Был праиндоевропейский корень *dnghu- с таким значением, и из него более или менее логично получилось английское слово "tongue". Ну, [d] оглушилось до [t], дело более чем житейское и естественное. Другие германские языки поют в той же тональности: нидерл. "tong", исл. и шв. "tunga", норв. и датск."tunge". Ну немцы разве что чуть-чуть изощрились - до "Zunge".
Пока всё спокойно.
Кельты более или менее соответствуют: во всяком случае протокельтское *tangʷāss перешло в ирландское "teanga", валлийское "tafod", бретонское "teod". Возможно, на переход [d] в [t] тут тоже косвенно повлияли соседи-германцы.
Латынь поначалу тоже вела себя прилично: "язык" выглядел как "dingua". Но вот потом, вероятно, под влиянием глагола "lingere" ("лизать") он превратился в "lingua", откуда уже пошёл по миру. И если бы не этот странный переход, была бы у нас не "лингвистика", а "дингвистика".
А что же славяне?
Сначала мы, видимо, провернули своё любимое дело, а именно палатализацию (уж очень мы нежные и мягкие!), причем ещё на этапе балтославянской общности (либо, если её не было, было два параллельных одинаковых процесса у славян и у балтов) и получили что-то типа *dinźūˀ. Пока похоже на латинское слово, ну, если не считать палатализации.
Потом отпал первый звук - и стало *inźūˀ. Этот этап опять же случился и у нас, и у балтов, и зафиксировался в прусском языке: "insuwis" ("язык"). Литовцы повели себя как римляне и тоже подставили себе здесь звук [л] от глагола "liežti" ("лизать") и получилось слово "liežùvis" ("язык").
А праславяне из *inźūˀ сделали *ęzỳkъ, видимо, добавив суффикс. После чего у нас пропали носовые гласные, и исчез призвук [н], который ещё хоть как-то связывал это слово с оригиналом (сохраняется только в польском - "język"). И отсюда мы уже пришли к варианту "язык".