Пожалуй, трудно найти более смертоносное и более презираемое заболевание в мире, чем туберкулёз. За миллионы лет своей истории туберкулёз лёгких доказал делом свою смертоносность, убивая и калеча по несколько миллионов человек каждый год и в тоже время сейчас его не считают серьезной угрозой: одни наивно думают, что туберкулёз побежден и лечение и вакцинация от него является вчерашним днём, другие считают, что если туберкулёз является болезнью тех, кто живёт в подвалах или сидит в тюрьмах, то он их не коснется, хотя туберкулёз давно доказал, что ему безразлично, кого убивать и сейчас туберкулёз гуляет по миру, как и сотни лет назад.
Туберкулёз лёгких стар, как само человеческое общество, его зловещие симптомы - кашель, кровохарканье, слабость, бледность, истощение - были хорошо знакомы ещё первобытным людям, вместе с которыми он широко распространился по миру. На Руси туберкулёз из-за характерных симптомов называли "злой сухотой" или "сухоткой" (от слова "сохнуть", в XVI веке "сухоткой" стали называть поражение спинного мозга при сифилисе, а за туберкулёзом закрепились названия "чахотка" - от слова "чахнуть" и "бугорчатка" из-за бугорков, которые возбудитель туберкулеза палочка Коха оставляет на поражённом органе) и считался заразным и неизлечимым. Конечно, своих несчастных соотечественников лекари и знахари оставить не могли, поэтому они активно пытались лечить больных туберкулёзом путем кровопускания, прижигания и хирургическими операциями, дававшими переменный успех, но куда лучше русичам давалась профилактика туберкулеза. Они заметили, что возбудитель чахотки, который они не могли увидеть физически, обожает сырые, пыльные и темные помещения, а также места, где по какой-то причине был испорчен воздух, поэтому всячески боролись за чистоту и гигиену жилища, также большую роль в профилактике туберкулёза играло активное употребление русичами в пищу лука и чеснока, которых туберкулёз не выносит, поэтому вплоть до XVIII века его удавалось держать под контролем.
XVIII-XIX века стал веком расцвета туберкулёза, хотя начало его не предвещало беды, Петр I, хоть и перестраивал Россию на европейский лад, все же придерживался русских гигиенических норм, выразившихся при строительстве Санкт-Петербурга в просторных дворах и домах и активном озеленении города. Ситуация изменилась в конце XVIII века, когда начался резкий рост городского населения, вынужденного жить в антисанитарных условиях, идеальных для палочки Коха, которая с одинаковым упоением косила и бедняков, и богачей, среди которых даже появилась мода на туберкулёз, который считался болезнью молодых ангелов, утонченных, романтических особ, а хилость телосложения, характерная бледность и нездоровый румянец считались эталоном красоты, но и в деревнях туберкулёз в XVIII-XIX веках стал обычным явлением, передаваясь через заряженное молоко, более того, слабый иммунитет крестьян позволил палочке Коха гулять по человеческому организму, вызывая к жизни такие формы туберкулёза, как туберкулёз кожи (золотуха) и туберкулёз костей.
Конечно, врачи не теряли надежды победить туберкулёз, но что они могли сделать, за столетия в борьбе с туберкулёзом медицина не продвинулась ни на йоту, самыми распространенными средствами лечения туберкулёза являлись отдых на курортах Швейцарии и Крыма и хирургическое вмешательство в виде искусственного пневмоторакса, действовавшие с переменным успехом. Только во второй половине XIX века благодаря трудам таких выдающихся врачей, как Рудольф Вихров, Луи Пастер и Роберт Кох в борьбе с туберкулёзом наметился перелом, была создана гигиеническая основа профилактики этой болезни, при этом серьезно потрудились и русские врачи Илья Мечникрв и Петр Лестгафт, но настоящая победа над туберкулёзом была одержана в 1921 году, когда французские врачи Альбер Кальметт и Камиль Герен создали противотуберкулезную вакцину БЦЖ, названную по первым слогам их фамилий (Bacillus Calmette—Guérin). С середины ХХ века заболеваемость туберкулёзом пошла на спад, но в настоящее время туберкулёз вновь почувствовал волю, что неудивительно, ведь наплевательское, а порой и враждебное отношение к лечению и вакцинации сильно облегчили жизнь палочке Коха.