Гуляющий на черной лестнице кот Мурзик, лестничная площадка, пригодная для разворота грузовиков, неработающий камин с безделушками на полочке. Вспоминают читатели.
Левшинский переулок: Многофункциональный черный ход
Матвей Родионов
В дом № 9/11 по Малому Левшинскому переулку жили мои прадед и прабабушка, бабушка и дедушка. Там родились и выросли мои мама и дядя. И я, пока его в 1988 году не расселили, часто там бывал.
В доме этом были парадная и черная лестницы. Черная вела во двор-колодец общий с домом № 7. На нее бабушка с дедушкой выпускали гулять кота Мурзика. Через черный ход, выход на который был из кухни, также выносили мусор (во дворе находилась помойка). В туалете имелось маленькое слуховое окно на черную лестницу, оно неплохо справлялось с вентиляцией. Парадная лестница вела на улицу, наша - на Большой Левшинский переулок, который в советское время именовался улицей Щукина - в честь артиста Бориса Щукина, впервые в советском кино сыгравшего Ленина.
Беговая аллея: Лестничные просторы и микроскопическая кухня
Павел
В 1980-е годы довелось часто бывать в гостях в знаменитом "ажурном доме" у станции метро "Динамо", на углу Ленинградского проспекта и Беговой аллеи.
Дом впечатлял не только внешне, но и внутренне. Лестничные площадки такие, что грузовик на них без труда может развернуться. Ванная комната - действительно "комната", примерно метров 10. А вот кухни были микроскопические - 3-4 метра. По идее создателей, жильцы должны были питаться в ресторанах, а кухня - максимум "сварить кофе". Дом строился для советской элиты.
Подробнее об "ажурном доме":
Маросейка: Лежать на широком подоконнике и наблюдать
Елена Моревна
Я помню тетушкину коммунальную квартиру на Маросейке, тогда улица Богдана Хмельницкого, знаменитый дом № 2/15, угловой.
Коммуналка была интересная, соседи там жили с 30-х годов, а то и раньше. Тётя родилась в 1935 году. Все выросли и состарились здесь, были очень дружны.
Чёрный ход с огромным железным крюком на двери. Тёмная комната, где мы, дети, прятались. Маленькая комнатушка при кухне, где когда-то жила прислуга. черный телефонный аппарат на стене. Кухня была огромная, как и ванная, а унитаз меня просто завораживал. Он стоял как бы на постаменте, как трон, а бачок - высоко под потолком, откуда свисала цепь с фарфоровым (или фаянсовым) набалдашником.
Комнаты у всех были большие, с лепниной на потолках, с двустворчатыми дверями. В тетушкиной - имелся камин, естественно не работающий, но безумно красивый, с полочкой, на которой стояли всякие фарфоровые безделушки.
Я помню поездки к тёте примерно года с 1970 года. Она была очень гостеприимной. Своих детей у неё не было, и она собирала на праздники всех близких. Я любила приезжать к ней на Майские и 7 ноября, смотреть демонстрации и салют. Мне нравилось лежать на широком подоконнике и наблюдать за прохожими. Расселили их, по-моему, в начале 1980-х, однокомнатную квартиру тётя получила на Самокатной улице, но до сих пор тоскует по Маросейке, иногда просит отвезти её туда, посмотреть на дом. Тетушке в январе исполнилось 89.
А тут воспоминания соседа Елены Моревны, жившего на Покровке: