«... и я рад, что на свете есть расстояния более
немыслимые, чем между тобой и мною.»
(И.А.Б. ; 19.89.)
«Слово всегда было лишь фоном. Витиеватая вязь растворяла чёткие границы дозволенного, переводя их в зыбкие очертания допустимого. Давным давно его лишили простоты.»
(Некий رب العالم ; ну ооочень давно)))
*
Фон Бесслоф стоял на опушке родового болота, напряжённо вглядывался в предрассветный туман и - нащупав во внутреннем кармане плоскую фляшу с вязкой настойкой, приготовленной любимыми руками - неспешно достал, отвинтил крышечку. Смочил терпкой заботой губы и закрыв обратно довольно резкий для болот источник аромата, задумался о навязчивой настойчивости, с которой его слуга пытался подсунуть-таки в патронташ снаряженные серебром патроны.
Последнего Последнего его прапрапра- застрелил так давно, что это успело превратиться в фамильную легенду, но с тех пор в арсенале поместья всегда хранились и своевременно обновлялись боеприпасы с серебряными пулями. Их давно никто не брал на болотные охоты и уж тем более - не пользовал их по Последним. За отсутствием последних.
И тут он уловил из темноты еле слышные звуки. Не то хлюпающие шаги, не то чьи-то тихие всхлипывания - не разобрать. Он напряг слух и отчётливо услышал, как на него надвигалось что-то неуловимо знакомое и давно ожидаемое...
*
Последнее, что успел увидеть действительно последний Последний, выйдя наконец-то на твердь после нескончаемого зыбуна под ногами - яркая вспышка из-под неприметной сосенки.
*
Без лишних слов фон Бесслоф вскинул ружьё и сплошным дуплетом отправил серебристые вспышки навстречу струящемуся силуэту.
- Какого лешего? - в голове крутилась только эта фраза, как-будто оторванная неимоверной силой дуплета в упор и повисшая безжизненной плетью на одних междометиях.
Из тридцати слов заклинания он помнил только эти два.
*
Последний леший Молчаливых топей ухнул с головой в спасительную жижу и замер живописной корягой. Не такой конечно прелестной, как кикимора, но тоже ничего. Опять его лишили простоты. Но всего на две вечности.
*
На Ивана Купалу опять обошлось.
Рыжий цветок в зелёной ночи́ оказался не сказочной орхидеей, а догорающим костром на краю болота.
Старый слуга заботливо укрыл спящего своим клетчатым пледом. До рассвета оставалось всего ничего, но он ещё успеет выкурить свою трубочку.
Как-то мимоходом подумалось: "Убитых словом - добивают молчанием. Прав был старик Трясогрушев, ох, прав" и сизое облачко потянулось над внезапно запевшими Васюганскими топями.
Сапиенти сат, извините за выражение😂😂😂
Посвящается....
Да всем посвящается)