Такие сообщения поступают на фоне ослабления рядов "старших работающих королевских": как известно, король Карл III сократил свои обязанности до работы с документами и нечастых личных встреч на время лечения от онкологии, Кэтрин, принцесса Уэльская, поправляется после операции на брюшной полости, а принц Уильям "очистил свой дневник королевских обязанностей", чтобы больше времени проводить с женой и детьми, пока Кэтрин выздоравливает.
Конечно, логичнее было бы предполагать, что король Карл III пожелает "усилить" королевскую семью за счет сестер Йоркских. Ранее, до того, как их отец, принц Эндрю, попал в опалу, принцессы Беатрис и Евгения нередко выполняли второстепенные королевские обязанности по поручению королевы Елизаветы II и нареканий их работа на Фирму не вызывала. Кстати, перед тем, как у короля Карла III с мимолетным визитом, после объявления новостей о его диагнозе, побывал младший сын, он имел куда более длительную и обстоятельную встречу с принцессой Беатрис и её супругом, Эдоардо Мапелли-Моцци, и это было больше похоже на деловые переговоры, нежели на визит с родственной поддержкой.
Тем не менее, все чаще и громче звучит мнение о том, что принц Гарри на время болезни родственников мог бы "временно" вернуться к исполнению своих королевских обязанностей. При этом инсайдеры уверяют, что принц Гарри "готов" это сделать, хотя предполагается, что его работа не будет оплачиваться из средств британских налогоплательщиков. Вероятно, если такая идея действительно существует, то Карл намерен рассчитаться с сыном за "услуги Короне" лично, а "готовность" Гарри легко объясняется тем, что для него даже временное возвращение к королевской работе - ох какой щедрый подарок от папы, в плане личного пиара и возобновления интереса к нему, как к королевской персоне. Да что там говорить, прикормленные СМИ немедленно напишут о "благородном Гарри", который отринул все свои обиды и бросился на помощь своему отцу и семье по первому зову.
Королевский источник ранее сообщил The Times, что Карл стремится примириться и чаще видеться со своим сыном и считает, что это пойдет на пользу монархии. Источник сообщил газете:
- На всех практических уровнях для семьи имеет смысл объединиться, чтобы поддержать короля, пока он болен. В последние годы многое сказано с обеих сторон, но это никогда не уменьшало фундаментальных кровных уз, и теперь необходимо учитывать прагматические аспекты, при этом благополучие короля и Кейт имеет первостепенное значение в этом. Детали встречи в Кларенс-Хаусе и последующих бесед являются частными, но есть ощущение, что эта договоренность может сработать.
Сообщается также, что Карлу и его помощникам необходимо будет составить письменный план, прежде чем Гарри сможет вернуться к выполнению каких-либо официальных обязанностей, а кроме того, о том, что у Гарри и его отца было несколько "теплых обменов мнениями" с тех пор, как была диагностирована болезнь короля.
Однако королевский эксперт и историк Хьюго Викерс немедленно опроверг слухи, которые усилились после того, как Гарри в интервью в программе "Доброе утро, Америка" накануне предположил, что болезнь его отца может оказать "эффект воссоединения" на семью.
Хьюго Викерс заявил изданию Daily Mail, что "ни одна из сторон" не хочет возвращения Гарри и Меган в Великобританию, несмотря на недавнее интервью герцога c намеком на то, что он готов протянуть\принять оливковую ветвь. Он сказал:
- Я лично, на самом деле, не думаю, что с чьей-либо стороны есть желание, чтобы Гарри сейчас вернулся домой и снова приступил к королевским обязанностям. Он не может внезапно снова приступить к королевским обязанностям, при нынешних обстоятельствах до этого довольно далеко. Всегда можно примириться. Всегда возможно, что все уладится, но не так быстро. Так что мой ответ - нет.
Королевский эксперт продолжил:
- Его отец никогда не реагировал ни на какие насмешки, которые поступали в его сторону [и] оставил дверь широко открытой для [Гарри]. На днях принц приехал, чтобы повидаться с ним, и я надеюсь, что это было тонизирующим средством для короля. Я не знаю, было ли это так, но я надеюсь на это, потому что он, очевидно, любит своего сына.