12 апреля 1961 года Юрий Гагарин совершил первый полет человека в космос. Посадка вышла удачной и мягкой — на колхозное поле неподалеку от города Энгельс Саратовской области и совсем рядом с воинской частью. Из официальных лиц первым космонавта встретил командир дислоцированного под Саратовом ракетного дивизиона майор Ахмет Гассиев. А первые снимки космонавта сделал в то время один из военнослужащих, а ныне профессор на пенсии — Анатолий Пекарский.
Анатолий Борисович хорошо помнит тот исторический день, ставший точкой отсчета освоения человечеством космоса. Как это часто бывает, он начинался буднично и тихо.
— День шел согласно армейскому распорядку. Мы позавтракали, немножко привели себя в порядок и отправились по своим точкам, — рассказывает он. — Тут тревога. Солдаты вскочили, побежали. Настроение было такое — тревога как тревога. После Пауэрса (Фрэнсис Пауэрс — американский летчик-шпион, захваченный СССР в 1960 году) таких тревог было много. Учебных и тренировочных. Но тем не менее. Мало ли что, точка-то боевая. Если что, сразу надо стрелять. Территория части была уложена бетонными плитами, потому что иначе как? Там же силы ПВО, транспортно-заряжающие машины ракеты возили. Очень тяжелая техника. До сих пор помню, как 60 человек бежит, кирзовыми сапогами топчут. И все молча. Все бегут к своим точкам. Примчались. Я в аппаратной сидел. Кто-то из офицеров сказал "Работаем по космосу". И вот тогда… Мы, конечно, догадывались — что-то может произойти. И Белка со Стрелкой уже приземлились, и много было других новостей про космос. Все было. Все ждали человека. И вот сигнал "Работаем по космосу". Наверно, он — человек.
Надо сказать, что Анатолий Пекарский до сих носит наручные часы, которые были с ним в тот день — подарок матери по окончанию школы. Марка "Спортивные". 17 камней. Кстати, они зафиксировали время приземления Гагарина в 10.52, хотя официально считается — 10.55.
— Это надо было видеть, — продолжает Анатолий Пекарский. — Как люди наблюдали за небом. Сначала одна точка в небе. Он? Оказывается, нет. На двух парашютах спускалась кабина. Потом еще одна точка — теперь точно он!? Снова остатки корабля. А вот третья точка — там уже видно в воздухе, как человек извивается, подтягивает стропы. Вы не представляете себе тот восторг! В это время мог любой Пауэрс пролетать в нашем направлении — никто бы его даже не заметил.
И Анатолий Пекарский сразу бросился к фотокамере.