Небольшая статья об одних из наиболее занятных растений, найденных на территории Курской области.
С чего бы начать…? Пожалуй, с начала! Да, примерно 2,3-3млрд назад на нашей планете возник самый судьбоносный из всех процессов, самый важный и биосферообразующий – фотосинтез! ...Не, слишком рано вышло… А да, точно! Вышло! Мы ведь говорим о растениях не древних как сама история, а о вполне себе современных – сосудистых.
Примерно в конце ордовика на суше стали появляться странные водоросли, они не боялись ультрафиолета, могли долго обходиться без полного погружения, да и, в целом, не были тянущимися в воде слизевыми нитками. Уже к середине Силура эти странные формы обрели знатную для примитивов устойчивость, да, они все еще населяли влажные западинки, морские заливы, лиманы и дельты рек, не уходя далеко от матушки воды. Но были прогрессом!
На тот момент они не имели оформленных органов и тканей, а тело организовывалось просто: оси горизонтальные и оси вертикальные, наверху спорангии. Такая малодифференцированная «теломасса» называется таллом и до сих в моде у печеночных мхов и водорослей. А такие первые недорастения назывались Риниофитами (устар. Псилофиты). У многих прогрессивных форм уже наблюдались примитивные сосудистые пучки, но в целом они были несовершенны, а размер растения едва достигал 30см в высоту.
В Девонском периоде примитивная флора стала резко сокращаться в объеме, уступая первым сосудистым растениям – споровым. Конечно, таким замешательством воспользовались и некоторые другие группы со сходной экологией. Так на арену пытались выйти бурые водоросли в виде известной из отвалов Михайловского ГОКа Шугурии. Кто знает, уступи ей перво-плауны и перво-хвощи место, мир стал бы иным: стеклянный лес, странные ползающие лианы, трава со щупальцами и того более.
Но этого не случилось, что и доказывают находки принадлежащие среднему Девону. В Живетском ярусе (387-382млн. лет назад) в многоцветных глинах и красной охре Михайловского ГОКа Курской области встречаются остатки плауновидных из рода Cyclostygma. Для установления видовой принадлежности нам необходимы спороносные колоски растения, в нашем распоряжении стволики и корневая шейка – достаточно редкая находка, чаще встречаются отдельные массивы ризоферы, стебли, пни. Такой набор органов позволяет определить лишь родовую принадлежность.
Само растение небольшое, слабо одревесневающее, что отличает его от более поздних Lepidodendrоn. Поземных стелющихся побегов нами найдено не было, а массивное основание стебля с равным расположением корневых следов может говорить о прямостоячем побеге. Внутри стебли полые. Т.е. либо сердцевины не было изначально, либо она представляет собой рыхлую паренхиму с хаотичными пучками проводящих элементов, которой обладают современные древовидные папоротники и плауны, к которым и относилась наша Cyclostygma.
Растения Cyclostygma, вероятно, занимали экологическую нишу крупных «трав» того времени, но вскоре им на смену пришли древовидные формы, которые серьезно потеснили мелких представителей, некогда бывших титанами своего прошлого.
Автор: Алексей Мирошниченко https://vk.com/miroshni4enk0
#КПС_ЧтоТыТакое
#КПС_Коллекция
#КПС_МестаНаходок