Расстроенная Халиме пошла по своим делам. Ей нужно было, как только предателям станет плохо, развязать своих мужчин.
Халиме внимательно следила за предателями, занимаясь при этом готовкой обеда, чтобы не вызывать подозрений.
Вдруг, один из воинов схватился за живот и никому ничего не говоря юркнул в кусты.
Там его уже ждал Осман, который вернулся из леса, но не спешил заходить в лагерь.
Осман ударил предателя по голове большой палкой и тот обмяк, да так и остался лежать.
В лагере не заметили пропажи, потому что воины были заняты тем, что распивали спиртное, которым щедро поделилась хозяйка.
Кто - то пьяный храпел прямо на земле, а некоторые, схватившись за живот, убегали в кусты, где по - прежнему их поджидал Осман.
Халиме очень переживала за Гизем и хмуро поглядывала на шатер, из которого периодически доносился переливчатый смех Гизем.
В это время в шатре Гизем изо всех сил изображала страсть и восхищение к Олану.
Они сели к столу и Гизем быстро накрыла его.
Олан громко чавкая, ел мясо и пил вино.
Засоловевшим взглядом он поглядывал на Гизем.
-Так значит ты говоришь я тебе приглянулся? - хитро прищурившись, спросил он.
-Приглянулся - кокетливо улыбнулась Гизем
-Ну что ж настало время показать тебе на что способен мой же.зл люб.ви - гнусно хихикнул Олан
Он встал и потянулся к девушке. Тщательно скрывая отвращение, Гизем с готовностью пошла в объятия мужчины.
Олан гру.бо лас.кал нежное те.ло Гизем, а она что - то шептала ему на ухо, отчего его пробирала страс.тная дрожь.
-Давай, покажи на что ты способна - хрипло сказал он и пова.лил ее на крова.ть
Гизем с застывшей улыбкой на губах позволила ему начать снима.ть с себя плат.ье и даже делала вид, что помогает и Олану тоже раз.дет.еться.
Олан довольно хрюкая уже освоб.одил свой ор.ган люб.ви и приго.тов.ился во.йт.и в подда.тли.вое те.ло Гизем, как неожиданно удивленно хрюкнул и посмотрел прямо в глаза Гизем. Струйка кро.ви стекала у него с уголка губы.
-Я знала, что отомщу тебе - глядя прямо в глаза Олану сказала Гизем и, столкнув с се.бя те.ло мужч.ины, встала и попра.вила на себе одеж.ду. Олан остался лежать неподвижно с кинжалом в спине.
В этот момент в шатер с оружием в руках ворвался Энгин и другие воины, которых успели к тому времени развязать Халиме и Осман.
-Я отомстила - улыбнулась Гизем - теперь я могу быть спокойна.
Энгин улыбнулся в ответ и раскрыл объятия жене, заметив слезы, блеснувшие в ее глазах.
Гизем шагнула в его объятия и неожиданно для себя самой зашлась в бурных и горьких рыданиях.
Воины незаметно вышли из шатра, забрав с собой тело Олана.
-Все хорошо, моя, ты молодец, успокойся - приговаривал Энгин, гладя по голове и спине свою жену, как маленькую девочку.
Прошло много времени, чем Гизем успокоилась.
-Ты же помнишь мой рассказ о брате? Олан и есть тот самый отец, который не пожалел отдать свою дочь врагу. Я поклялась сама себе, что отомщу и вот сегодня этот день настал, теперь я спокойна за душу моего брата.
-Ты молодец и все правильно сделала - ответил Энгин- а сейчас пойдем на улицу, пусть женщины уберутся здесь, тебе нужно отдохнуть. Халиме готовит праздничный ужин.
Когда они вышли из шатра, Гизем подошла к Халиме, чтобы помочь ей в приготовлении ужина.
-Прости меня Гизем - сказала Халиме - я заподозрила тебя в предательстве
-Так и должно было быть, Халиме, если бы я предупредила тебя или ты сама обо всем догадалась, то у меня ничего не получилось бы.
Гизем и Халиме обнялись и стали колдовать над ужином.
Всех воинов - предателей, которые выжили отвезли на суд к султану.
Время шло и Эртугрул становился все сильнее, к нему примкнуло много воинов и они все чаще совершали набеги на христианские земли. Вскоре они сами себя окрестили воинами - гази, что означало слуга бога, воины, воюющие против неверных христиан.
В одном из таких набегов Эртугрул был сильно ранен.
Сыновья еле довезли его до лагеря.
Все эти годы, пока сыновья росли,╝Эртугрул приглядывался к ним и давно понял, что самый смелый, умный, мудрый и справедливый среди всех его сыновей это Осман.
Поэтому как только поправился, Эртугрул собрал общее собрание и объявил свою волю о том, что передает власть своему сыну Осману.
На его удивление никто не противился этому решение, даже старшие братья.
Так новым беем стал Осман.
