ведро и зачерпнул отработки. Масло было черным, пахло отвратительно. Оставалось надеяться, что выработанный металл с двигателей уже осел на дно. Иначе такое масло могло сначала оживить собаку, а потом погубить.
Пока дошел до собаки, в ведре осталось чуть больше половины, оказалось дырявым. Пес сначала удивился моему возвращению, наверное не надеялся, а потом обрадовался. Даже попытался сдвинуться с места.
- Вот, только отработки нашел, - виновато признался я и поставил ведро у морды собаки.
- Ничего, пойдет! - Обрадовался пес, вдыхая живительный аромат.
Я сначала набрал масла в масленку и через тонкий носик смазал псу внутренности, до которых смог дотянуться. Суставы на лапах задвигались сначала очень ограниченно, потом побольше, масло проникало все глубже. И вот пес смог наконец встать на все четыре лапы. Правда спина у него все еще была дугой. Но вместе справились и с этим. Остатки масла тонкой струйкой я вылил на бедолагу прямо из ведра. Пес от радости закрутил головой так, что масло полетело во все стороны. Моим джинсам конечно досталось, это был их последний выход в свет.
- Магазин не работает? - Спросил мой новый друг.
- Какой магазин, в деревне ни души!
- Не знал. Вот почему тихо стало...
- И твои хозяева вряд ли вернутся.
- Да я уж понял...
- Давай-ка я тебя отвяжу.
- А дом как же, хозяйство?
- Охранять-то не для кого, - пояснил я, а потом добавил, - да и не от кого. Через третью деревню иду, пусто!
- Так мне куда теперь?
- На хоздворе живи, там целая бочка отработки стоит... На несколько лет хватит…
- Ну что ж, придется идти. - Если бы пес дышал, то вздох у него вышел ой какой горький.
Только увести пса сразу не получилось - цепь оказалась прочной. Пришлось мне еще раз сходить до хоздвора и найти зубило с молотком. Напоследок охранник оглянулся на дом, который охранял много лет и невесело поплелся за мной.
На хоздворе оказывается нашлась собачья будка, подремонтировал ее. Так что непогода псу теперь была не страшна. И как смазываться придумали вместе. Металлическое корыто поставили рядом с бочкой, я пробил в ней маленькую дыру и сделал желобок. Корыто наполнялось отработкой, и пес мог принимать в нем масляные ванны.
Ну вот вроде и все. Мне надо было уходить, а пес опять оставался один в селе, забытом людьми, да и всеми Богами, человеческим и собачьим тоже. Не помню, махал ли мне хвостом железный пес, да и был ли у него вообще хвост. А вот взгляд его вроде и пустых глаз преследует меня всю жизнь.